Любовь в одно касание

Не дожидаясь ответа друзей, он выскочил из-за стола и вышел на улицу, чтобы прослушать сообщение. Диана связалась с ним. Сама. Первая. Но, услышав содержание аудио, он замер каменным изваянием, чувствуя, как под ногами крошится земля. После расставания с Дианой ему казалось, что больнее уже не бывает, но он ошибся. У боли нет предела.
С абсолютно пустой головой он вернулся к парням и молча сел за стол, невидящим взглядом уставившись на принесенный стакан воды. Даня, конечно, уже знал, что Влад сволочь, но не думал, что он способен на такую низость. А ведь тогда они были друзьями! И из-за этого гада он чуть не распрощался с хоккеем, едва не расстался со свой мечтой и с большим трудом выбрался из депрессии! И с ним же, с единственным виновником всего произошедшего, он делился своей болью, рассказывал, как ему плохо! С лучшим другом, который сломал ему жизнь и даже глазом не моргнул.
– Нил? Расскажешь? – спросил Назар. Даня поднял глаза на друзей, их лица были очень серьезны.
Он молча подвинул к ним телефон и проиграл запись. Она обрывалась на полуслове, и чем закончился разговор Дианы и Влада, он не знал. Но Ди была на его стороне, и не похоже, что между ними что-то есть. Скорее, все выглядело так, будто Романов ей неприятен. И это наталкивало на мысли, что Влад и здесь его подставил: не мог Даня поверить, что она с ним спала. Не вязалось это с его Дианой!
Друзья прослушали аудио с вытаращенными глазами и открытыми ртами.
– Ну и мразь… – выдавил Санек.
– Конченая гнида, – прокомментировал Тимур, откинувшись на спинку стула.
– Я всегда знал, что этот гаденыш за тобой не просто так таскается! – Назар оттолкнул от себя телефон, как будто он испачкан в грязи. – Но я и подумать не мог, что он опустится до такого…
– Подожди, но теперь у тебя есть доказательства, – воодушевился Саня. – Этот упырь сказал, что подсыпал тебе лекарство во время праздника после какого-то выигранного матча, и это было в кафе на втором этаже нашей школы. Там везде камеры, наверняка осталась запись.
– Два года прошло, – выдавил Даня. В груди так давило, что говорить было тяжело.
– Ну и что? – подхватил Назар мысль Виноградова. – Наверняка есть какие-то архивы, нужно рассказать обо всем Борисычу, он знает, что делать. Нужно снова возобновить расследование, а одно из веских доказательств у нас уже есть! – Он постучал пальцем по погасшему экрану айфона.
– Не дрейфь, Нил, вот увидишь, в следующем году мы сыграем с тобой за Кубок Гагарина! – широко улыбнулся Саня и ободряюще похлопал его по плечу.
– А что это за Диана такая? – хитро улыбнулся Тимур. – Это ведь то, о чем мы все подумали?
– Да сто пудов! Слышали, как она за Нила заступалась? – поддержал Назар. – Наш малыш, похоже, совсем взрослым стал.
– Смотри не упусти девчонку, похоже, ты ей небезразличен, – поддакнул Саня. – Уж я-то в любовных делах спец!
Парни дружно заржали, заметно разрядив обстановку, и на душе у Дани стало чуть легче. Сердце отпустило, в груди потеплело, и появилась надежда, что все еще будет хорошо. И у него, и у Дианы. А может, и у них с Дианой вместе.
  
Глава 28
 
С тех пор как Диана отправила Дане то сообщение, прошла неделя. Он прочитал его, но так ничего и не ответил. «А чего ты ждала после того, как два раза отшила его самым отвратительным образом? – уговаривала она себя. – Думала, он прибежит к тебе и из благодарности все простит?» Она намеренно обрезала тот аудиофайл, чтобы он не решил, будто она таким образом пытается оправдаться. Поэтому ту часть, где Романов говорил о компрометирующем фото, Даня не услышал.
Диана вспомнила момент, когда Влад мог сделать это фото, и при одной мысли об этом лицо заливала краска злости. Тогда она обнаружила его утром в своей спальне, и ей показалось, что он поспешно убрал в карман телефон. Выходит, не показалось…
  
Это был единственный раз, когда он мог сделать то мерзкое фото и представить Дане все в очень неприглядном свете. Она и подумать не могла, что мальчик, которого она знала с детства, способен на такой низкий поступок.
Ее так и подмывало отправить Дане окончание диалога, но каждый раз она останавливала себя. Вероломство Романова ничего не изменит – она сама оттолкнула Даню, и это было пусть и непростое, но взвешенное решение. Прошло достаточно времени, и он наверняка уже забыл о ней. Ни к чему сейчас ворошить прошлое, все должно остаться как есть. Пусть сосредоточится на восстановлении своей репутации и на будущем, которое – Диана нисколько не сомневалась – будет ярким и радостным.
Она вновь гнала от себя назойливые мысли о Дане и опять день за днем погружалась в трясину насущных дел. Вместо того чтобы мечтать о прекрасных принцах, стоило сосредоточиться на выживании и воспитании сестер. Но все же каждый день она следила за новостями в хоккейной школе, ловя любое упоминание о Кравцове.
Однажды после очередного урока Диана собиралась приготовить обед к приходу девочек из школы, но услышала настойчивый стук в дверь. Боясь, что это опять окажется Романов, она подошла к двери и с опаской спросила:
– Кто?
– Это я, Арина. Ди, открой дверь!
Немало удивившись, Диана открыла дверь, встретившись глазами с двоюродной сестрой, которая давно устроилась в Москве, удачно вышла замуж и не приезжала в родную деревню уже лет пять. Арина была дочерью маминого брата, погибшего несколько лет назад, и раньше, когда она еще жила в Ивантеевке, девушки тесно общались. Но после смерти отца Арина пропала со всех радаров, и они потеряли друг с другом связь. Именно поэтому Диана так удивилась, увидев на пороге своего дома двоюродную сестру.
– Проходи. – Диана пропустила ее, подвинув ногой Светкины тапочки.
– Спасибо, – улыбнулась Арина и прошла в общую комнату, с интересом оглядывая дом, в котором не была много лет. А Диана разглядывала сестру.
Аринка сильно изменилась и совсем не походила на ту девчонку, которую помнила Диана: спортивная фигура, длиннющие светлые волосы, нюдовый макияж на ухоженном, холеном лице, стильная одежда, брендовая сумочка. По всему было видно, что живет она в достатке и в деньгах не нуждается.
– А здесь ничего не изменилось, – грустно улыбнулась она, поворачиваясь к Диане. – Только ты повзрослела, я помню тебя еще пятнадцатилетней девчонкой, которая упрямо пыталась противостоять своему папаше, даже когда он тебя бил. Я думала, ты вырвалась отсюда, как и я. Но ты снова здесь.
В ее словах и тоне голоса не было насмешки или издевки, Арина действительно сожалела, что умной и талантливой девочке пришлось опять вернуться в нищету и мрак.
– А ты почему вдруг приехала? – спросила Диана, ставя чайник на плиту.
– Мне из опеки звонили. Уж не знаю, как они мой номер раздобыли, но рассказали в красках, что тут у вас произошло. – Арина села на стул, разглядывая экран ноутбука, на котором была открыта страница сайта хоккейной школы. – Ты хоккеем увлекаешься? Или каким-то конкретным хоккеистом?
Она лукаво улыбнулась, наблюдая за Дианой, поспешно захлопнувшей крышку ноута.
– Это я так… нет, не увлекаюсь, – смутилась она.
– Ну понятно, – хмыкнула сестра. – Ты лучше скажи, зачем на себя такую ношу взвалила, мать Тереза? На фига вернулась?
– Не могла оставить девочек одних, – вздохнула Диана, заваривая в кружке пакетированный чай.
– А мне почему не позвонила?
– Тебе? Зачем это? – удивились она. – Ты давно уехала, оборвала с нами все связи, у меня и в мыслях не было сообщать тебе об этом.
– Но мы же все-таки семья, – серьезно сказала Арина, закинув ногу на ногу. – Тем более дело касается тебя.
Девушки немного помолчали, потом Арина сказала:
– Вот что, нечего тебе здесь делать. И девчонкам тоже. Поезжайте в Москву, я вам помогу.
– Каким образом? – Брови Дианы поползли вверх.
– Мы с мужем подумали и решили, что не можем оставить вас здесь. Расклад такой: я снимаю для вас квартиру, вы переезжаете туда, а…