Свой мир (СИ)

После того, как прошла официальная часть, поздравления и пожелания, началось, как говориться, «свободное плаванье» гостей из одного угла комнаты к другому, от одного человека к другому. И вот в тот момент, когда шум, танцы и разговоры перестали быть серьезными и люди полностью окунулись в атмосферу праздника, и вступили в игру две юные красавицы, желающие поиграть. Конечно, Миссис Вартиган сначала попыталась навязать свое мнение, предлагая познакомить дочерей с теми или иными молодыми людьми, однако, услышав в свой адрес несколько замечаний, успокоилась и отошла от них к мужу. Сьюзен видела заботу со стороны матери, но она уже считала себя слишком взрослой, чтобы следовать по чьей-то указке. И тем не менее она решила, что если ей с сестрой понадобится совет или же знакомство с кем-либо, то они будут обращаться к Миссис Вартиган.
Характер у Сьюзен не был подарком: она была упряма и очень долго помнила обо всех обидах, и даже. Несмотря на то, что в ее душе жила любовь и благодарность по отношению к мачехе, Сьюзен никогда не произносила в адрес Эллис приятных слов. Миссис Вартиган самой было нелегко говорить о том, что именно она чувствует, поэтому свою приемную дочь понимала, как никто другой, но опять-таки, сказать об этом не могла, боясь ошибиться в своих выводах. В любом случае, несмотря на все разногласия и тяжелые отношения между матерью и дочерями, Сьюзен понимала, что воспитывать чужих детей очень сложно, особенно когда мечтаешь иметь своих, поэтому уважала мачеху как человека, не испытывая при этом к ней особых дочерних чувств. Если Роза прятала свой внутренний мир под маской лживых фраз и огромного количества запутанных выражений, то Сьюзен это делала под маской молчания.
— Вон тот! — шепотом на ухо своей сестре сказала Роза и аккуратно указала на симпатичного молодого человека лет двадцати пяти, стоящего среди толпы и разговаривающего с несколькими постоянно смеявшимися дамами не самой привлекательной наружности.
— Почему именно он? Понравился? Да, в принципе, очень даже симпатичный блондин и улыбка у него такая милая.
— Мне почему-то кажется, что с ним будет легко играть, по-моему, он позер и просто глупый петух. Только посмотри, как он разговаривает с этими курицами, которые согласны выслушивать любую чушь только, чтобы обратить на себя внимание.
— Да, кстати. Видишь, как он временами смотрит на ту симпатичную замужнюю брюнетку? Да, этот парень однозначно ловелас. Ой, ой, смотри, смотри, он к ней подходит, здоровается, а брюнетка-то и сама кидает неоднозначные взгляды. Да у нас здесь вырисовывается роман с замужней дамой! Ай-ай-ай, как некрасиво! А если ее муж об этом узнает? Интересно…
— Может быть, конечно, мне показалось, но, по-моему, она передала ему что-то издали напоминающее платок.
— Ну что, будем с ним знакомиться или поищем какого-нибудь другого блондина? Этот-то, как видишь, влюблен…
— Тем сложнее и интереснее. Нам же не нужны легкие цели. А если что-то провалится, то потом найдем кого-нибудь еще. Ну все, брюнетка ушла, теперь наш черед обольщать. Ты играешь белыми или черными?
— Белые начинают, ими я и играю…
Обсудив еще несколько деталей, Сьюзен и Роза спустились с лестницы и направились в сторону блондина, который покинул всех своих знакомых дам в одиночестве и уже находился возле небольшого стола с бокалами шампанского. В тот момент, когда кто-то из гостей проходил между девушками, Роза подставила ему подножку таким образом, что тот довольно сильно задел Сьюзен, которая потеряла равновесие и упала на блондина, а точнее, буквально сбила его с ног. В итоге, оказавшись лежащей на этом молодом человеке, она очень естественно сделала испуганное лицо и попыталась встать, однако из-за неудобного платья это было сделать очень тяжело. Поэтому еще секунд десять блондин довольно улыбался и смотрел на грудь Сьюзен, которая находилась как раз у его лица. Пытаясь подняться, она изловчилась и вытянула из его кармана платок, тот, что был подарен загадочной замужней брюнеткой.
 
— Ой, молодой человек, извините. Меня, судя по всему, кто-то толкнул, а теперь не хочет поднимать. Что за времена нынче пошли? Девушек пихать на джентльменов, причем так неожиданно и нагло.
— Ничего страшного, лежите, лежите. Главное, чтобы вам было удобно, а за меня не волнуйтесь.
— Да я, в принципе, не говорила, что волнуюсь за вас.
Наконец, тот человек, которому Роза подставила подножку, догадался за талию поднять сбитую им с ног девушку, а потом извиниться за свою неловкость. На этом, в принципе, инцидент был бы исчерпан, если бы не тот факт, что Сьюзен резко развернулась и быстро пошла на улицу, напоследок оставив искусственный цветок из своей прически на полу, который, конечно же, не остался без внимания.
Тем временем Роза, стоя возле стола с шампанским, наблюдала за происходящим с огромным любопытством и наслаждением до тех пор, пока не ощутила возле своего уха чье-то горячее дыхание и услышала: «А ведь вы это сделали специально…» Резко обернувшись, она увидела того молодого человека, которому подставила подножку.
— Мистер, как вам не стыдно с какими-то непонятными намеками подходить к молодой и незамужней девушке. Я, между прочим, никогда специально не пыталась обращать на себя внимание. А, вы, как мне кажется, тот молодой человек, который своей неловкостью чуть не убил двух людей, верно?
— Но ведь это же вы сделали, я, когда падал, видел только вас и ваши золотистые туфельки.
— А вы походите по залу да поднимайте всем платья: вдруг у кого-то на ножках окажутся эти мистические золотистые туфли. Желаю вам удачи, в поисках загадочной леди с длинными ногами Мистер…
— Роуди. Мистер Бенджамин Роуди, и вы, между прочим, находитесь в доме моей семьи, так что в следующий раз будьте осторожнее как со своими словами, так и с действиями. До скорой встречи, Мисс Вартиган.
— А откуда вы знаете…
— Не сочтите меня грубым, но я всегда знаю хотя бы немного о тех, кто посещает мой дом или же о тех, к кому прихожу в гости, вам бы посоветовал поступать точно так же.
— Да, я согласна с вами: вас можно счесть грубым.
Поклонившись и притворно улыбнувшись, Мистер Роуди покинул Розу, которая совсем потеряла из виду главную цель — блондина, и только и делала, что искала его глазами, но, не найдя, отправилась к матери, которая стояла неподалеку.
— Роза, дорогая, что это там случилось с твоей сестрой? Неужели она потеряла равновесие, и чуть не опозорила меня?
— Нет-нет. Это Бенджамин Роуди толкнул ее. Нечаянно, конечно, но все же. Сам, главное, оступился, а теперь вот ходит по залу и ищет ту, что якобы подставила ему подножку.
— Кстати, он ко мне подходил минуту назад и сказал, что мои дочери — очень милые и очаровательные создания, просто ангелочки. Мне было очень приятно, я даже немного покраснела от гордости за вас.
— Поблагодари его, пожалуйста, за такую щедрость, если встретишь, однако он не знает, насколько сильно ошибается…
А тем временем Сьюзен стояла в ухоженном саду, прилегающем к дому, и мило беседовала с Мистером Тойли, блондином, который выбежал за ней ради того, чтобы отдать потерянное ею украшение. Все шло по плану, начало игре было положено, а «шахматы» стояли на поле согласно их правильному местоположению лишь с небольшим отклонением по имени Бенджамин Роуди.
— … Мисс Вартиган, вы такое милое создание, вот я сейчас смотрю на вас, и у меня невольно появляется вопрос: настоящая ли вы или просто мимолетная мечта, которая исчезнет через секунду?
— Нет, Мистер Тойли, я вполне осязаемая и вы, как мне кажется, сполна в этом убедились, когда я по воле случая сбила вас с ног.
 
— Вы совсем не виноваты, я сам упал, плененный вашей юной красотой и бесконечным обаянием.
— Да вы, как посмотрю, мастер говорить красивые и сладкие слова, которые ласкают слух девушкам. Вот только я привыкла доверять скорее своему сердцу, чем ушам, а сейчас оно говорит: «До свидания, Мистер Тойли, мне было очень приятно с вами пообщаться». После этого Сьюзен развернулась и быстрым шагом пошла внутрь дома. Блондин не понял ни такого непредсказуемого поведения, которое не вкладывалось в его обычный сценарий обольщения, ни ответа, который отрезвил его будто ведро холодной воды. В жизни Мистера Тойли чаще всего были девушки двух видов: те, что сразу не шли на контакт, но с помощью приложенных им усилий все равно обольщались, и те, что уже с первой секунды становились кокетками, показывая всем видом свое охотное желание общаться с таким молодым человеком как он. Однако Сьюзен, которую блондин со спокойной совестью отнес ко второму типу, неожиданно выбилась из привычного для него сценария поведения.