Город Богов (СИ)

— Да он сам мог накосячить. Дал богине просроченную пилюлю или у богини случилось привыкание к препарату. Ему придется спуститься в адский мир, чтобы убедиться, что Лула туда не провалилась. А пока для него это самая убедительная версия.
Закрыв прения, дал команду начинать рабочий день. Мы сделали два квартирных заказа. Прибор не пристроили, но сорок кворков на кармане. На третий раз я решил поэкспериментировать.
— Гор, тут заказик пришел от кафешки, я застолбил.
— Далеко? — благодушно спросил старый алкаш. Свою дозу отработки он получил, а потому настроение у него не такое скверное как с самого утра.
— Можно было взять заказ и поближе, но я хочу прощупать общепит. У них потребление маны должно быть гораздо выше, а значит ускоритель им нужнее.
Оставил Гора на парковке перед кафешкой и пошел разговаривать с заказчиком. Войдя внутрь, испытал легкое удивление. Я как-то уже свыкся с мыслью, что богам нужна только сома, а тут они не только пьют, но и закусывают. Причем ассортимент блюд довольно широкий.
Второе, что меня удивило, большой экран на стене. Впервые сталкиваюсь здесь с телевещанием. Пока ждал, когда ко мне выйдет владелец заведения, успел ухватить кусок репортажа из городских новостей.
Бойкая симпатюля брала интервью у солидного мужчины с гривой седых волос в классическом по моим представлениям костюме тройке. Очень выверенный, я бы сказал, образ, передающий волю, опыт и взвешенную позицию. Экранные титры сообщают, что мужчина этот сам Технос владелец корпорации Техноса. Одним словом шишка увесистая. Не последний бог в деревне.
— Как вы считаете, — щебечет репортерша, формулируя вопрос в наиболее выгодном для Техноса ключе, — Пора ли городу наконец решить вопрос со стихийными стоянками? Ваша корпорация предпринимает колоссальные усилия, чтобы сделать город современным, чистым, красивым. А эти неухоженные стоянки прямо позор…
— Эти стоянки в какой-то мере дань городской традиции, — корректно отвечает Технос, — Можно сказать, часть городского фольклора. Считается, что они существовали тогда, когда и самого города еще не было. Они не могут перейти ни в чью собственность, так как с незапамятных времен были местом приюта для любых путешественников.
— Но ведь они как грязное пятно, — репортерша продолжает отрабатывать программу, как бы клещами вытаскивая из Техноса нужные заявления.
— Прежде всего мы должны позаботится о простых рабочих, — рассудительно отвечает Технос, как бы недовольный тем, что его «вынуждают» озвучить непопулярное решение, — Стоянки служат приютом для тысяч богов. Прежде всего нужно предоставить им равноценную, и главное, такую же бесплатную замену.
— Насколько я знаю, ваша корпорация оснащает площадки за четвертым городским диаметром. Ваш благотворительный фонд собирается предоставить их в пользование…
Дослушать интервью не вышло. В зале показался владелец, и я последовал за ним в кабинет. Но и так понятно, что этот Технос готовит общественное мнение к тому, чтобы отжать площади в хороших местах, а работяг вроде меня выкинуть куда-то за четвёртый диаметр к черту на кулички.
Малый предприниматель прибором заинтересовался. В отличие от жителей квартир он стал задавать конкретные вопросы. Мне пришлось списываться с Техноманом, чтобы получить консультацию, сколько реальной экономии дает и сколько маны жрет прибор на самом деле.
— Итого, ваш ускоритель окупится через восемь лет, — объявил владелец, проведя все подсчёты.
Я малость взгрустнул, подумав, что такой длинный срок окупаемости отобьет охоту не только у данного коммерсанта, но и у всех остальных. Но владелец оказался настроен более оптимистично.
— Неплохо, — сказал он, — Беру.
Вот оно как. Это для смертного восемь лет большой срок. А для бога это краткий миг. Через восемь лет прибор окупится и будет приносить прибыль долгие столетия. Прибор-то не сломается, он богами изготовлен.
Отработав заказ, хотел лететь к Техноману за расчетом и с мыслью попросить на реализацию на этот раз сразу два ускорителя. Надеюсь, не откажет, надеюсь, кредит доверия растет с каждым проданным устройством, но тут со мной связались монтажники. Сообщили, что у них тоже готов заказ. Договорились пересечься в баре у Бара.
 
— Привет, Марк, — они помахали мне, как только я вошел.
Ну а что. Для кого-то это мелочь, а меня греет мысль, что в сообществе трудяг меня так легко приняли за своего. Эти боги, которые в общем-то бывшие люди, может быть не умеют красиво говорить, не умеют разводить демагогию, но они разумны и руками, и головой. Они основа, на которой стоит любое общественное устройство.
— Привет, парни. Рад вас видеть в бодром духе. Что нового?
Монтажники выкатили мне заявку на два ускорителя и один преобразователь, сложный дорогостоящий прибор аж за пять сотен кворков.
— Ого. Да вы прям оптовый заказ подогнали.
— А ты думал, — парни явно рады, что смогли произвести на меня впечатление, — Это только начало. Когда сможешь?
— Честно скажу, этот ваш преобразователь калибровать пока не доводилось. Но я думаю, справлюсь. Куда он идет?
— Это важный прибор, Марк, — пояснил монтажник, — Арбузная мана способна принимать разные формы под разные нужды. Запитать пространственный карман — это одно, а обеспечить магической силой кухонный комбайн, чтобы он за четыре секунды перегнал куриное яйцо в килограмм куриного мясо — это другое.
— Это совсем другое, — подтвердил второй монтажник, — Я не ел куриных яиц, как впрочем и куриного мяса, лет сто пятьдесят. А вообще хотелось бы.
— Ладно, разберемся, — обещаю оптимистично, — Не бо… в смысле не только технобоги горшки обжигают, мы тоже на что-то годимся.
Хотел уже подниматься из-за столика, но остался сидеть. В заведение вошла компания из пяти личностей явно для этого места чужеродных. Трое из пяти в полицейской форме. Двое в деловых костюмах. На их лицах читается презрение и решимость. Подойдя к барной стойке, управленец в костюме припечатал на столешницу какую-то бумагу.
— Официальное уведомление, — оповестил он противным прокурорским тоном, — Ваш бар признан незаконной постройкой и будет снесен в недельный срок. Потрудитесь расписаться.
— Не буду я ничего подписывать, — спокойно ответил Бар, — Участвовать в вашем фарсе не собираюсь. Стоянка основана первыми богами, их слово важнее ваших судебных решений.
— Хорошо, — зловеще сказал «костюм», — Я внесу в протокол факт отказа сотрудничать с представителями власти и проявление неуважения к суду.
Бар усмехнулся и хотел что-то еще добавить, но его опередил один из завсегдатаев бара.
— Вы не имеете права отнимать у нас последнее, — он поднялся и угрожающе двинулся на пришедших, — Стоянку не отдадим. Хоть сколько вынесите судебных постановлений.
Пришельцы, похоже, ждали такой реакции. Более того, на такую реакцию они рассчитывали. Но тут другие посетители не дали усугубить провокацию. Возмущенного работягу обступили, развернули и усадили обратно за столик.
— Это Бэк, — поведал монтажник негромко, — У него двадцать два процента устойчивого хаоса, а все не уймется.
— Двадцать два процента? — поражаюсь, — Он же почти на пороге… как он умудряется держаться?
— Принимает таблетки устойчивости к хаосу. В сущности он на эти таблетки и работает. Если еще лишить его места ночлега, он продержится очень недолго
— М-да. Нелегко живется этому Бэку.
Чужаки еще постояли с полминуты с вызывающим видом, рассчитывая на новый виток конфликта, но работяги теперь их дружно игнорируют. Когда они ушли, я подошел к Бару.
— Насколько реальная угроза? — киваю на лежащую на стойке бумагу судебного предписания.
— Мы еще пободаемся, — решительно ответил Бар, скомкал бумагу и швырнул в ведро, — Но если честно, рано или поздно нас отсюда вышвырнут. В пределах первого-второго диаметра уже давно все забрали. Теперь до нас очередь дошла. Мы и так чудом держимся, только потому что технобоги со зверобогами никак не договорятся, как поделить куски.