Античный Чароплет. Том 3 (СИ)

— Потомки назовут день, когда я стал Раджой, чернейшим, — тихо бормотал себе под нос Сварнраадж. Он только что вернулся с переговоров с Императором и Фараоном. Мрачный Брафкасап шёл рядом. Шивкамути при нём не было.
Судя по всему, закончился процесс успешно. Хотя бы потому, что мне выскочило это сообщение:
Задание «Искра Смерти» выполнено.
Награда: шесть уровней, 9 золотых сиклей, увеличение уровня ментальной магии.
Несмотря на то, что после завершения «Тайны превосходства» моё предвидение расширило свой диапазон с, примерно, семи десятых до целых двух секунд вперёд, в голове возникало ужасное напряжение. Требовалась прокачанная ментальная магия, чтобы не жить в состоянии сенсорного шока. Поэтому я старался подавить «лишние» ощущения, сжать период, на который смотрю в будущее. Сейчас же словно мир внезапно расширился, а небольшое напряжение в голове исчезло. Судя по всему, вовсе не обязательно Шивкамути пересекать границу. Достаточно, чтобы Фараон получил её. Сварнраадж расстался с последним, что ещё делало Бхопалар великим. С Шивкамути. Полагаю, кто забрал вторую, я тоже знаю. Теперь Индра-Бхопалское Царство окончательно отброшено на столетия назад. Это не могучий монстр, превращающийся в нового гегемона, а местечковая держава. Не более того. Сварнрааджу не позавидуешь. Начать правление с возвращения Эмуши, лишиться спустя восемнадцать дней после этого самого возвращения сразу двух Шивкамути, потерять в процессе всю армию, большую часть джунуюдха и пойти на поклон двум чужим правителям.
Со смерти Абтармахана прошло всего одиннадцать дней. Я был мрачен. Постоянно хотелось кого-нибудь убить. В войсках… Хотя, какие тут войска из четырёх с половиной сотен человек?.. В отряде настроения были тоже мрачными. Окончательно мораль бхопаларцев добило, что шумеры и египтяне преспокойно заняли оборонительный рубеж, выстроенный ещё при Тарджабалахасаре. Ту самую систему небольших крепостей, чтобы обороняться от нежити эмушитов и защищать их бывшие земли. А наш отряд, собственно, должен был расположиться лагерем где-то восточнее, пока Сварнраадж не договориться с Императором и Фараоном. Всю эту информацию, понятное дело, заранее сообщили мы с Имхотепом. И про рубежи, и про плачевное после визита архидемона состояние войска. И про прочее.
Ещё в пути я, по инструкции Брафкасапа, положил гранаты Абтармахана себе на глаза. Было очень больно, когда они расплылись, затекая под веки, проникая внутрь. Я тогда ослеп на сутки. Только ауры ощущал. С глазами всё это время что-то происходило. Система накинула новый уровень. Магический резерв увеличился на триста единиц в течение суток, что было ОЧЕНЬ много. Когда смог после сна открыть глаза, понял, что, во-первых, у меня идеальное детальное зрение, во-вторых, мне стало легко видеть в темноте. И всё. Впрочем, глаза пока спали. Как говорил Брафкасап, их можно «пробуждать». Собственно, я это видел в исполнении Абтармахана. Он пробуждал глаза после Ракануджара, прятал пробуждённые глаза в самом Ракануджаре, использовал их силу в бою с Эмушей перед смертью. Пробуждены глаза полностью у всех драгоглазых. Система, в общем-то, подписала мне в выведенном сообщении эту возможность, но что будет при пробуждении — три знака вопроса. Пока что активировать их я не стал, хотя и чувствовал, что могу это сделать. Во-первых, бонусы и так неплохие. Во-вторых, красные самоцветы у драгоглазых — удел сильных. Я поставил себе мысленную планку: довести мощь чар до хотя бы тысячи восьмисот, после чего уже пробовать экспериментировать с глазами. На всякий случай. Почему именно эта характеристика? Потому что она тоже выросла на три пункта, когда я смог видеть новыми глазами. Опять же, нужно было дать организму привыкнуть к ним.
У меня имелось десять свободных очков. И я, не задумываясь, вбросил их в мощь чар, доведя её тем самым до тысячи пятисот двадцати двух пунктов. Больше условной половины от того, во сколько я оценил Тай-Кера. Расту.
 
Наконец, мы смогли пройти в укрепления и занять один из фортов, почувствовав себя в безопасности.
— Тебя вызывает Верховный маг Шумера, — сообщил мне Брафкасап спокойно.
— Угу, — киваю ему, после чего потопал в нужном направлении. По результатам переговоров Сварнрааджа, ему отдали (забавно, с учётом того, что это его крепости) форт в восьми километрах отсюда на север. Кстати, северную часть рубежа заняли египтяне. Центральную (примерно центральную) крепость сделали общей. Там же и происходили переговоры. Она располагалась не далее как на расстоянии прямой видимости. К ней я и пошёл. На входе, который представлял из себя просто единственный оставленный подъём через проём в стене на утрамбованный и укреплённый деревянными брёвнами холм стояло восемь стражей. Для Бхопаларского отряда теперь восемь элитных бойцов выделить на ворота — это крайне тяжёлая задача. А тут — четверо меджайя и четверо воинов из гвардии Императора. И маг. Один. Кстати, шумерский.
— Кто таков? — грозно спросил этот… Подмастерье/мастер, судя по ауре.
— Тиглат. Мастер Гильдии Шестидесяти Знаний. Верховный вызвал, — пожимаю плечами.
— Почему в таком виде? — недоумённо спросил он, оглядывая меня.
— Не твоё дело, — грубо отвечаю, делая шаг вперёд.
— Как ты разговариваешь⁈ — ну да. Стоишь себе такой на воротах. У тебя тут восемь элитных бойцов. И ты отвечаешь за вход-выход. Можно себе позволить понаглеть.
— Как хочу. Не пропустишь меня сейчас — убью. Тебя. И их, — киваю на бойцов. — А потом вырежут весь твой род, потому что ты посмел препятствовать воле Верховного в военное время и угробил восемь элитных воинов. Считаю до трёх. Три…
— Проходи, — сглотнул он. Ну да. Ауру видит. Видит, что я не шучу. Аура у меня мощная. Позубоскалить можно мастеру. Скорее всего, он тоже мастер. Но весовые категории у нас разные. А мне надоело лебезить. Хватит.
— Мне доложили, — спустя пятнадцать минут ожидания, меня всё же пропустили в шатёр к Менгске, — что ты угрожал магу на входе? — проскрипел старик.
— Его нужно было поставить на место. Приветствую, Верховный, — небольшой поклон. Менгске хмуро рассматривал меня. Мощная аура архимага так и слепила взор, а бушующая мощь звоном отдавалась в ощущениях.
— Его? Не тебя?
— Я недавно встретился лицом к лицу с архидемоном, — слегка вздрагиваю. — Думаю, могу позволить себе небольшую слабость.
— Может быть, — архимаг, прищурившись, смотрел на меня. Анализирует ауру. — Что у тебя с глазами, мастер? Они ощущаются… Необычно.
— Личный секрет, — пожимаю плечами.
— Хорошо. Садись, — он указал мне на подушки. Шатёр был очень богато устроен. Ковёр, деревянный стол, подушки, серебряные блюда на столе вмещали в себя разные кушанья. Я сел туда, куда мне указали. Менгске удобно устроился передо мной. — Говори.
— Что именно? — непонимающе смотрю на него.
— Всё. Через связной амулет, конечно, хорошо обсуждать всё подряд, но я хочу говорить подробно. С глазу на глаз. Ты сталкивался в бою с этим демоном и его слугами. Что они из себя представляют, насколько опасны? Что могут и умеют? Подробно. Ещё я и Император желаем получить карту. Со всеми подробностями и расстояниями. Мы хотим знать всё, что знаешь ты.
— Что же…
* * *
Выходил я от Верховного уже вечером в смешанных чувствах. Император меня своим присутствием так и не почтил. Впрочем, логично. Где я, а где Энмеркар. Кстати, с ним я, если правильно помню, лично не встречался. С его дедом, Энемеркаром Первым — да. А вот с Энмеркаром Вторым — нет. Но не важно.
Менгске вёл себя спокойно. Даже, можно сказать, благосклонно. Учитывая его мерзкий характер и мою репутацию, это было странно. Крайне странно. Он заставил меня в деталях вспомнить не только бои с тенями или сражение с Эмушей, он также подробно расспросил о бое с Тай-Кером. Вообще о каждом моменте штурма Похалая. Заставил буквально ломать голову, но слово в слово повторять разговор и речь архимага.