Античный Чароплет. Том 3 (СИ)
Вообще говоря, мертвецы могли бы просто попробовать постоять тут подольше и подождать, пока мы устанем. Но «игра в гляделки» будет недолгой. Припасы у нас есть. Если что, то всегда можно убить лошадей. А с востока идёт основная армия. И отстаёт она сейчас дня на два-три. Джунуюдха невероятно выносливы. Маги, большинство из которых храмовники, — тоже. Нас не измотать регулярными стычками за это время. Мы вполне сможем отдыхать посменно, резко вставать по тревоге, атаковать… Ночь без луны не в ближайшие дни, так что вариантов у эмушитов не так уж и много. Хотят расправиться — нужно расправляться сейчас.
Видя, что Облако Отчаяния начало слабеть, мертвецы после некоторых осторожных попыток, вновь побежали атаковать. Сначала — разреженной толпой, а потом всё более плотной, начав взбираться по трупам своих предыдущих товарищей по несчастью. Как я и опасался, на мёртвых телах были далеко не живые крысы. В первых рядах их не было. Оно и логично: сначала завязалась бы обычная драка, а потом эти твари бы полезли под ногами. А потом они первые начали обращаться в обычные обезображенные трупы в Облаке Отчаяния. Но теперь, когда Облако ослабло, да ещё и становилось всё более неоднородным и разреженным из-за пробегающих сквозь него мертвецов, эти твари буквально лезли под ноги наших воинов. Они кусали, затаптывались, заменялись новыми товарками, которые снова пытались укусить хоть кого-нибудь.
Жрецы Имхотепа делали свою работу отменно. Они буквально выбивали мощными телекинетическими толчками тех врагов, которые умудрялись отвоевать себе на огромном вале из трупов, остатков телег и земли хоть какое-то пространство, грозя устроить прорыв.
Мне тоже приходилось сражаться. Впрочем — немного. В основном моё участие ограничилось всего одним заклинанием. Зато каким! Воздушный таран буквально разнес, смял и поломал, наверное, до сотни тварей. Такая эффективность никогда бы не получилась против живых людей, но мёртвые просто шли самой плотной толпой, какой только могли: им было плевать на удобство, плевать на воздух. Вообще на всё плевать. Им нужно было только пробить, прогнуть, протолкать и продавить в конце концов нашу оборону, потому что стоило лишь сломаться нашему строю, как нам конец. Никакие превращения джунуюдха не помогут, никакие заклинания. Выжить смогут в том аду, который начнётся, только достаточно сильные маги-одиночки вроде того же Абтармахана. Он вместе с Брафкасапом с разных участков стены буквально испепеляли/замораживали врагов, но обратиться своими боевыми формами не могли. Если они это сделают, то наш отряд тут же окажется смыт: они принимают на себя немалую часть давления. Да и такая толпа мертвецов сможет даже их двоих взять числом. Видя, что положение отчаянное, я решил применить наш козырь во второй раз. Новое Облако Отчаяния. Но на этот раз — с другими параметрами. Высота не более трети метра. Большая площадь. Мертвецы начнут падать не сразу, но вот координация движений, и так отвратительная, станет ещё хуже. А потом критическое количество повреждений в удерживающих их чарах скажется, попросту лишив их ног. К тому же мой удар станет фатальным для всяких крыс, змей и прочей мелкой воскресшей гадости.
Бой был столь чудовищный и интенсивный, что у меня после применения моего второго «подарка» осталось всего чуть больше полутора тысяч маны. Кажется, я не подписывался на такое, когда поступал на службу Тарджабалахасару. Мне столько не платят! И вообще…
Новая слетевшая личная защита оборвала мои мысли. Эта была последняя. Против дошанов у меня мало что есть. Только Алый Доспех из старых чар, но его надо ещё начитывать. Маны было не слишком много: стоило беречь. Поэтому я вынужден был материализовать в своей руке посох из белого дерева. Шак’чи, проявившись в воздухе полупрозрачной фигурой, воинственно заверещал, потрясая кулаками, после чего нырнул в посох, заставив его вспыхнуть и даже слегка обжечь мне руку. Выйдя в передние ряды, которые оказались продавлены мертвецами, я стал жёстко и быстро бить их в грудь и головы. Один удар на каждого. Больше не требовалось. Совершенно не теряя концентрации даже от отдающих уже каждым ударом болью в голове барабанов, я начитывал Алый Доспех. Заклинание применялось мной за всю жизнь всего дважды. Совершенно не понимаю, как я не сбился во время чтения. Но в любом случае, вскоре вокруг меня появились искажения воздуха. Это было похоже на то, как искажается воздух над костром. Только, помимо прочего, сами искажения были слегка красноватыми, а иногда мелькали целые алые жилки.
Духовные линии постоянно пропускали через себя ману. Алый Доспех — прекрасная, но затратная разработка кого-то из архимагов Шумера, жившего лет триста назад или около того. Идея, насколько я понимаю, была в создании универсальной защиты для боя с некромантами. Отражает большинство проклятий и заклятий на основе силы смерти, да ещё и кинетическая защита лишь немногим хуже Доспеха Ану. Из минусов — требует постоянного потока маны на поддержание. Затратен. Для архимага ещё нормально. Сильный магистр… Ну, тоже выдержит. А вот для меня, человека, по резерву находящегося где-то между магистром и мастером…. Ну, такое себе. Это для магического боя. Но я не собирался больше применять каких-то заклинаний. Только бил посохом и защищался доспехом от попадавших стрел смерти и частых ударов кулаками, когтями и поганым оружием вроде хлипеньких веток-дубинок. Физические удары доспех отражал не особо удачно: до меня они доходили. Когти некоторых зверей, чьё количество становилось всё меньше, соскальзывали. А вот дубинки и камни долетали. Но сильных повреждений не наносили. Заклинание смягчало их удары, так что оставались лишь небольшие ссадины и синяки.
Смрад и духота стояли чудовищные, несмотря на призванный мной в самом начале битвы ветер. Вокруг стояли крики живых, терзающие уши, и крики барабанных ударов, сводившие с ума. Топот мёртвых, звуки ударов, свист, грохот от применяемых чар и материализующихся ненадолго духов, яростный рёв того или иного обратившегося джунуюдха — всё это превратилось в отдельные капельки, которые потихоньку подтачивали рассудок. Только во время войны с куклусами я помню что-то такое. Но в то время за спиной стояли магистры и архимаги, которые могли обрушить на мертвецов-полудемонов всю мощь магической Гильдии Шестидесяти Знаний. Длань Адада и Длань Шамаша, собственные восставшие мертвецы, огненные дожди, благословения богов, чудовищные артефакты, порождённые безумной мыслью своих создателей. Да что там! Мы живого Бога в своё время загнали обратно в поганый Лэнг, из которого он и вылез. А здесь…
Яростно рыкнув, я ещё больше, чем до этого, ускорил поток праны в теле, а больше сотни единиц жизненной силы загнал в посох, заставив его обжечь руки и вспыхнуть нестерпимым белым светом. Вся использованная прана и больше пятисот единиц маны обратились огромной температуры волной белого пламени, которая прошла огненным лезвием, буквально испепеляя ненавистные, оскаленные во всевозможных гримасах разложившихся гнилых лиц с ползающими личинками головы мертвецов. Я чувствовал, что из носа полилось что-то тёплое, глаза застилала пелена из появившихся тёмных пятен, сам я тяжело дышал, пот струился по телу, буквально на глазах испаряясь. Сколько уже прошло времени? Сколько ещё осталось?.. Я не знал ответов на эти вопросы. Мы уже давно не стояли на стенах: те оказались погребены под завалами мертвецов, чьи тела стали новыми стенами. Иногда на них подскальзывались: трупные жидкости и разложившаяся плоть явно не слишком надёжная опора. Практически всегда скользили враги, но и джунуюдха бывало падали. Чаще всего они старались в таком случае упасть вперёд, на лезущих тварей, чтобы обратиться и забрать с собой как можно больше врагов.