Ультра: Марс (СИ)

Есть неформальный момент, что как бы высоко не поднялся в званиях младшенький, старшаков он должен уважать и содействовать им в получении различных благ. Это правило обычно не соблюдается, так как означает лютый неуставняк, когда капитан, скажем, подчиняется лейтенанту, дичь, короче, но некоторые индивиды таким правилам следуют. Просто одно из отмирающих явлений старой школы офицерского корпуса. Но всё равно между собой мы так и называем различных индивидов, для упрощения идентификации.
— Мы соорудили тут за прошедшее время помещения для шестисот человек, поэтому особо жопу не рвите, можете работать планомерно и качественно, — сказал я ему.
— Ля-я-я, ты же у нас во всех новостях! — произнёс Спицын. — Ты, оказывается, в шоу «Нейроинтеллект» участвовал! Ля, а америкосов как колол штыком! Опасный ты человек, Гектор!
— Ага, опасный, — не стал я спорить. — Но это ещё фигня по сравнению с тем, что будет дальше.
— Меня в эти дела не впутывай! — поднял руки Спицын. — Я гражданский уже, в военных преступлениях не участвую!
— Это не военное преступление, если тебе было весело! — произнесла Суо.
— Выгружайтесь оперативно и освобождайте площадку, — бросил я Спицыну, поворачиваясь обратно ко входу в бункер. — Схемы получите вечером, как устроитесь. Работы — непочатый край.
— Да тут только геморрой вырастить можно, — усмехнулся Спицын.
— Для этого и существуют теплицы и генномодифицированные растения, — ответил я и открыл ворота. - Подорожник приложишь.
До вечера разгружались, а потом до ночи освобождали площадку от корабля.
Мы, кстати, силами роботов и транспорта сумели дотащить «Балтимор» до Лабиринтов Ночи, где разрезали его на части и использовали при строительстве. Автоматические электроплавильные печи, в контексте наличия ядерных реакторов, обеспечили нас неисчерпаемыми запасами металла, так как в пещере, в которую мы углубляемся, обнаружились богатые залежи железной руды. Но нам пока что руду разрабатывать нет смысла, мы занялись трофейным кораблём и обломками с других кораблекрушений, которые были доставлены в Лабиринты Ночи трудолюбивыми роботами.
Поэтому в случае с помещениями для пятисот человек всё было построено весьма серьёзно: всё из стали и алюминия, герметично и эргономично, отдалённо напоминает тюремные камеры особого режима, но это дело такое, тут у всех так.
Колонисты были распределены по помещениям, поставлены на довольствие и учтены Питом.
Пита мы разместили в самой защищённой комнате, куда имеем доступ только мы с Прасковьей. Он взял под контроль всю деятельность нашего пока что небольшого колониального поселения. Очень удобно, когда за матчастью следит машина, которая никогда ничего не забывает, не ленится и знает, как наиболее оптимально расходовать ресурсы.
За эти месяцы мы также доставили сотни тонн льда в пещеры, аккурат в пробуренные вертикальные шахты. Потом мы долго и томительно плавили лёд, чтобы в итоге создать аналог водоёмов для рыбы из предыдущей колонии. В воде разместили многоспектральные источники ультрафиолета, имитирующие солнечный свет, а после запустили в водоёмы хлореллу, у которой была куча времени, чтобы разрастись там до оптимума.
И с этим кораблём прибыло дофига генномодифицированных рыб, которые будут комфортно чувствовать себя в подобных условиях, что создаст нам бесперебойный источник пищи.
Также я лично возводил вольеры для генномодифицированных свиней, которые могут всю свою безрадостную жизнь питаться хлореллой и рыбой.
Помимо этого есть здоровенная секция пещеры, которую мы усилили колоннами и выровняли под общий уровень, где теперь находится гигантская теплица, в которой под капельным орошением произрастают батат, рис, горох, шпинат, капуста, картошка и чеснок с луком. Пришлось пустить на компост американское дерьмо из корабельного отстойника, но дело того стоило.
Цикл производства пищи налажен и уже функционирует, осталось только запустить рыб в водоёмы и свиней в вольеры.
— Сколько приветов привезли? — за ужином спросил я у Михаила Антоновича Головина, бывшего подпола сухопутных войск, поставленного в качестве руководителя колонистов.
 
— Двадцать комплектов, — ответил тот, с удовольствием прожёвывая печёную картошку. — Считаю тактику с установкой их на стационарные позиции ошибочной.
— План утверждён Советом псевдо-ИИ и лично Путиным, — сказал я ему.
Он скептически посмотрел на меня.
— Они не Марсом заведуют, а Землёй, — хмыкнул он после паузы. — Я читал отчёты о вашей бурной деятельности в прошлом году. Да, сработали неплохо, но это было недостаточно, поэтому сотни хороших людей погибли напрасно. Вас переиграли на стратегическом уровне. У меня есть идея, которая поможет разобраться с колониальным кораблём американцев с гарантией, надёжно.
— Я открыт для идей, — развёл я руками.
Прикрыв глаза, подполковник Головин тщательно прожевал очередной кусочек печёной картошки.
На вид ему лет пятьдесят-шестьдесят, физически крепок, как и все современные военные, на верхней губе старый треугольный шрам от осколочного ранения, зуб за шрамом искусственный, это бросается в глаза. Ростом метр семьдесят пять или около того, жилистый, седой, взгляд у него тяжёлый. Я вижу в нём человека, который понимает меня и я его понимаю, так как мы вышли из-под одного заводского штампа.
— Используем имеющийся транспорт для установки на него «Приветов», — вновь заговорил он. — Девять месяцев полёта я обдумывал вашу тактику действий и логику американцев. В следующий раз они не будут глупить и зачистят поверхность с орбиты. Стационарные металлические объекты будут подвергнуты уничтожению, а вот подвижные... подвижные очень сложно засечь даже мощным сканером. И если мы создадим сеть передвижных ЗРК, которые не будут задерживаться на одном месте дольше, чем на десять минут, то есть шанс, что американцы засекут не всех и тогда, после орбитальной артподготовки, уверенные, что все угрозы уничтожены, начнут вхождение в атмосферу, а тут несколько «Приветов»...
— Двадцать штук — маловато для такого, — покачал я головой.
— Будут ещё, — усмехнулся бывший подполковник. — Через двадцать четыре дня ждём прибытия очередного корабля, ещё через сорок дней прибудет следующий, а за ним, через девятнадцать дней, прибудет ещё один. Они привезут сотни «Приветов», а также множество транспортных средств. Вот тогда мы и будем готовы встретить колониальный корабль американцев со всей широтой души.
— Эх, надо было с мобилками заранее продумать... — вздохнул я. — Или вообще изначально самоходные «Приветы»...
— Э, нет... — с улыбкой покачал головой Головин. — Мы и так впритык загружались. Двадцать «Приветов» — это вообще минимум, так как американцы никаких денег не пожалеют, чтобы высадить на Марс пятьдесят тысяч подготовленных солдат.
— Так там гражданских вообще не будет? — не понял я.
— Корабль колониальный чисто номинально, — усмехнулся подполковник, а затем зачем-то понизил голос. — Есть инсайд от разведчиков, что они строят два корабля, причём один для постоянных рейсов туда и обратно. Туда с посадочными капсулами с людьми, а обратно с какими-нибудь ценными грузами, типа платины или золота, десятками тысяч тонн. И то, эти десятки тысяч тонн ценмета не оправдают даже пяти процентов стоимости полёта, но хотя бы не порожняком. В итоге они планируют гонять так до победного, населив Марс популяцией около трёх миллионов человек. И первыми, с полным фаршем, на отдельном корабле, больше напоминающим орбитальную орудийную платформу, высадятся именно военные, которым поручено выкурить нас отсюда. И у них получится, если мы дадим им приземлиться.
— Примарситься, — автоматически поправил я его. — Значит, наш проект полная ерунда, если сравнивать...
— Не знаю, что там пилят наши, но меня впечатлило то, с каким размахом работают американцы, — сказал подполковник. — Только от нас зависит, как мы будем жить дальше и будем ли вообще.
— Ориентировочно когда стартует их колониальный корабль? — спросил я.