Ультра: Марс (СИ)

Парис смотрел на премьера выпученными от изумления глазами.
— Но... — произнёс он.
— Мы всегда держим руку на пульсе, именно этим объясняется устойчивость нашего государства, — усмехнулся андроид-Медведев.
Он — это голос псевдо-ИИ, посредством которого они общаются с окружающим миром в классическом смысле этого слова. Сам он думать не способен и им прямо сейчас управляет какой-то из псевдо-ИИ, «заседающих» в Совете.
— Вижу по вашим глазам, что вы начали кое-что понимать, Гектор Андреевич, — вновь заговорил Медведев. — Держите себя в руках и соблюдайте взятые на себя обязательство первостепенной важности.
Обязательство первостепенной важности — это, ясен красен, неразглашайка. Сколько я их подписал? Штук семь или восемь?
Гостайна всегда первостепенна, а затем уже идут непосредственные обязанности, от которых меня, к слову, освободили увольнением в запас. Только вот увольнение в запас не освобождает от обязанности хранения гостайны.
Кстати, в каждой подписанной мною неразглашайке имелся пункт о том, что даже производные от вверенных тайн домыслы, на первый взгляд не имеющие отношения к тайне, не подлежат разглашению в любом виде. То есть даже если я когда-нибудь напишу мемуары, перед «добром» на публикацию их тщательно изучат псевдо-ИИ, чтобы устранить малейшую возможность разглашения каких-либо секретов. Неблагодарное это дело нынче — мемуары...
И ещё, мне буквально вопит интуиция, что Совет знает о том, что я знаю гораздо больше, чем мне кажется.
Может, отправка на Марс — это один из способов избавиться от меня, чтобы даже невольно не мутил воду?
— Да так оно и есть, как пить дать, — заверила меня Суо. — Слишком ты непонятный, в основном благодаря мне. А псевдо-ИИ — конструкции со вполне логичным мышлением и реакциями: непонятное надо сделать понятным, а значит и предсказуемым, потом надо это понятное и предсказуемое обернуть на пользу делу, но если не получается, то надо обезопасить все свои активные и пассивные планы от этого непонятного. В твоём случае они легко могли решиться на физическое устранение, так как слишком уж интенсивно мы мутим воду, но нашлось адекватное и полезное решение, которое устроило всех. Тебе, можно сказать, повезло, что обстановка не слишком критическая.
Утешила, блин...
— В данном ангаре вас ждёт подарок от Министерства Обороны Российской Федерации, — продолжил тем временем Медведев. — Василий Николаевич...
— Ах, да, пройдёмте, — министр обороны, одетый в гражданское, очухался и направился в ангар, ворота которого начали открываться.
Мы вошли в пустое помещение ангара, посреди которого стояло два непонятных объекта, прикрытых брезентом.
Министр лично поработал ручками и стянул брезент с каждого объекта.
Под брезентом находились два экзоскелета неизвестной модели.
— Это образцы БЭС-1 «Аякс», общевойсковой модели экзоскелетной брони, которая поступит в войска только в начале следующего года, — начал министр Василий Николаевич Кржижановский. — В отличие от общевойсковой модификации, эти образцы специально разработаны для активной деятельности в условиях Марса, оснащены системой жизнеобеспечения, а также оборудованы дополнительными батареями, позволяющими сохранять высокую активность в течение восьми часов, а не трёх, как на общевойсковой модели. Грузоподъёмность — шестьсот килограмм, класс защиты — 14, то есть практически любое лёгкое ручное огнестрельное оружие против этого экзоскелета бесполезно, более того, необходимо вооружение калибром свыше 50 миллиметров, ну или противотанковые средства, чтобы справиться с носителем данной экзоскелетной брони. На пике энергозатрат броня позволяет перемещаться по твёрдому грунту со скоростью 15 километров в час, не прилагая усилий со стороны оператора. Также броня оснащена прыжковым ранцем, позволяющим осуществлять, в условиях Марса, прыжки высотой до двадцати метров. Ранец, спешу заметить, расходует заряд батареи, поэтому использовать его лучше только в случае крайней необходимости. Также в комплекте идёт оружие специально сконструированное для марсианских условий. Это полуавтоматические крупнокалиберные винтовки ВБ-1 «Ибис». Калибр — 30 миллиметров, подкалиберные боеприпасы, предназначенные для гарантированного уничтожения противника с одного попадания. Об автоматической стрельбе речи не идёт, патронов не напасёшься, поэтому бейте наверняка. И вообще, боевые экзоскелеты предполагается применить только в крайнем случае, основная надежда базируется на УБР-1-1 «Астрей», который, судя по показанным во время войсковых испытаний характеристикам, идеально подходит для спектра поставленных задач. Кстати, хотелось бы поговорить с Парисом Андреевичем о данном...
 
— Об этом вы сможете поговорить с ним позднее, — прервал его андроид Медведев, а затем повернулся к нам. — Гектор Андреевич, Прасковья Андреевна... Освоение данной техники не займёт слишком много времени, она в чём-то похожа на уже знакомый вам «Ахилл-М», вы справитесь. Теперь поедем в более удобное место, нам необходимо обговорить конкретику касательно вашей миссии на Марсе.
Подъехало несколько гольф-картов. Медведев с величественным и серьёзным видом уселся на одно из сидений и уехал к основным корпусам научно-исследовательского института, а мы последовали его примеру.
У сквера близ главного корпуса автоматические гольф-карты остановились.
Медведев сел на лавку и достал из кармана портсигар, в котором, вопреки ожиданиям, обнаружились таблетки. Сосредоточенно сжевав несколько из них, он прикрыл глаза и дождался, пока мы рассядемся на лавках.
— Очень хорошо играет, — похвалила его Суо. — Оскара ему.
— Вы понимаете, куда направляетесь? — спросил Медведев. — Земной уголовно-процессуальный кодекс там не работает, нет полиции, юстиции, только песок, камни и атмосфера, преимущественно состоящая из углекислого газа. Да, формально действует резолюция ОНН № 3234, но реальность вносит свои поправки. Законы на Марсе не работают, никто не скажет ничего плохого, если кто-то устроит там геноцид, главное, чтобы об этом не узнали на Земле. Теперь про вашу задачу...
Ого. Термин «геноцид» в этом контексте он упомянул совершенно неслучайно.
— Вашей задачей будет обеспечение безопасности нашей колонии, а также недопущение высадки колонизационного корабля США, — продолжил Медведев. — Уничтожите вы его на орбите, или вырежете всех уже после высадки — ваше дело, мы здесь можем только порекомендовать, так как не можем знать обстоятельств, которые будут воздействовать на вашу миссию. Главное — американцы не должны закрепиться на Марсе. До запуска колонизационного корабля осталось несколько лет, но всё может произойти гораздо быстрее, поэтому озаботьтесь уничтожением всей налаженной американцами инфраструктуры, чтобы даже в случае частичного провала вашей основной миссии они затратили свои отнюдь не бесконечные ресурсы на обустройство.
— Что касательно наших колонистов? — задал я вопрос.
— Они занимаются подготовкой к приёму нашего колонизационного корабля, — ответил андроид Медведев. — Поспособствуйте им по мере возможности, но и слишком не усердствуйте. У них есть все необходимые ресурсы для этого и ваше участие необязательно. То есть помогайте, конечно, но только без ущерба для основной миссии. Вы отправляетесь туда уничтожать, а не строить, этим ограничена ваша функция.
— Какова перспектива нашего возврата на Землю? — задал я, пожалуй, самый важный вопрос.
— Это хороший вопрос, — хмыкнул Медведев. — Вероятность этого ненулевая, но пока что об этом говорить рано, слишком много переменных. Выполните миссию — тогда и будет рассмотрена вероятность вашего возврата на Землю. Совет не разбрасывается ценными кадрами, поэтому я лично считаю, что шансы снова вернуться домой у вас очень высокие. Если не слажаете, разумеется.
— Сделаем всё возможное, — ответил я уверенно.
— Я вас не ограничиваю, — улыбнулся андроид. — Невозможное тоже делайте.
Он встал с лавки и молча направился в сторону КПП.