Дикий зверь

ПОНЕДЕЛЬНИК, 13 ИЮНЯ
ВТОРНИК, 14 июня
СРЕДА, 15 ИЮНЯ
➧ ЧЕТВЕРГ, 16 ИЮНЯ 2022 ГОДА
ПЯТНИЦА, 17 июня
СУББОТА, 18 ИЮНЯ
(Уикенд в Сен-Тропе)
ВОСКРЕСЕНЬЕ, 19 ИЮНЯ
(Уикенд в Сен-Тропе)
ПОНЕДЕЛЬНИК, 20 ИЮНЯ
(День рождения Софи)
8 часов 20 минут утра.
У выхода с парковки “Монблан” появились на эскалаторе Софи и Карин. Они увлеченно, весело болтали, не в силах остановиться. Обе хохотали до слез. Им уже почти пора было прощаться, но Софи предложила еще поговорить:
– Может, зайдем выпьем кофе?
– Сейчас? – Карин словно не верила, что ее общество может оказаться настолько приятным.
– Ну, если ты не опаздываешь, – учтиво оговорилась Софи.
– С величайшим удовольствием, – спохватилась Карин. – Я в бутике, знаешь ли, в своем роде хозяйка, что хочу, то и делаю.
Произнеся эту ложь, она незаметно достала телефон и послала сообщение директрисе:
Дети заболели. Опаздываю, простите.
Подруги уселись в “Кафе дез Авиатёр”. Карин выбрала столик в глубине зала, чтобы случайно не попасться на глаза какой-нибудь сослуживице. Разговор затянулся. Они явно понимали друг друга с полуслова, как давние близкие подруги. Наконец Софи сказала, что давно пора расходиться: “Мне надо идти, моя красавица (победная улыбка Карин), меня гора работы ждет”.
Стоя у кафе, Карин долго смотрела ей вслед. Любовалась ее походкой, фигурой, безупречно волнистыми волосами, точеными ногами с красивым загаром, длину которых подчеркивали туфли на каблуках. И подумала: можно ли любить и ненавидеть человека одновременно, причем по одним и тем же причинам? Самое точное определение зависти.
Она провожала Софи взглядом, пока та не скрылась в дверях красивого каменного здания, где находилась адвокатская контора. Представляла себе роскошный кабинет Софи – стены обшиты деревом, кожаные кресла. Вот она входит, ее почтительно приветствует целая армия одетых с иголочки сотрудников, а она гарцует в свой необъятный кабинет с панорамным окном, из которого открывается восхитительный вид на озеро.
Адрес у конторы Софи был в самом деле престижный, однако в реальности величием там и не пахло. Когда Софи толкнула входную дверь конторы на последнем этаже, створка с грохотом налетела на дверцу шкафа.
– Прости, пожалуйста! – крикнула из своего кабинета ее сотрудница Вероника. – Опять я забыла закрыть этот дурацкий шкаф.
– Все в порядке, – откликнулась Софи, убирая рукой преграду.
Жест был привычный. Вероника тут ни при чем: планировка у офиса была кошмарная. Пресловутый последний этаж представлял собой надстройку, добавленную к зданию несколько лет назад и не имевшую ничего общего с остальными помещениями – тесные комнатки с низкими потолками и узкими окошками; восхитительный вид из них открывался, только если изогнуться всем телом. Вся контора Софи занимала коридор, покрытый линолеумом, и три комнаты: кабинет Софи, кабинет Вероники и редко используемый общий зальчик, заваленный папками из-за нехватки места. Еще там была крохотная кухня и туалет. Строго говоря, помещение было тесное и неподходящее, но Софи арендовала его по выгодной цене. А главное, считала, что оно подходит ей как нельзя лучше. Находится в центре, и обустроила она его со вкусом. Ей и не требовалось больше места. В конторе работали всего двое, она и ее коллега Вероника, молодой адвокат, девушка живая и трудолюбивая. Софи очень ее любила: та напоминала ей саму себя в начале карьеры.
Софи села за стол и включила компьютер. На экране тут же всплыло напоминание: завтра утром у нее встреча с одним из самых крупных клиентов, Самюэлем Эннелем.
Раздался голос Вероники:
– У тебя на завтра все готово? – спросила она, не выходя из своей комнаты.
– К встрече с Самюэлем Эннелем?
– Нет, к выходным в Сен-Тропе!
– Чемоданы я еще не собирала, вечером займусь. Зато завтра утром сюда заезжать не буду, прямо из дома отправлюсь к Эннелю. Выедем с Арпадом и детьми около полудня, чтобы не слишком поздно приехать. Так что мне сегодня надо взять с собой все документы для Эннеля.
  
Вероника обычно все делала заранее. Она появилась в дверях с толстой пачкой бумаг и положила их начальнице на стол.
– Я прикрепила стикеры на тех страницах, где нужна его подпись. Еще я тебе сделала сводную таблицу разных документов, обычные банковские формы. Все тебе разметила.
Вероника была деловита до невероятия.
– Спасибо тебе большое, – благодарно отозвалась Софи.
17 часов, в Бородавке.
Грег поставил машину перед домом.
Ему, в отличие от постоянно ворчавшей Карин, очень нравился их домик. Здесь, в маленьком поселке, ему было хорошо. Тишина, природа. И еще их сад – маловат, конечно, но он заботливо ухаживал за ним, даже развел огородик.
Не выходя из машины, он несколько раз быстро нажал на клаксон, объявил о своем приезде – дети твердо знали этот сигнал. И впрямь, входная дверь открылась, мальчишки выскочили обнять отца, а за ними появились Сэнди и Аньес, мать Карин, сидевшая с детьми после школы по четвергам.
Грег извлек из багажника тяжелые сумки и букет цветов для жены. Веселая компания вернулась в дом.
– Сегодня у нас будет телячья пикката, – провозгласил Грег, выгрузив покупки на кухонную стойку и поставив цветы в вазу. – Вы остаетесь ужинать, Аньес?
– Это очень мило, Грег, но у меня книжный клуб. Кстати, мне пора бежать.
Она поцеловала детей. Грег проводил ее до двери. И тут заметил в прихожей радиобудильник.
– Чуть не забыл. – Грег вручил будильник теще. – Все в порядке. Контакт отошел, я припаял. Должно держаться.
– Спасибо, ты ангел, – улыбнулась она.
– Знаете, Аньес, сейчас есть новые модели, куда более современные.
– Он у меня пятнадцать лет и прекрасно работает, что и требовалось доказать. У продавцов одно на уме: выбросите то, что можно починить, а они вам всучат свое барахло. Мне в магазине предлагали “более продуктивную” модель! Это просто радиобудильник, как он может быть более продуктивным? Кофе тебе сварит и зубы почистит, пока ты еще не проснулся?
Грег прыснул. Аньес на прощание одарила зятя лукавой улыбкой. Она его обожала. И считала, что дочь совершенно напрасно портит ему кровь. В семьях нового поколения, думала Аньес, куда меньше стараются понимать друг друга. Если хочешь, чтобы все шло гладко, усилия должны прилагать оба.
Грег усадил детей с тетрадками за кухонный стол. Просматривая домашние задания, он одновременно начал готовить пиккату. Обвалял в муке ломти мяса и оставил полежать на тарелке. Потом выжал лимон, нарезал петрушку и подготовил каперсы, чтобы можно было жарить мясо, как только вернется Карин. Изобразил соус со сливками для тальятелле. Воду он поставит на огонь в последний момент. Паста свежая, сварится за две минуты. Когда с уроками было покончено, он отослал детей в душ и заодно сходил туда сам.
Когда Карин вернулась, дома царила безмятежная атмосфера. Дети спокойно играли, Грег заканчивал готовить ужин.
– Через две минуты садимся за стол, – объявил он, высыпая пасту в кипящую воду.
Карин заметила на столе цветы и улыбнулась. Грег запустил секундомер на телефоне и поставил дуршлак в раковину – слить воду через 1’49, 1’48, 1’47… Потом обвел взглядом свое маленькое семейство. Если бы Софи накануне не только засекла его, но и узнала, он бы мог потерять все – работу, жену, детей. Он воображал себе худшее: как его задержат коллеги-полицейские, заключат под стражу, как соседи и вся маленькая коммуна будут считать его “извращенцем из Колоньи”. Какое унижение… Как ему только в голову взбрело шпионить за женщиной у ее дома? Он не мог понять, что и откуда на него нашло.
Вечер в Бородавке выдался мирный и тихий.
Уложив детей спать, Карин и Грег уселись в гостиной смотреть сериал. Когда Карин встала налить себе чаю, Грег попросил у нее кока-колы. Она принесла бутылку и поставила перед ним на журнальный столик, даже без стакана. Ему вспомнилось, как приготовила ему колу Софи – с кубиками льда и ломтиком лимона. Карин села рядом. Он взглянул на ноги жены. Совсем недурны, но не так тщательно ухожены, как у Софи.