Корректор 2.0 (СИ)

— Ну вот и хорошо! Свет погашен, похоже он спит. Леша, может и мы поспим, а? — он с надеждой посмотрел на коллегу.
— Нет Костя, давай хотя бы часик понаблюдаем для контроля, потом можешь спать. Я первый подежурю.
Костя разочарованно повернулся к монитору.
— Я тогда инфракрасную камеру настрою, — и принялся сосредоточенно стучать по клавиатуре.
— Правильно, займись делом, и Палычу отпишись, что мы на месте.
— Палычу сейчас хорошо, спит в теплой постельке, а мы как два проклятых, шеснадцать часов тряслись в этой консервной банке, и еще работать надо.
— Костя, сделай одолжение, не ной! Пожалуйста! А то прям как моя мама! — Алексей впервые за весь разговор повернулся к коллеге и с укоризной на него посмотрел.
— Я не ною! — Костя с вызовом поправил очки. — Я просто устал, и работа эта, сколько лет уже катаемся, нету карьерного рос…
— Есть движение! — перебил его Алексей. — Похоже, проснулся! Чего это он, может приспичило?
— Камера фиксирует движение на кухне! — в свою очередь, доложил Константин.
— Вспышка! А чайник поставил! Сам не спит, и нам не дает. Леша!
— Что? — Алексей вскинул голову, тон коллеги показался ему странным.
— Он смотрит на нас!
— Не неси чепухи, он не может нас видеть!
— Сам погляди, вот! — Костя ткнул пальцем в монитор.
На экране было видно призрачное очертание человеческого торса, торчащего в окне. Костя был прав, он смотрел прямо на автобус. Простоял так примерно с минуту, потом присел на стул, видно было только макушку. Спустя какое-то время, вновь встал и уставился в окно. Затем исчез с экрана. Сканер показывал движение по квартире, затем в подъезде.
— Ого! — воскликнул Костя.
— Он что, погулять собрался?
— Не тупи! Он к нам идет! — Алексей окинул салон нервным взглядом. — Как же мы спалились? Хотя уже не важно.
— Что делать будем? Уезжать нельзя, лишнее подозрение. Значит, просто сидим и делаем вид, что никого нет.
Тем временем, зеленый вышел из подъезда и решительно запрыгал на костылях в их сторону. Подойдя к двери микроавтобуса, он требовательно постучал.
— Выходите! Я знаю, что вы там! — голос за дверью прозвучал довольно грозно.
— Он не может этого знать, прошептал Костя, втягивая шею.
— Да и что может сделать калека на костылях!
— У вас аварийка моргает, выходите! — не унимался голос.
— А может выйти и поговорить? — предложил Костя. И только Алексей хотел возразить, щелкнул запорный механизм и дверь отъехала.
«Вот же идиот!» — подумал он, глядя, как коллега спрыгивает на газон и скрывается из виду.
— Что слу…
Бац!
Смачный шлепок чего-то обо что-то, и Костин силуэт мелькает в дверном проеме скрываясь теперь уже с другой стороны. Надо выходить, решил Алексей. Как же не хочется. Он в примирительном жесте, выставил руки перед собой и шагнул на улицу.
  
Глава 13
 
— Итак, господа ученые и товарищи генералы! У нас происшествие! Поэтому, я вас и собрал.
Представитель от директора ФСБ, имел довольно заурядную внешность: среднего роста, русые волосы с небольшими проплешинами. Если не зацепишься с ним взглядом, то пройдешь мимо и больше не вспомнишь. Но вот глаза. Цепкий сверлящий взгляд, от которого все внутри съеживается. Казалось, он все видит, и все знает. Поэтому многие из его подчиненных предпочитали не попадать в поле его зрения, а уж если совпало, смотрели куда угодно, только не в глаза.
— Случилось то, что ничего не случилось! — он многозначительно замолчал, давая всем время переварить, этот, казалось бы, каламбур.
В зале для брифингов было всего пять человек, но никто из них не позволил себе смешков или шуток, все знали, что, если их собрали в таком составе, значит все серьезно. Лишь представитель Минобороны произнес:
— Объяснитесь, пожалуйста, Виктор Петрович!
ФСБэшник в свою очередь обвел всех присутствующих всевидящим оком и продолжил.
— Терминал, находящийся в одном из помещений «временного кармана» или ангар, как его привыкли называть, сегодня передал информацию об изменении линии прошлого! — оратор опять сделал паузу.
  
Спустя пару секунд, в зале поднялся гомон, посыпались вопросы:
— Что изменилось?
— Как это понимать?
— На нас напали?
— Что мы забыли?
— Вот, наконец-то правильный вопрос! — Виктор Петрович, указал пальцем на ученого физика, задавшего его.
Затем подошел к нему вплотную и пристально посмотрел в глаза, чем похоже сильно смутил его. Физик поспешил перевести взгляд на соседа, как бы ища в нем поддержку.
— Вы правильно спросили, что мы забыли⁉ Итак, кто из вас помнит события двадцатилетней давности, произошедшие в Москве?
Оратор прошелся по помещению, вопросительно на всех поглядывая.
— Ну, вспоминайте! Москва, сентябрь 1998 года. В тот злополучный месяц произошло три теракта! Повторяю — три! — для наглядности он показал это на пальцах. — Террористы подорвали три жилых дома в Москве, погибли сотни людей! Вот, смотрите!
Он взял пульт со стола и нажал на кнопку включения. Через несколько секунд огромный экран мигнул и появилось изображение. Шел выпуск новостей.
«13 сентября 1998 года — этот день запомнится для россиян как трагический».
Вещала за кадром ведущая новостей.
«Три жилых дома в разных районах…»
— Это была запись выпуска новостей. Все вы видели дату⁈
Люди в зале для брифингов стали непонимающе переглядываться и шептаться.
— Я вот сейчас не понял. Это было или этого не было? — прозвучал озадаченный голос представителя Минобороны.
— Вчера да, а сегодня уже нет! — спокойно ответил Виктор Петрович и поднялся со своего места, указав при этом рукой, на того ученого, который задал правильный вопрос.
— Вы более компетентны, в этом вопросе, можете объяснить?
— Да, я попробую! — поправив очки, он прошел в сторону оратора.
— Вы позволите воспользоваться доской?
— Конечно, она в вашем распоряжении! — ФСБэшник отвлёкся от телефона.
Завладев куском мела, физик нарисовал во всю доску горизонтальную линию, поставил жирные точки по обоим ее краям, объяснив слегка подрагивающим голосом.
— Вот, эта точка, — указал он на правую. — Наше с вами настоящее! А вот точка слева 1998 год, сентябрь, — аккуратно обозначив даты, ученый продолжил.
— Промежуток между левой и правой точкой, это те события, которые мы с вами помним. Но! Некто или нечто, я не в курсе подробностей, вмешивается в события сентября 1998 года, и это в свою очередь перечеркивает данный промежуток времени, протяженностью в пару десятков лет. Я неправильно выразился, задавая вопрос, что мы забыли? Вернее спросить, что мы не знали? То есть, вот этого! — он перечеркнул жирным крестом прямую линию. — Никогда не было!
— Но, позвольте! — подал голос, чиновник в генеральской форме. — Как это не было? В моем ведомстве, все четко задокументировано и запротоколировано. Каждый человек на учете! А вот об этом…! — он показал пальцем на экран. — Мне неизвестно ничего! Чтобы погибло несколько сотен человек, тем более в Москве и в нашем ведомстве об этом не знают? Быть такого не может!
— О том, кому это известно, мы поговорим позднее, — сказал Виктор Петрович и посмотрел на ученого. — Продолжайте! — тот как раз, нарисовал дугу прямо над зачеркнутой линией.
— Вот эта линия, это теперь наше прошлое, то, что мы с вами помним!
— Спасибо вам большое, за то, что объяснили понятными словами, — поблагодарил ученого, Виктор Петрович. — Можете вернутся, на свое место. А сейчас, я бы хотел услышать доклад подконтрольного нам ведомства, которое непосредственно и проводит операции через временной карман. Генерал Горячев, прошу вас.
Генерал оказался подтянутым представительным мужчиной лет под шестьдесят, с аккуратно подстриженным ежиком. И предпочел вести доклад, лишь поднявшись со стула.
— В данном отрезке времени, если быть более точным с 16 августа по 19 сентября 1998 года, оперативные мероприятия проводятся уже третий месяц, — в зале возник небольшой шум, послышались возгласы удивления.