Странник (СИ)

Она сидела с ним за столом прямо сейчас. За обедом. Я увидел их. Её красивое до едкой боли лицо, услыхал её чёртов смех, её улыбка, брошенная Рафаэлю, как нож в спину. Он держал её за руку. Его пальцы обвили её запястье, как цепи. Собственечески, нагло. Хотелось оторвать ему пальцы. Урод. Я же сказал не трогать ее. Мудила. Меня начало колотить от ярости. Сердце билось так сильно, что я чувствовал, как оно взрывается в моих ушах. Я не мог этого вынести. Я не мог видеть её с ним. Слышать, как она смеётся. Видеть, как её глаза светятся рядом с этим ублюдком. Рафаэль. Мразь, которая не заслуживала её. Он был сукиным сыном, который не только хотел мою женщину, оно охотился за ее состоянием. Я не верил его искренние чувства. Он не мог её любить так, как я. Он не знал, как она дышит, как её сердце бьётся, как она стонет по ночам от одной мысли обо мне. Как она кончает, когда внутри ее тела мои пальцы, мой язык, мой член.
Я зашёл в ресторан, не в силах больше стоять снаружи. Шёл, как зверь, готовый к прыжку, чувствуя, как ярость разрывает меня изнутри. Они сидели за столом, обедали с её отцом. Они были слишком поглощены собой, чтобы заметить меня. Но не она. Анжелика увидела меня сразу. Наши глаза встретились, и я почувствовал, как её улыбка замерла на полуслове. Её лицо побледнело, как если бы она увидела призрака. Но я не был призраком. Я был её судьбой. Я сел за соседний стол, не сводя с неё взгляда. Каждый её жест, каждая улыбка в сторону Рафаэля — всё это убивало меня. Она знала, что я наблюдаю. Она знала, что я здесь ради неё. Что я рискую…кто угодно мог видеть, как я пожираю ее взглядом. Но мне сегодня было насрать. Я дошел до какой-то адской точки.
Её руки дрожали, когда она поднялась из-за стола. Я знал, что она пойдёт в туалет. И я пойду за ней. Она сделала всё, чтобы не привлекать внимания, но я видел её страх. Видел, как её сердце билось в унисон с моим. Я чувствовал, как её ноги дрожат, когда она открыла дверь в женский туалет. Я поднялся и пошёл за ней. Молча. Тяжело дыша.
Дверь в туалет была приоткрыта, и я проскользнул внутрь так, чтобы никто не заметил. Внутри было темно, только лампа над зеркалом освещала помещение тусклым светом. Я увидел её спину. Она стояла у раковины, её руки сжимались на холодном кафеле, как если бы она пыталась удержаться чтобы не утонуть в бездне…нашей бездне безумия. Но она уже тонула. И я был тем, кто тянул её на дно. Я не мог больше сдерживаться. Я подошёл к ней сзади, схватил её за руку и резко потянул к себе. Она вскрикнула от неожиданности, но я закрыл её рот рукой. Её глаза были широко раскрыты, приоткрылись ее губы и подернулся поволокой взгляд. Я прижал её к стене, сдавливая хрупкие руки так сильно, что её пальцы побелели.
— Что ты творишь? — прошипел я, чувствуя, как мои губы почти касаются её кожи. — Что ты делаешь с ним? Почему ты с ним? Какого черта он прикасается к тебе?
Она не сказала ни слова. Только посмотрела на меня. Слёзы блестели в ее глазах, но я не мог остановиться. Я был сломлен. Если она позволит ему – я сдохну!
— Ты принадлежишь мне, слышишь? — продолжал я, задыхаясь от собственных слов. — Мне, а не ему.
Она не сопротивлялась. Она знала, что это правда. Я увидел её губы, дрожащие от боли, от желания, и не смог больше сдержаться. Наши рты впились друг в друга, как два острых лезвия, которые прорезали эту чёртову реальность.
Я не целовал её. Я грыз её. Я владел ею. Она отвечала на каждый мой поцелуй, на каждый мой укус. Её тело трепетало в моих руках, как если бы она была готова раствориться в этом моменте, но я не позволил ей. Я прижал её к стене, чувствуя, как бешено колотится мое сердце, сжал ее грудь и ощутил то же самое.
Мы ворвались в кабинку, как два диких зверя. Я закрыл дверь, а наши поцелуи стали ещё отчаяннее, ещё жестче. Моё тело было на пределе, её руки цеплялись за мои волосы, как будто я был её последним дыханием.
  
Глава 8
 
Меня уносило водоворотом адской страсти. Я никогда не думала, что такое возможно, что так бывает. Чезаре подхватил меня под ребрами и впечатал в стену кабинки. Мы словно озверели. Я бешено целовала его, а он приподнял меня за талию вверх, и я обхватила его ногами держась за верх стенки. Две секунды и он задрал мою юбку, отодвигая трусики, кусая мои соски через ткань платья и лифчик. Я выгибаюсь, нагло подставляясь ему, закатывая глаза. Я не просто хочу, меня ломает от этой страсти, меня от нее выкручивает наизнанку. Нет ласк, нет прелюдий. И они мне не нужны. Я вся в огне. Я горю. Задыхаюсь. Он мне нужен, он дико мне нужен прямо сейчас и когда его горячий член врывается в мое тело, мы оба мычим, закрывая рты друг другу, впиваясь взглядом в глаза. Мои закрываются, и я с шумом выдыхаю сквозь стиснутые зубы. Он подхватывает меня под колени и начинает бешено врываться в мое тело. Рывками, сумасшедшими толчками от которых кабинка ходит ходуном. Наши рты закрыты ладонями друг друга, и я не выдерживаю, кусаю его пальцы, он отрывает мою руку ото рта и сосет мои пальцы. В этот момент меня накрывает, потому что его член трется о мой клитор с такой силой, что из глаз сыпятся искры. Рывком к себе за волосы и жрет мои стоны, глотает их. Я дергаюсь в оргазме как тряпичная кукла и чувствую, как внутри брызгает его сперма. Стоим, замерев. Я буквально вишу на нем.
  
- Моя…, - шепчет мне в ухо, - убью его и тебя…слышишь? Убью вас!
- Твоя…, - целуя его скулу, шею, подбородок, обхватывая руками, все еще вздрагивая.
- Выйдешь первая… и уводи их…
- Уведу…
- Любишь меня? – его губы мокрые, а глаза подернуты дымкой. Боже! Какие же у него красивые глаза. Я с ума схожу от них, меня от них трясет. Нереальная красота.
- Люблю тебя.
Спускает меня на пол. Выдергивает из кармана сутаны платок, резко руку мне между ног, вытирает.
- Истекаешь нами…, - шепчет мне на ухо. Рвет трусики и забирает, поднося к своему носу, втягивая запах, - это тоже мое.
Смеюсь закусив губу.
- Иди!
Выхожу, одергивая юбку. Взгляд в зеркало, чтобы поправить одежду, волосы. Прямо за дверью натыкаюсь на Рафаэля.
- Что ты там делала так долго?
- Отчитаться? Или сходишь в мусорку заглянешь? Я хочу домой!
Развернулась и пошла к столику, где сидел губернатор. Мило улыбнулась, чувствуя какие липкие мои бедра изнутри. Даааа, я вся полна нами, мой клитор все еще пульсирует, когда я беру свою сумочку и смотрю на отца Рафаэля.
- Давайте поедем к нам. Мама будет рада напоить вас чаем с клубничным пирогом.
Рафаэль подходит к столу, он смотрит на меня чуть прищурившись.
- А почему нам не посидеть здесь, м?
- Потому что у меня разболелась голова. И я бы хотела, чтобы мой тесть попробовал мамин пирог.
Это было очень легко, увести их обоих. Даже подозрительного Рафаэля. Я постаралась не оборачиваться на дверь, хотя мне до безумия хотелось увидеть Чезаре…моего дьявола, моего любовника. Моего любимого.
Изабелла 
Сан-Лоренцо. Город, который всегда жил в ритме тех, кто им управлял. Его шумные улочки днём казались мирными и простыми, но внутри прятались секреты. Много секретов. Город держался на лжи, на грехах, на тайнах, которые связывали людей, словно невидимые нити. Но самая большая ложь, самое большое зло скрывалось не в городских подворотнях, а в сердцах тех, кто занимал самые высокие посты.
Изабелла Динаро. Её знали все. Она была символом изысканности, красоты и власти. Жена мэра Сан-Лоренцо. А теперь вдова, которая хранила свой блеск, как невидимую броню. Но внутри... внутри её грызли мрачные тайны. Те, которые никогда не покидали её.
Она шла по главной улице, по привычной дороге. Иногда она любила пройтись пешком. Её лицо было скрыто под тёмными очками, её фигура — под изысканным модным платьем. Грациозная, с красивым телом, прекрасным лицом…настолько прекрасным, что мужчины все еще оборачивались ей вслед. Блондинка, со светлыми глазами голубыми глазами…мечта, а не женщина. Но реальность всегда следовала за ней. Реальность — это тяжёлые секреты, которые она носила в себе, как оковы.