Двойной укус (ЛП)

— Я здесь работаю, — наконец ответила я, поправив на носу очки. Склонив голову набок, мужчина продолжил смотреть на меня. — Могу я вам чем-нибудь помочь? Библиотека закрыта.
Мужчина приблизился еще на шаг. Он был довольно красив и чем ближе подходил, тем ярче блестели его голубые глаза. Почему-то мне стало страшно, а напугать меня нелегко. Когда растешь в похоронном бюро, жуть становится нормой.
— Дверь была открыта, — незнакомец покачал головой, будто попрекая меня.
Он врал, потому что я, выпроводив читателей, всегда в первую очередь запирала замки. Так я могла быть уверена, что меня не побеспокоят, и никто не увидит мои исследования. Я не хотела, чтобы кто-нибудь о них узнал. Во-первых, меня бы приняли за сумасшедшую. Во-вторых, я считала, что мой секрет нужно бережно хранить. Если честно, не стоило мне столько времени сидеть на форумах, где люди говорят о вампирах. У меня уже спутались мысли, и я не совсем понимала, врал ли кто-нибудь среди людей, тоже пытавшихся найти правду. Я знала лишь то, что смогла раскопать о Бишопе. Судя по сводкам, он был старше обычного человека. На самом деле, он будто прожил несколько жизней и время от времени менял фамилию. Пришлось потрудиться, зато я все разузнала. О нем, но не о близнецах. Они словно были стерты из истории. Хотя учитывая происхождение Кейна и Бишопа, я практически не сомневалась, что Эрик с Эзрой тоже были вампирами или типа того.
— Прошу прощения. Наверное, я не обратила внимания на дверь, но вы можете вернуться завтра. Мы открываемся в десять, — я заставила себя улыбнуться, понимая, что осталась один на один с совершенно незнакомым человеком в подвале библиотеки. Отсюда не было бы слышно криков, и прошло бы немало времени, прежде чем кто-нибудь спустился бы сюда, чтобы найти мое тело. Я приготовилась к худшему, уже ни в чем не уверенная в этой жизни.
— Нет, сегодняшний вечер меня более чем устраивает. В конце концов, я проделал такой путь, чтобы увидеть тебя, маленькая птичка1.
Меня не впервые называли маленькой птичкой, но в устах незнакомца мое имя прозвучало так, словно я была каким-то хрупким существом. Скорее всего, в сравнении с ним так оно и было.
Я продумывала всевозможные пути к отступлению, и ни один из них не подходил. Я могла побежать к выходу, но незнакомец был гораздо крупнее меня и закрывал собой дверной проем. Даже если бы здесь ловила мобильная сеть, я все равно не взяла с собой телефон. Я всегда забывала заряжать проклятый сотовый хотя бы потому, что мне почти никто не звонил.
Мужчина снова шагнул ко мне, и я порадовалась, что нас разделял стол. Незнакомец бросил передо мной книгу, но не из тех, какие стоят на библиотечных стеллажах. Она была ручной работы и напоминала альбом для вклеивания вырезок.
— Маленькие птички должны быть осторожны, чтобы не залететь туда, где им не место.
Не в силах сдержаться, я потянулась к книге и взяла ее. Открыв разворот, я увидела на страницах вырезки из газет и подняла глаза на таинственного мужчину.
— Как вы узнали? — я искала эти выпуски в архиве, но не нашла.
Их не числилось в нашем каталоге, хотя они должны были храниться у нас. Я долгими часами безуспешно изучала микрофильмы в попытках найти сводки за некоторые даты. Потому-то я и спустилась в подвал — чтобы поискать оригиналы. Но пока ничего не нашла.
— У тебя талант шпионить и скрываться, — мужчина провел пальцами по столу. — Но следует помнить, что когда ты наблюдаешь за кем-то, кто-то может наблюдать за тобой.
Все волоски на моем теле встали дыбом. За мной следили? Меня затошнило, и почему-то я почувствовала себя оскверненной. Конечно, лицемерно с моей стороны, ведь я сама шпионила за Эзрой и Эриком, но мне казалось, что у меня было право. В отличие от незнакомца.
— Я лишь хочу предостеречь тебя, — он указал на книгу. — Прочитай ее и, возможно, поймешь, что близнецы не те, кем ты их считаешь, — добавил мужчина, направляясь к выходу. Я уж подумала, что речь о вампиризме, но тогда незнакомец развернулся, будто услышал мои мысли. — И я говорю не о том, что они вампиры. Я говорю, что они убийцы.
 
Обмерев на месте, я смотрела ему вслед. Даже когда он ушел, я не шевелилась. Посмотрев на книгу в своих руках, я нестерпимо захотела прочесть ее, но боялась того, что могла узнать. Кем был мой ночной гость и почему решил поделиться со мной информацией? Закрыв книгу, я провела пальцами по корешку.
Прошла почти неделя с тех пор, как я в последний раз видела Эрика и Эзру. Я все еще помнила ярость на их лицах, когда они поймали мужчину, обжимавшегося с Раваной. Своим поведением они лишь подтвердили мои догадки. Раз близнецы рассердились и утащили его, значить, любили ее. Мне стоило почувствовать отвращение из-за проявленного ими насилия. Но я не могла побороть ревность — Эзра с Эриком злились на мужчину за то, что он дотронулся до Раваны. Их чувство собственничества было очевидным. Я следила за ними и подметила, что прежде они были предельно сдержанными, пока речь не зашла о ней.
Скорость их движений и изменение в глазах было неоспоримым доказательством, но я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме ревности.
Я не понимала, как Равана могла подпустить к себе другого мужчину, если у нее были Эзра и Эрик. В театре они весь вечер веселили ее и заставляли улыбаться. Втроем они казались счастливыми, и я знала, что должна была оставить их в покое, даже если мое сердце разбивалось на осколки. Но прошла уже неделя, и я до сих пор не сумела остановиться.
В первую же ночь, поклявшись прекратить преследования, я прокралась за ними. Тот же самый мужчина, которого оттащили от Раваны в театре, нашел меня скрывавшейся возле ее дома. Он был в ярости и, назвавшись полицейским, обыскал меня. Я ему не поверила, просто он был в два раза крупнее меня и настроен решительно. Потом я ушла оттуда, решив воспринять его вмешательство как знак свыше. Даже будучи в полном душевном упадке, я могла продолжать свои исследования. Обычно я была профи в поиске данных, но сейчас словно натыкалась на стены. Конечно, у близнецов и у Бишопа было прошлое, от которого не осталось никаких следов. С другой стороны, я не знала принципа обращения, и они вполне могли оказаться молодыми вампирами. Вампирами становились или рождались?
Теперь все ответы были буквально у меня в руках. Первое, что я увидела, открыв книгу — фотографию Эзры и Эрика в объявлении о розыске. Напечатано оно было сотню лет назад, но я бы ни с кем их не спутала даже под другими именами. Снимок был черно-белым, бумага потертой, но я моментально узнала близнецов.
Я в неверии прочла текст. Список совершенных ими преступлений не мог быть настоящим. Близнецов обвиняли в том, что они убили собственного отца и сожгли его прямо в своем доме. И это не самое страшное. По мнению общественности, они убили отца после того, как он выяснил, что сыновья повинны в исчезновении десяти горожанок — женщин, которых позже обнаружили закопанными на его фамильных землях. В объявлении было назначено вознаграждение за поимку и указано, что полиция не имела сведений об их местонахождении.
Я не могла не пролистать статьи о каждой из жертв. Все без исключения были красивыми, молодыми, примерно моего возраста. И схожая внешность — высокие, стройные девушки с короткими рыжими волосами. Я перечитала статью, все еще не веря, что Эзра и Эрик были способны на такие зверства.
Дрожащими руками я закрыла книгу, не в силах дочитать до конца. Я не знала, о чем еще там было написано — о близнецах или о других вампирах из их семьи. Судя по тому, что я выяснила, все пятеро держались вместе. Теперь уже шестеро, если считать Джульетту. Мы с ней не были не особо близки, но я не хотела, чтобы она пострадала. Нет, я не верила, что Кейн мог навредить ей сам или позволить кому-либо другому. Голосок на подсознании твердил, что Равана была чем-то похожа на пропавших женщин, и мне никак не удавалось от него отмахнуться. Считается, что у серийных убийц есть типаж, и она идеально в него вписывалась.