Двойной укус (ЛП)

Эзра взял меня за руку, и мы вошли в гостиную с большим комфортабельным диваном, стоявшим перед гостеприимно растопленным камином. Обстановка была такой уютной, что на секунду я забыла, зачем мы сюда приехали. Я не знала, доверяла ли Бишопу, зато верила близнецам, заверившим меня, что все будет хорошо.
Мы сели на диван у огня, и минуту спустя вошел Бишоп. При каждой нашей встрече на нем был костюм, и я предположила, что ему просто нравилось хорошо выглядеть. Мы же втроем носили повседневную одежду, и я оценила, что близнецы были расслаблены.
— Спасибо, что приехали, — поблагодарил Бишоп, прежде чем посмотреть на меня. — Знаю, ты опасаешься меня и моих намерений, но сегодня вечером я как раз хочу поговорить с тобой о том, что тебе рассказали.
Тогда я заметила, что он что-то с собой принес. Книгу, которую положил на журнальный столик передо мной. Я потянулась к ней, и близнецы по обе стороны от меня напряглись.
— Не смотри ее, Доув, — остановил меня Эзра. — Там нет ничего, что тебе стоит видеть, — добавил он.
— Где вы ее взяли? Разве она не осталась у Гордона? — с подозрением спросила я.
— Вален вернулся и забрал ее. По нашему мнению, один из нас должен был пойти туда и подстраховаться, чтобы Гордон больше не пришел за тобой. Вален сам вызвался, пробрался в дом и нашел книгу на столе.
— Стоило догадаться, что он пойдет, — закатил глаза Эзра. — Как охотник, он любит выслеживать.
— Вален хотел помочь нам и защитить Доув, — сказал Бишоп, откинувшись на спинку стула. — Точно так же, как и я, — я ничего не сказала, и он, должно быть, уловил мои сомнения. — Насколько я понимаю, Эзра с Эриком не рассказали, как их обратили, не так ли?
— Нет, гм, мы еще не говорили об этом, — призналась я, покраснев от смущения.
— Вы соединились, в этом нет ничего постыдного. Мне жаль, что у меня нет ничего настолько драгоценного, — выражение его лица стало печальным, но он быстро оправился и продолжил. — Доув, я тебе не враг. Все двести лет я хотел лишь защитить свою семью, и теперь ты стала ее частью.
Бишоп смотрел на близнецов с явной заботой, и больше я не сомневалась в его словах. Чувствуя любовь Эзры и Эрика, я знала, что они сейчас испытывали ее не только ко мне.
— Бишоп спас нас, конфетка, — Эрик сжал мою руку. — Не хочу вдаваться в излишние детали, да и тебе не стоит знать, какими темными были наши жизни до тебя, но воспитал нас монстр.
— Мужчина, которого ты вчера встретила, — начал Бишоп, наклонившись вперед, — был обращен так же давно, как и я. Но он считает, что пришел в этот мир завоевать его и подчинить людей своей воле. Он без раскаяния убивает всех, кто встает у него на пути, и нам невероятно повезло, что тебе посчастливилось сбежать, — близнецы придвинулись ближе, и их напряжение возросло. — Я все еще пытаюсь соединить все части головоломки, и мы уже выяснили, что отец Эрика и Эзры сотрудничал с Гордоном, покрывая его убийства. Неизвестно, участвовал ли он сам, но по требованию Гордона зарыл на своей земле несколько тел и убил своих сыновей.
Я вскинула руку ко рту, и Бишоп продолжил. Я не хотела слышать продолжение истории, однако должна была знать правду.
— Кейн услышал о пожаре и направил меня туда. Когда я добрался до места, дом уже горел вместе с их отцом. Я бросился искать близнецов и вскоре почуял запах их крови в ближайшей реке. Отец сбросил их в воду и, если говорить в общих чертах, оставил умирать, — он сглотнул и снова помрачнел. — Я успел вовремя добраться до них и прямо там обратить.
— Ты нас спас, — просто сказал Эзра, и Эрик кивнул.
— Когда мы с Кейном спрятали Эзру и Эрика, их дом уже обыскали и нашли закопанные тела. Люди предположили, что близнецы тем или иным образом принимали участие, поэтому нам пришлось скрыться. Гордон тоже исчез, и до недавнего времени мы о нем не слышали, — тяжело вздохнул Бишоп.
— Почему он решил вернуться сейчас? — спросила я, чувствуя всю тяжесть ситуации.
— Потому что Гордон пытается меня выманить, — сказал Бишоп. — Мы с Валеном много говорили о нем. По словам его осведомителей в полицейском управлении, все убийства в городе случайны и никак не связаны между собой. Вален уверен, что убивает вампир, и я виню Гордона. Он в курсе, что это наш город, и всем здесь заправляю я. Гордон хочет начать со мной войну, чтобы заполучить мою территорию. И, возможно, избавиться от меня раз и навсегда. Хотя мне осталось не так много времени, поэтому желание Гордона все равно исполнится.
 
— Вы с ним уже воевали прежде? — с каждым ответом у меня по обыкновению появлялось все больше вопросов. Мне всегда было мало информации.
— О случившемся между мной и Гордоном мы поговорим в другой раз. Я пригласил тебя сегодня, чтобы рассказать о близнецах и попросить любой ценой избегать Гордона, если увидишь его снова. Он опасен, и от него можно ждать чего угодно. У тебя теперь две пары, и они будут за тобой присматривать, но будь умна.
— Я никуда не пойду, — я сжала ноги Эзры и Эрика. Связь между нами крепла, и я знала, что мне предназначено быть с ними.
— Мы рады приветствовать тебя в нашей растущей семье, — Бишоп улыбнулся, и я поняла, как сильно он заботился о моих парах… теперь еще и обо мне.
У меня потеплело на сердце, и когда мы встали, Бишоп обнял меня, дав почувствовать себя членом семьи.
— Думаю, нам нужно отвезти тебя домой, чтобы ты могла позвонить своему дедушке, — сказал Эрик, и я кивнула в знак согласия.
Вернувшись в реальность, я подумала о длинном списке всего, о чем нужно было позаботиться. По крайней мере, теперь у меня было двое мужчин, готовых помочь мне понять, в каком направлении двигаться.
— Можно мне перед уходом сходить в туалет? — спросила я.
— Один есть в прихожей, но там Равана затеяла ремонт, — кивнул Бишоп. — Она считает, что мне нужно обновить обстановку, — закатил он глаза. — Почему бы тебе не воспользоваться уборной в моей спальне? Она чуть дальше по коридору, — Бишоп указал направление, и Эзра взял меня за руку.
— Я покажу, куда идти, — он вывел меня из комнаты.
Позади меня Бишоп что-то сказал. Я не разобрала слов, но Эзра рассмеялся, поведя меня в дальний конец дома.
Там была темная дверь, которую он небрежно открыл.
— Прямо там, — указал Эзра, после чего шлепнул меня по заду.
Я пискнула, но улыбнулась ему перед тем, как пойти, куда указали. Осмотревшись по сторонам, я увидела в углу мольберт с кучей холстов и бумаг вокруг.
— Бишоп рисует? — удивилась я. Казалось, он не любил пачкаться, хотя, наверное, практически у всех есть хобби.
— Не знаю, — Эзра заинтересованно прошел следом за мной. — Не припоминаю, чтобы когда-нибудь видел его рисующим.
Я проследовала за ним, потому что все картины стояли лицом к стене. Обойдя мольберт, я посмотрела на портрет и окончательно запуталась.
— Кто это? — спросил Эзра.
— В чем дело? — спросил с порога Эрик, едва я открыла рот, чтобы ответить. Бишоп был с ним. — Я чувствую, что-то не так.
— Почему ты ее рисуешь? — я в замешательстве сдвинула брови.
— Не знаю, — пожал плечами Бишоп, засунув руки в карманы.
— Ничего не понимаю, — Эзра переводил взгляд с него на меня.
— Я рисую ее с самого своего обращения. Я никогда не встречал ее, но думаю, что она может быть моей парой. Я так и не нашел ее, но когда сплю, снится мне только она, — Бишоп склонил голову и, как ни странно, показался мне смущенным. — Я не очень хорошо рисую, просто никак не могу выбросить ее из головы.
— Бессмыслица какая-то, — сказала я, и все посмотрели на меня. — Зачем тебе все время рисовать дочь Гордона?
— Что? — спросил Бишоп, и повисла такая звенящая тишина, что было бы слышно, упади булавка.
— Я узнаю родинку у нее на плече, — указала я на картину. Что бы ни говорил Бишоп, у него был талант, поскольку я узнала девушку на портрете. — Это Лорен.
Эпилог
Доув