Безжалостные Фейри (ЛП)

Улыбка тронула мои губы, когда я заметила линейку супербайков. Все они были первоклассными, ультра-идеальными, ультра-красивыми скоростными машинами. Мои пальцы покалывало от желания прикоснуться к ним, когда заманчивое очарование адреналина взывало ко мне.
— Ты говорила, что умеешь ездить на них, — сказал Дариус, одарив меня искренней улыбкой. — Вот я и подумал, может быть, ты захочешь посмотреть мою коллекцию.
Черт, то, как он сказал «моя коллекция», заставило меня захотеть выбить из него все дерьмо, но я не пропустила огонь, горевший в его глазах, когда он смотрел на байки. Это была страсть, которую я хорошо знала. Он тоже был падок на искушения моего рода.
— Ты сделал с ними какие-нибудь улучшения? — спросила я, протягивая руку, чтобы провести пальцами по седлу ближайшего красного красавца.
— Они лучшие в своем роде, — сказал он пренебрежительно, как будто я не знала, на что смотрю. — Им не нужны никакие примочки.
Я насмешливо фыркнула. Поэтому ему нравилось ездить на красивых скоростных машинах, но он не знал, как с ними работать.
— Думаю, красавчик не знал бы, как испачкать руки, — поддразнила я.
— Возможно, те виды байков, на которых ты привыкла ездить, нуждаются в доработке, чтобы они работали лучше, но для такого качества не требуется никаких дополнительных улучшений. Кроме того, я мог бы просто заплатить кому-нибудь, чтобы он сделал это за меня, даже если бы и решил сделать улучшения.
— Конечно, мог бы. Хотя на самом деле дело не в этом. — И он ошибался насчет байков, на которых я привыкла ездить. Среди его коллекции я заметила четыре модели, на которых ездила в течение последних шести месяцев. Остальные легко могли бы стать моими, если бы у меня было немного времени и пара инструментов. Не то чтобы я чувствовала необходимость говорить ему об этом.
— Хочешь прокатиться на одном из них? — он предложил. — Можешь проверить свое предполагаемое мастерство против моего; к западу от поместья есть трасса.
Мои глаза расширились от этого предложения. Я скучала по езде с тех пор, как поступила в Академию, и на самом деле не думала, что смогу снова выбраться в ближайшее время. Но я не была уверена, что хотела, чтобы он знал, как много это для меня значит. Вся остальная информация, которую Наследники получили обо мне до сих пор, была каким-то образом направлена против меня, и я не хотела, чтобы они пытались забрать у меня и это.
— На самом деле я не одета для этого, — медленно сказала я, хотя, честно говоря, у меня не было проблем с тем, чтобы завязать платье узлом на талии, если бы это было то, что нужно, чтобы вытащить меня на дорогу.
— Уверен, что мог бы одолжить тебе свою рубашку, если захочешь ее снять, — ответил он.
— Это потребовало бы, чтобы мы оба сняли довольно много нашей одежды. — В воздухе между нами висел вызов, и я боялась, что больше не смогу сопротивляться ему.
Я оглядела ряд байков, мое сердце забилось немного быстрее, когда я попыталась решить, какой из них выберу.
Честно говоря, я была слишком пьяна, чтобы ехать, хотя сэндвич впитывал часть лишнего алкоголя, и я чувствовала себя немного спокойнее… Хотя это все равно было бы не самой лучшей идеей.
— Почему у тебя такие же мотоциклы, как у них в мире смертных? — спросила я, начиная бродить между безупречными машинами. Некоторые значки были другими, я читала такие названия, как Yamaharpy, Sphinxzuki, Hondusa, Harley Dragonson, и не могла сдержать ухмылку, эти байки определенно были смертными моделями.
— Существует несколько постоянных разрывов между нашим миром и миром смертных, через которые импортируются всевозможные товары, подобные этим. Импортеры любят менять названия в шутку, но чертовски много продукции поступает из Тайваня или Китая, прямиком в Солярию, — объяснил Дариус.
— Почему? — спросила я. — Разве фейри не могут изобрести свои собственные мотоциклы и машины?
— Я думаю, мы могли бы… но зачем напрягаться? У нас есть дела поважнее, чем тратить время на это, и имеет смысл использовать смертных в качестве поставщиков наших товаров. Фейри, с которыми они имеют дело, даже умудряются навязывать лучшие цены на все, что мы импортируем. Ни один поставщик фейри не продал бы ничего из того, что мы желаем, так дешево. — Дариус сложил руки на груди и откинулся назад, чтобы взгромоздиться на седло потрясающего зеленого байка, наблюдая за моим исследованием.
 
— Значит, вы в основном злоупотребляете смертными своей силой? — спросила я.
— Мы используем нашу силу, чтобы взять у них то, что хотим, — согласился он. — Точно так же, как поступаем и с другими фейри.
В этом он был прав; фейри были одинаково мудакоподобны по отношению к себе подобным.
Звук открывающейся и закрывающейся двери привлек наше внимание к лестнице, ведущей в дом, и мы оба огляделись, когда Лайонел Акрукс вышел на парковку.
Дариус мгновенно выпрямился, расправил руки и виновато посмотрел на отца.
— Я думал, что сказал тебе остаться на вечеринке, Дариус? — спросил Лайонел тихим голосом, когда подошел ближе.
Дариус немного наклонил голову, прежде чем ответить.
— Я просто показывал…
— Если ты собираешься трахнуть одну из девушек Вега, по крайней мере, сделай это в свое свободное время. Сегодня вечером твои обязанности должны быть на первом месте.
Это был второй раз, когда он намекнул, что я собираюсь переспать с его сыном, и мои волосы встали дыбом в ответ на тот факт, что он думал, что имеет право так со мной разговаривать. Раньше я была слишком взволнована, чтобы защищаться, но этот второй ехидный комментарий не был таким же шокирующим, и я выпила достаточно, чтобы развязать язык.
— Прежде всего, фу. У меня скорее будут муравьи в штанах, чем я позволю Дариусу залезть в них, — огрызнулась я. — А во-вторых, что, черт возьми, заставляет вас думать, что вы можете так говорить обо мне? Я фейри, а не какая-то игрушка, которую можно использовать и бросить, как только вашему драгоценному сыну придется жениться на своей сестре.
Лайонел Акрукс уставился на меня так, словно я только что помочилась в его кукурузные хлопья и вылила их ему в волосы, пока он спал. Ярость в его глазах подчеркивалась тем, что они меняли цвет на изумрудно-зеленый с прорезью зрачков.
— Неужели ты думаешь, что из-за твоей королевской крови ты можешь выползти из канавы и просто говорить со мной, как тебе заблагорассудится? — прошипел он. — Как ты думаешь, с кем ты разговариваешь?
Я оглядела его прищуренными глазами, расправив плечи, борясь с желанием с криком убежать подальше и вместо этого стояла на своем.
— Ну, я думаю, что разговариваю с огромной игуаной с комплексом превосходства, завернутой в дорогой костюм. Но трудно быть уверенной во всем этом дерьме, — прорычала я.
Лайонел низко зарычал в глубине горла, неуклонно продвигаясь вперед, когда его драконьи глаза уставились на меня со смертельным намерением. Паника охватила меня, но каким-то чудом или, возможно, просто парализовавшим меня страхом мне удалось удержаться на ногах.
Дариус сделал шаг между нами.
— Я же говорил тебе, отец, они совершенно невоспитанные. Не думаю, что они даже получили надлежащее образование в мире смертных, и они так и не научились уважать…
— Возвращайся к нашим гостям, Дариус, — прошипел Лайонел, и холодная ярость в его голосе заставила мой язык прилипнуть к нёбу.
Дариус открыл рот, чтобы что-то сказать, но снова закрыл его. Он взглянул на меня, его глаза вспыхнули гневом и, возможно, чем-то еще, хотя я не осмеливалась назвать это.
Он начал отступать, отходя в сторону, чтобы его отец снова мог меня хорошо видеть, но его брови нахмурились, и вместо этого он остался на месте.
— Просто оставь это, отец. Она все равно не пройдёт Час Расплаты, и нет смысла рисковать скандалом…
— Я сказал тебе уйти, мальчик, — прорычал Лайонел. — Нам с Роксанией нужно поговорить.
Дариус снова заколебался, затем покачал головой. — Она того не стоит.