Кречетов, ты - крестьянин, а не наследник! Том 1 (СИ)

Долбаный козел, пьющий из колодца, глядел на меня, как на инопланетянина. Он стоял там, удивлённо хлопая ушами. Быстрый взгляд показал, что я в загоне для скота. Колодец оказался тем светом, что я видел из пещеры.
«Хмм... Почему этот туннель не был под охраной.» 
Покачав головой, выкинул меч из воды и схватил козла за рога. Он сопротивлялся, как буйный клиент у психиатра, но всё же вытащил меня. Я не упал на землю несмотря на усталость и жжение в легких.
Вопли бандитов под землей разносились гулким эхом. Я даже разобрал некоторые слова. Никто не кричал, что я в загоне для скотов. Ну, кроме козла, который пытался тут права качать. Пока я ему пару звиздюлей не прилепил, чтоб он усё забыл.
Мой сокол кружил надо мной, не сводя с меня глаз. Я быстро осмотрел округу через него и запомнил каждую мелочь. Это было какое-то чертово тупиковое ущелье. И выход из него охраняли двое головорезов.
Я кивнул сам себе, понимая, что пришло время действовать. Дружинники еще не появились, а бандиты по-прежнему главная проблема. Зная, что дело пахнет жареным, решил долго не тянуть. И рванул вдоль ущелья, как угорелый. Бандиты, охраняющие вход вооружены, но вряд ли знают о моем побеге.
Будет чертовски хорошо, если мне удастся их обмануть. В худшем случае, придется сразиться только с парой, а не с целым табором.
При моём прибытии охранник на посту спросил:
— Чо, красавчик, че там с тобой? — лениво заворчал он, даже не поднимая зад со стула.
Он явно принял меня за своего, типа я молодой разбойник.
Его маленькое убежище напоминало пещеру, даря лишь тень и прохладу.
А я такой стою, солнце жжет, одежда высохла. Но кровь не отмылась.
Ну я и наплёл ему с три короба:
— Святилище Зиланта, там был княжеский лазутчик. Пытался убить Всеволода, но не смог.
Охранник присвистнул.
Зевая, из укрытия вылез второй:
— И шо там, скажи? — спросил он, потирая сонные глаза.
Я только покосился в сторону, усмехаясь:
— Так, тот лазутчик в драке помер, а его тело... Заглотил его змей целиком!
Они замерли, будто их заподозрили в содомии. Потом вдруг начали хохотать, словно беглые с психбольницы.
Я замахнулся на них, словно бы разгоняя мух.
— Не торопитесь пировать, парни. Еще не время. Всеволод обещал им месть. Перед смертью лазутчик выдал, что в округе еще куча таких прячется.
Первый охранник хмыкнул, покрутив подбородком:
— Что, собственно, делать будем? — поинтересовался он.
Я махнул рукой в сторону высохшего русла реки:
— Пошли проверим, на лошадях. Если их куча, вернемся за подмогой. А если один-два, то схватим их.
Второй охранник недоуменно глянул в сторону лагеря:
— Ну, а если они сюда вломятся, пока нас тут нет?
— Поэтому я беру с собой только одного из вас, — кинул я. — Это приказ Всеволода.
Бандиты посмотрели друг на друга, потом пожали плечами.
Первый подхватил свой лук и колчан, перекинув их через плечо.
— Пошли. Может барин наградит, если хоть кого-нибудь достанем.
 
— Давай, пока они не узнали, что их лазутчик пойман, — предложил я. И мы пустились к конюшне, нацелившись легко справиться с вымышленными ублюдками.
Здесь чувствовался запах аммиака. Когда лошади освободились от упряжи они радостоно фыркнули. Видимо, теперь оводы не будут кусать им зад.
Эти лошади не предназначались для боевых действий. Их всегда держали под седлом, чтобы искать торговцев и добычу. Мы сели верхом и, давай по дороге.
Скрывшись за поворотом, исчезли в безлюдных равнинах.
— Давай-давай, — сказал бандит, будто собака, почуявшая кость. — Думаю, я знаю, где эти гады схоронились.
Потом тычнул пальцем куда-то. А это было чуть ли не под самым носом у лагеря. Мне пофиг. Все равно надо вернуться и нарыть способ, как Всеволода вынести. Сразу после того, как разберусь с этим бандюком. Не просто же так я их разделил.
Он повёл меня к склону между двумя холмами. Когда мы спешились, бандит жестом попросил меня молчать. Он прижался к земле как собака и пополз, стараясь стать незаметным.
Затем снял лук и наложил стрелу на тетиву. Прищурившись, бандит выглянул из-за куста, пытаясь обнаружить лазутчиков.
Но вокруг не было ничего. Только степь, камни и тень моего кречета, пролетавшего над головой.
— Зараза, кажется, не здесь, — пробурчал он, вставая. Растерянно почесал бороду, пытаясь придумать, куда дальше копать. Мои мысли были совсем о другом.
Тыкнув пальцем в мою талию, он рявкнул:
— Чё за ерунда с твоим мечом?! Даже ножен нет? И ремня не видно, блин.
Я молча опустил взгляд, медленно вращая в уме оправдание, которое звучало бы хоть немного правдоподобно.
— Ну, во время нападения... — начал я, но понял, что это глупо. Так что решил прервать нашу вежливую беседу. Сунул свой кинжал этому типу прямо в брюхо.
Плоть разорвалась, кровь брызнула, и он замер. Захлебнулся кровью и упал.
— Теперь нет ни ножен, ни проблем, — сказал я, вытаскивая клинок.
Однако кинжал уже разваливался. Понял, что он едва держится на рукояти. Проклятый кинжал, даже нормально не проткнуть кого-то.
Я взял его шмотки: лук, и этот чертов пояс с ножнами. Заткнул меч в его ножны и был таков. Хотя меч такой же кусок железа, как и кинжал. Того и гляди развалиться от удара.
Радион, конечно, не учил меня стрелять из лука. Но в школе я таскался на секцию стрельбы. И даже кое-чему научился там. По крайней мере, я тогда и представить не мог, что это когда-нибудь мне пригодится.
Одиннадцать убитых из пятидесяти разбойников. В моем старом мире за такое посадили бы на электрический стул, а тут? А здесь это была норма. Тут только сильные выживают, и становятся еще сильнее.
Я спрятался на склоне рядом с двумя брошенными лошадьми. Ждал преследователей, когда они кинутся в погоню. Прошло, наверно, десять минут. И это уже стало дико задалбывать. Солнце так жарит, что кожа плавится.
Глаза уже закрывались от сна, когда услышал топот копыт. Показалось, будто прошло вечность, а на самом деле — считанные минуты. Четверо бандитов промчались мимо по дороге. Вооружены копьями и луками, как настоящие охотники.