Кречетов, ты - крестьянин, а не наследник! Том 1 (СИ)

— Так чего ждем? — спросил я, совершенно не обдумав ситуацию.
Жрец почесал щеку, мозолистые пальцы зарылись в густую бороду.
— Ты не можешь отдать князю вскрытое письмо.
— Почему бы и нет?
Старый жрец вздохнул. 
— Я просто говорю, что, возможно, мы должны это обдумать.
Я скорчил гримасу, не особенно заботясь о том, чтобы открыть письмо.
— Ты сказал, отдать письмо князю.
— Это то, чего хотел... твой отец.
— Это значит идти навстречу людям, которые хотят нас убить.
— Да.
— И нам этого не хочется, — настаивал я. — Верно?
— Мы не сделаем этого? О чем ты говоришь? Отомсти за своего отца, мой ученик. Заверши кровавую миссию. 
Радион вернул мне конверт, ухмыляясь: 
— В некотором роде идея выглядит достаточно привлекательной, — решил он.
Я моргнул, совершенно уверенный, что это не так.
— Может, нам спросить ее? — И я указал на камни, только чтобы понять, что девушка снова исчезла.
— Ну, похоже у неё свои планы, — ответил Радион с намеком на улыбку. — Перекуси, дай отдохнуть ногам. Подумай об этом еще немного. Завтра отправляемся.
**** 
Жрец разбудил меня очень рано, еще до рассвета. Дана так и не вернулась в лагерь.
Радион уже снаряжал лошадей. Его боевой конь Граф и моя кляча Плотва.
— Ты умеешь ездить верхом? — Спросил Радион.
— Нет, — ответил я. — Никогда не ездил верхом.
— Это прекрасно, — сказал он. — Невежество - не преступление.
Я кивнул.
— Хорошо, — согласился он. — Я научу тебя садиться верхом.
Лошадь огрызалась, когда я пытался дотронуться до нее. Радион терпеливо улыбался мне и говорил, что она такая со всеми.
— Попробуй еще раз, — сказал он.
Лошадь встала на дыбы, окатывая меня дождем песка. Радион бросился вперед, чтобы усмирить ее.
Я потер пульсирующую щеку, стараясь не морщиться. У меня начала сочиться кровь через повязку. Радион бросил на меня взгляд, его руки были заняты.
— Ты в порядке? — спросил он.
— Вроде как.
— Ладно, — кивнул жрец. — Иди сюда.
Я сократил расстояние между собой и животным. Плотва сердито смотрела на меня. В передней части ее лба был виден белый пучок в форме полумесяца.
Я сделал шаг вперед, ноздри Плотвы раздулись. Она позволила мне прикоснуться к ней. Я опустил стремя и проверил, застегнуты ли пряжки уздечки.
Мне удалось сесть в седло с первой попытки. Радион аплодировал. Я натянул поводья и развернул Плотву лицом к Графу. Она неохотно тронулась с места.
Жрец потеребил свою бороду.
— Могло быть и хуже.
Он надел широкополую шляпу и натянул хлопчатобумажную тунику поверх кольчуги и доспехов. К его седлу был приторочен меч, надежно закрепленный во избежание соскальзывания.
Взобравшись на коня, он щелкнул поводьями и поскакал к берегу острова. Где-то там должно быть мелководье, откуда можно добраться до большой земли.
 
После того, как мы преодолели брод, наш путь лежал в Новгород.
Мы двигались через лес, тянувшийся во всех направлениях, поднимаясь и опускаясь по мере того, как мы удалялись от горизонта.
Плотва с мстительным удовольствием игнорировала все мои попытки управлять ею. Когда я говорил ей идти направо, она двигалась налево. Когда я говорил ей остановиться, она врезалась в Графа, чуть не сбив меня с седла в пыль.
Радион подъехал ко мне и начал давать советы, пока мы рысью двигались по тракту.
— Держи поводья крепче. Ослабь. Смотри на горизонт. Сжимай бедрами, а не икрами, иначе она пустится галопом — вот так. Перестань дышать так часто. Натяни поводья, чтобы успокоить ее. Выпрямись — ты думаешь, это оправдание того, что ты вырос на улице? Сядь как аристократ.
— Мне нравилось расти на улице, — сказал я. — С девяти лет я работал, чтобы оплачивать свои расходы.
Радион выплюнул на землю смолянистую кашицу из трав.
— Я не просил исповеди.
— Это была не исповедь, — сказал я.
— Мне все равно. Расправь плечи, парень. Ты же дворянин.
**** 
Через пару часов мы остановились на отдых. Сокол летел за нами, а теперь он просто кружил наверху.
Из-за того, что Радион разбудил еще до рассвета, мне хотелось спать. Поэтому, как только присел спиной к дереву, я сразу заснул.
Точнее, задремал. Я смутно ощущал реальность вокруг себя, но в то же время был не здесь.
Мне снился странный сон, будто я наблюдал сверху за двумя людьми. Вокруг лес, и они сидели возле большого дерева, отдыхая.
Один был постарше, бородатый, одетый в длинную рубаху поверх доспехов. Второго, юношу лет девятнадцати на вид, я сразу узнал. Это был я.
Вдруг тот, что постарше, обратился к нему. И тут я услышал, как Радион что-то говорит мне.
Сквозь дрёму его слова казались такими тягучими и заторможенными:
— Фсе экброво. Твабадинг мит эн? Фсё ф поряйдке йу тебя? Просыыпаайсяя! Просыпайся!
В одно мгновение я проснулся и открыл глаза. Сокол парил над нами и громко клекотал, глядя на нас внизу.
— Ох, кажется, я заснул и видел дивный сон, — я чувствовал себя отдохнувшим.
— Ты в порядке? Как щека? — Поинтересовался Радион.
— Больно. Кровотечение прекратилось. — Сказал я, дотрагиваясь до забинтованной части своего лица.
Радион встал с пенька, где он отдыхал:
— Нам нужно продолжить путь, отрок. Лучше всего, если мы отправимся в Новгород сейчас же.
— Разве мы не можем отдохнуть здесь? — Спросил я, нахмурившись.
— Не доверяй местным, — объяснил жрец, пытаясь изобразить понимание. — Это место кишит головорезами.
Я огляделся в поисках того, кто наблюдает за нами, но не увидел ничего необычного. Хороший разбойник понял бы, что сейчас не время нападать.