Кречетов, ты - крестьянин, а не наследник! Том 1 (СИ)

— Ты нашел его тело, — добавила Рагнеда, её лицо теперь было почти белым. — Ты не он. Он мертв.
— Что это было? — Спросил Радион, его интерес возрос.
Я вспомнил, как у моей шеи просвистел болт.
У женщины не было при себе арбалета.
Не та девушка, подумал я.
«Я хочу письмо, оставь кольцо себе.»
Снова почувствовал запах реки.
Зеленая гнилая плоть и белые кости.
Труп дворянина улыбался, потому что знал.
Я должен был вселится в него. Но у меня есть то, что есть сейчас. Нужно играть с теми картами, которые у меня на руках.
— Ты ... не убьешь меня, — торжествующе произнесла Рагнеда из последних сил.
Я ударил вверх и вонзил кинжал туда, где был ее подбородок. Лезвие скользнуло под ее передними зубами, разорвав язык, и наполовину вошло в мозг.
Черная кровь обожгла мои пальцы.
Когда зарабатываешь на жизнь воровством, учишься замечать разные вещи.
«Чем раньше ты начнешь, тем лучше ты становишься.»
Я подошел к краю дороги и сел на камень, повернувшись спиной к лагерю.
Есть вещи, которые не хочешь замечать.
Или признаться.
Я не был ни выдающимся бойцом, ни убийцей.
Мелкий воришка, который наткнулся на целое состояние.
Просто современный попаданец в крестьянина.
ДА.
Не хладнокровный убийца.
Я уставился на запятнанный кинжал. На лезвии отразился отблеск света там, где стерлась кровь.
— Держи свои мысли в секрете, — послышался голос Радиона.
Он плюхнулся, сев напротив меня.
— У каждого что-то есть, — объяснил жрец, его глаза на мгновение засияли. — Мне это тоже не нравится. Но даже это проходит.
— Я просто.... — начал я, потом остановился.
— Другого пути не было, — сказал жрец.
Я бессознательно вытер окровавленный клинок о штаны.
— Как порез? — Спросил Радион, глядя на мою щеку.
— Моя улыбка чуть не расширилась до уха, — угрюмо сказал я. — Шрам останется на щеке.
— Последнее хорошо, — ответил жрец.
— Как же так? — Спросил я, не видя в этом что-то хорошее.
— Ты выглядишь слишком неопытным. Шрам сделает тебя более угрожающим.
Тут Радион поднял взгляд наверх.
— Кья-кья-кья! — Белый сокол гордо кружил над нами.
Жрец усмехнулся в бороду:
— Твоя птица спасла мне жизнь, — сказал он, указывая на сокола.
— Моя птица? — Не понял я сразу. — Как это?
Он махнул рукой.
— Белый кречет, символ твоего рода. Вытяни руку, — сказал он.
Я послушался и вытянул перед собой правую руку. Кречет сел на нее и внимательно осмотрел меня своими черными глазами. Несколько секунд он рассматривал мой порез. Затем осторожно клюнул меня в ладонь, совсем чуть-чуть.
 
Я поднял глаза на Радиона.
— Здорово, правда?
— Да, — сказал тот, внимательно глядя на меня. — Думаю, защита хозяина это не единственное, что он умеет.
Я молча кивнул и погладил птицу. Сокол совсем не выглядел напуганным. Наоборот, поймав мой взгляд, он раскрыл клюв и издал короткий писк.
Радион потер свою бороду:
— Я найду тебе приличный кожаный доспех.
Я благодарно кивнул.
— Это ... спасибо.
— Тебе понадобятся подходящие доспехи. Нельзя сражаться в дворянском наряде.
— Я заплачу за это. За доспехи. Очевидно, у меня много золота.
Жрец встал и уставился на лагерь.
— Нам нужно выдвигаться утром, — сказала он.
— Мы оставим демоницу в покое? — Спросил я, вставая сам, чувствуя себя немного лучше, если не считать тупой боли в лице.
— А зачем её искать? — Ответил он вопросом на вопрос. — Вон, она сама пришла.
Когда я повернулся, то увидел, как демоница встает из-за камня. Она посмотрела на меня и улыбнулась. Ведь она помогла нам в этой битве.
  
Глава 7 Сокол - фамильяр рода Кречетовых
 
— А зачем ее искать? — Ответил он вопросом на вопрос. — Вон, она сама пришла.
Радион оставил нас у костра, чтобы проверить лошадей. Я смотрел в его сторону, но не мог разглядеть ничего, кроме его фигуры рядом с Графом.
— Ты давно его знаешь? — спросила девушка с белыми волосами.
— Я встретил его не более трех дней назад, — ответил я с трепетом наблюдая, как она намазывает мои раны вонючей мазью. Я заметил, что это успокаивает боль и жжение. — Вскоре после этого я встретил тебя.
— Ах. Похоже, ты любишь приключения.
Она аккуратно убрала излишки мази. Работая быстро, она обернула рану свежей тканью. Затем перевязала веревочкой, которой она скрепляла свой кожаный лиф.
— До свадьбы заживет, — сказала она, когда закончила.
— Я полагаю.
— Так ты его ученик? — Она кивнула на жреца.
— Я занял место предыдущего.
Она села рядом, скрестив ноги, и уставилась на свои руки. Я заметил, что у нее длинные и изящные пальцы.
— Что с ним случилось? — спросила она почти шепотом.
— С его учеником?
— Да.
— Похоже, он умер от отравленного болта.
— Это похоже на убийц. Значит, ты хочешь стать жрецом, как он?
— Ну... — я не знал, что на это сказать. — Надеюсь, когда-нибудь стану магом.
— Как твой отец?
«Интересно, кем был мой настоящий отец? Бродягой, мельником или мясником?»
Так что тело мне досталось пусть и молодое, но не знатное.
Ну вот, что я мог сказать про этого крестьянина. Мозги? Они там, конечно, где-то плавали. Но использовал он их нечасто. Типичный примитив, коренной крестьянин, жертва пьяного зачатия. Ну ладно, придется солгать.