Научи меня (ЛП)

— Я хочу только тебя. Пожалуйста, — снова умоляю я.
— Мне все равно, кто был первым. Теперь твоя киска моя, — заставляет он, прежде чем отпустить мое запястье и спуститься вниз по моему телу. Он задирает футболку, которая на мне надета, и прижимается губами к моей груди. — Ты вся моя.
У меня перехватывает дыхание. Я знаю, что это всего лишь горячие слова, чтобы подчеркнуть момент, но я позволяю себе погрузиться в фантазию о том, что принадлежу ему. Я стону, когда он втягивает мой сосок в рот, а его рука теребит другой.
— Скажи это. Скажи, что ты моя, — требует он.
— Я твоя, — говорю я, не задумываясь, когда мое тело и разум подчиняются ему.
— Такая хорошая девочка.
Он скользит ниже по моему телу, раздвигая мои ноги, насколько это возможно, чтобы освободить место для его широких плеч. Я невысокая, и у меня короткие ноги. То, как сильно он раскрывает меня, чтобы я подошла ему, почти причиняет боль, но это сладкое жжение только усиливает боль желания. Я уже так близко к краю, что все, что мне нужно, — это его прикосновения.
Он проводит носом по моему клитору, глубоко вдыхая.
— Моя, — рычит он, прежде чем его рот оказывается на мне. Я удивленно выкрикиваю его имя, пока он жадно наслаждается мной. Мой первый оргазм настигает меня быстро, когда его язык скользит по моему клитору и посасывает его, требуя каждую каплю. Но он на этом не останавливается. Один оргазм сменяется другим, и еще одним, прежде чем меня охватывает изнеможение.
Весь остальной мир забыт, когда он дает мне то, что обещал, и я засыпаю в его постели, молясь, чтобы все это не было сном.
Глава 12
Риз
Когда я скольжу двумя пальцами в ее мягкую щелку, она стонет, а затем ее глаза распахиваются. Они все еще сонные, когда утреннее солнце освещает ее обнаженное тело.
— Почему ты такая тугая? — спрашиваю я почти обвиняющим тоном, медленно вытаскивая пальцы и обводя вокруг ее входа.
— Ч-что? — Она несколько раз моргает, впервые пытаясь по-настоящему взглянуть на меня.
Я сижу на краю кровати, полностью одетый для работы, но выйти из комнаты, когда она здесь в таком виде, просто невозможно. После того, как я поедал ее киску, и она отключилась, я стянул с нее мою футболку и бросил на пол. Затем я снял с себя нижнее белье и уложил ее на себя, чтобы мы могли спать голыми.
Этим утром, когда я проснулся, мой член был у ее входа, будто она специально поместила его туда. Ее влажные половые губки целовали головку, и я знал, что все, что мне нужно сделать, это слегка подтолкнуть ее, чтобы полностью войти в нее. Я мог бы сделать это незадолго до того, как заставил себя встать с постели, но когда почувствовал, насколько она тугая, я остановился.
— Я спросил, почему ты такая тугая? — Чтобы подчеркнуть свои слова, я снова скольжу в нее двумя пальцами, и она хнычет. — Ты едва можешь принять их, как ты собираешься принять мой член?
Она с трудом сглатывает, но когда погружаю в нее пальцы, она запрокидывает голову и раздвигает ноги. Ее не терпится кончить, но я не хочу, чтобы она кончала. Еще нет. Я хочу, чтобы она была на грани безумия, как и я.
Мой галстук на шее с таким же успехом мог бы стать удавкой, учитывая то, что я чувствую рядом с ней. Ее сиськи полные и тяжелые, а твердые вершинки сосков торчат вверх и умоляют.
Когда я перестаю массировать ее точку G, ее глаза быстро открываются, и она начинает умолять.
— Не останавливайся.
— Ты работаешь сегодня вечером? — Мои слова звучат горько, и она не отвечает. — Ответь мне.
— Эм. — Она прикусывает нижнюю губу и покачивает бедрами, безмолвно прося о большем.
— Это не ответ. — Я провожу подушечкой большого пальца по ее клитору, и она открывает рот в беззвучном вздохе.
— Пожалуйста, Риз. — Она тянется к моей руке, чтобы подтолкнуть ее в себя, но я качаю головой.
— Я сказал, ответь мне. — Я стискиваю зубы, когда обхватываю ее запястья и закидываю их ей за голову, в то время как другая моя рука все еще находится у нее между ног.
— Да, я должна сегодня работать. — Она шепчет что-то невнятное, и я качаю головой.
  
— Нет, не должна.
— Должна. — Она двигает бедрами напротив моей руки, и я позволяю ей взять немного того, что она хочет. Мои пальцы ласкают это сладкое местечко, и когда она снова начинает стонать, я останавливаюсь. — Риз!
— Ты больше не работаешь в этом клубе. — Мои слова окончательны, но она не соглашается, только стискивает зубы. — Сколько ты зарабатываешь за ночь?
Она поджимает губы, отказываясь отвечать.
— Я удвою сумму. К черту. Я дам тебе все, что ты захочешь. Назови свою цену.
— Это не так просто. — Она разочарованно фыркает, и я рад, что не мне одному хочется кончить. — Я сейчас на испытательном сроке, и мне нужна эта работа. А что, если… — Она колеблется.
— А что, если что? — спрашиваю я, начиная злиться. — А что, если найдешь кого-то получше? Того, кто готов платить больше?
— Нет! Я не это имела в виду.
Гнев переполняет меня, но вместо того, чтобы отдернуть руку, я даю ей то, что она хочет. Потирая ее точку G, я снова провожу большим пальцем по ее клитору. Я делаю это все быстрее и быстрее, пока она не начинает извиваться на кровати.
— Я измотаю тебя до такой степени, что ты не сможешь ходить, не говоря уже о том, чтобы танцевать для кого-то другого. — Я наклоняюсь ближе и прикусываю ее ушко, прежде чем прошептать: — Я единственный, кто получит это, ты понимаешь меня?
— Да! — кричит она, и я понимаю, что прямо сейчас я мог бы заставить ее согласиться на что угодно.
— Да что? — Мои пальцы двигаются в том идеальном ритме, который, я знаю, подведет ее к краю.
— Да, сэр.
— Хорошая девочка. — Я прижимаюсь губами к ее губам как раз в тот момент, когда она вскрикивает. Ее оргазм быстрый и жесткий, но я не даю ей ни минуты передышки. — Перевернись и встань на колени.
Она не спешит выполнять то, что я прошу, и я резко шлепаю ее по заднице. Она тихонько вскрикивает, но я подтягиваю ее к краю кровати, чтобы ее задница была приподнята, и встаю позади нее.
— Ты сегодня не работаешь. — Я констатирую это как факт, опускаясь на колени и прижимаясь к ней лицом. Моя язык скользит от ее клитора к попке одним движением, а затем я облизываю ее киску изнутри. Она толкается к моему лицу, уже снова желая кончить, и я рычу, когда поедаю ее. Я посасываю ее губки и ласкаю пальцем, когда она приближается к краю. Когда она уже близко, я провожу пальцем по ее задней дырочке, и вскрикивает от давления. — Такая чертовски тугая.
Она кончает мне на язык, но я не останавливаюсь. Только после того, как она кончает еще три раза, и ее ноги дрожат так сильно, что мне приходится ее поддерживать.
— Риз, — умоляет она, покрываясь испариной, и вцепляется в простыни.
— Ты расскажешь мне все, ты понимаешь меня, Хайди?
— Да, сэр. — Ее голос едва слышен, когда я опускаю ее обратно на кровать.
Встав, я смотрю на нее, лежащую мягким комочком на матрасе, и все, чего я хочу, это трахнуть ее. Я хочу раствориться в ее тепле и заявить, что она моя, но пока не могу этого сделать. Я хочу от нее всего, но больше всего я хочу знать правду, и для начала мне нужно знать, почему она работает в этом клубе. Она от чего-то убегает? Или от кого-то?
— Мне нужно идти на работу, но ты позаботишься об этом до того, как я уйду. — Я расстегиваю ремень, а затем молнию на брюках, высвобождая свой член. Забравшись на нее сверху, я прижимаюсь членом к мягким округлостям ее задницы и наклоняюсь, чтобы поцеловать ее в шею. — Я буду чувствовать запах твоей сладкой киски весь день.
Мой член напряжен, когда я прижимаюсь к ее заднице. Мне не требуется много времени, чтобы кончить ей на поясницу, издавая стон при каждом толчке. Слишком скоро я теряю контроль, и моя сперма выплескивается на ее нежную кожу. Я смотрю на то, что натворил, и вместо того, чтобы вытереть, размазываю по ней. Во мне просыпается какой-то животный инстинкт окутать ее своим запахом, и я уступаю этой низменной потребности.