Чудесная миниатюра

Девушка в очередной раз огорчилась, решив, что маркиз непременно заметит скудость ее гардероба. Но тут же вспомнила его слова о рамке и картине.
Конечно, эта мысль немного утешила, но ей все равно стало досадно — вокруг царила роскошь, и на таком фоне она выглядела уж слишком скромно и невыразительно.
«Допустим, у меня было бы платье, как у миссис Фицгерберт прошлым вечером, и бриллиантовое колье, как у герцогини Девоншир. Стал бы маркиз от этого больше меня любить?» — задала она себе вопрос.
Ответить на него Ванесса так и не смогла. Она настороженно следила за Доркас, делая себе новую прическу, образчик которой попался ей в «Женском журнале». А потом попросила служанку завязать ей собранные на макушке волосы серебряной лентой.
— Вы сейчас такая хорошенькая, мисс Ванесса, — сказала Доркас, однако, судя по интонации, это скорее встревожило, чем порадовало ее.
— Надеюсь, что его светлость подумает то же, что и ты, — отозвалась девушка, встала и взяла с туалетного столика свой носовой платок. — Спокойной ночи, Доркас. Полагаю, что этот замечательный дом тебе очень понравился, как и мне.
— Я подожду вас, мисс Ванесса, — заявила Доркас.
— Но ты ничего не должна делать, — предупредила Ванесса. — Сегодня я задержусь. Знаешь, прошлым вечером я опозорилась.
— В каком смысле? — не поняла Доркас.
— Когда обед подошел к концу, я чуть не уснула за столом, — пояснила она. — Видимо, я переволновалась, до этого целую ночь не спала, да еще никак не могла оправиться от вторжения сэра Джулиуса. — Ее голос дрогнул, но она взяла себя в руки. — Я сидела за столом, его светлость говорил со мной, и вдруг я почувствовала, что моя голова клонится вниз, а глаза закрываются. Я судорожно выпрямилась и начала извиняться, но он сказал: «Ложитесь спать, Ванесса. Вы очень утомились, я должен был заметить это раньше и отправить вас к себе». Я хотела ему возразить, — продолжала Ванесса, — но он не стал меня слушать. И, конечно, я невольно подчинилась ему.
Она улыбнулась служанке.
— А сегодня я полна энергии после хорошего отдыха. И мне совсем не хочется спать.
— И все равно я подожду вас, мисс Ванесса, — упорствовала Доркас.
— Ты же знаешь, что я буду сердиться, — ответила Ванесса. — Уж мне-то известно, как ты быстро устаешь, Доркас. Тебе нужно беречь ногу и побольше лежать. — Она сделала паузу и, поняв, что ее слова не убедили служанку, добавила: — Ты же не хочешь заболеть в чужом доме? Зачем доставлять людям лишнее беспокойство?
— Ну, может быть, я попрошу кого-то из служанок прислушаться к вашему колокольчику, — проворчала Доркас, — вдруг вам что-нибудь понадобится.
— Да что ты меня так опекаешь! — недоуменно отозвалась Ванесса. — Я всегда раздевалась на ночь сама, и, уверяю, мне это и сейчас нетрудно сделать.
— Не забудьте запереть дверь, мисс Ванесса.
Девушка с изумлением обернулась и поглядела на служанку.
— Запереть дверь? — переспросила Ванесса. — Здесь, в Рэкфорд-парке? Похоже, Доркас, тебе всюду мерещатся воры и грабители. Неужели ты думаешь, что они посмеют сюда забраться? Да здесь не меньше четырех ночных сторожей, его светлость сам сказал мне об этом.
— И все равно… — начала было Доркас.
— Я не желаю с тобой спорить, — оборвала ее Ванесса. — Все наши страхи и невзгоды остались позади… здесь мы в безопасности, как ты не можешь поверить.
Сказав это, она наклонилась и поцеловала Доркас в щеку.
— Хватит суетиться, иди ложись, — сказал она. — Тебе больше не о чем беспокоиться.
Не дождавшись ответа Доркас, она покинула комнату и спустилась к маркизу. Он стоял у камина в гостиной с двустворчатыми окнами, распахнутыми на террасу. Ванесса устремилась к нему, словно ее подтолкнула какая-то неведомая сила.
— Когда я шла по лестнице, то думала, как мне вас отблагодарить, но у меня просто… нет подходящих слов, — призналась она.
Он посмотрел на ее сияющее от счастья лицо.
— Вы довольны сегодняшним днем?
— Да, это было замечательно.
— Мне тоже так показалось.
Он говорил спокойно, но Ванессе показалось, что полноту их ощущений невозможно выразить словами.
  
Маркиз повернулся к столику и налил Ванессе бокал вина.
Она пригубила его.
— Это шампанское? — спросила она. — Что же мы празднуем?
— То, что мы вместе! — ответил маркиз. — Я думаю, это необходимо отметить.
— Ну, конечно, — согласилась Ванесса. — У меня такое чувство, словно я попала в другой мир. Прежде я даже не знала, что он существует.
— И этот мир вам понравился? — полюбопытствовал маркиз.
Она негромко рассмеялась.
— Какое неподходящее слово для описания всего этого великолепия, которое меня окружает. К тому же я чувствую себя здесь в полной безопасности.
— Мне как хозяину дома очень приятно это слышать, — улыбнулся маркиз. — Я хочу, чтобы вы чувствовали себя защищенной. Вы говорили, что, когда я рядом, вам становится спокойно. И вот мы вместе, Ванесса.
— Вместе, — как эхо повторила она.
Обед показался ей еще вкуснее и изысканнее вчерашнего, однако Ванесса не смогла как следует насладиться экзотическими блюдами. Она, затаив дыхание, слушала маркиза.
Они говорили о дворце и его истории, о политических событиях и указе, который маркиз собирался поддержать в палате лордов, о живописи вообще и о художниках-миниатюристах, которые, по его мнению, воспринимают жизнь иначе, чем остальные.
— Почему вы так считаете? — спросила Ванесса.
— Потому что мельчайшие детали и малые масштабы требуют совершенства, — пояснил он. — А мы все стремимся к совершенству, Ванесса.
— И вы тоже хотите его найти?
— Я всю жизнь искал его, — ответил маркиз. — И теперь, по-моему, нашел.
Она не поняла, что он имел в виду, и с любопытством поглядела, как маркиз встал из-за стола.
— Давайте перейдем в гостиную, — предложил он. — Я только возьму мой портвейн, и мы сможем продолжить нашу беседу.
— Очень хорошо. Когда вас нет рядом, все вокруг сразу меркнет.
Она сказала об этом как бы мимоходом, но маркиз остался доволен, и они направились в гостиную.
Одно из французских окон было открыто. Ванесса приблизилась к нему, поглядела в сад и вышла на террасу.
Вечер выдался очень теплый и безветренный. Озеро застыло, словно зеркало, и на его гладкой поверхности играли темные и таинственные тени.
В просветах огромных старых деревьев догорали лучи заката, окрашивая их верхушки золотом и багрянцем.
Сумерки сгущались, и вот на иссиня-черном небе прямо над их головами зажглась первая звезда. Ванесса подняла голову и долго смотрела на нее.
Маркиз наклонился и оперся о балюстраду.
Ванесса тоже потупилась и взглянула на озеро. Над ним опустился ночной туман, его причудливо изменяющиеся клубы напоминали выходящих из воды русалок.
— Какая красота! — негромко промолвила она. — Должно быть, это все мне пригрезилось.
— Но вы и сами настоящая мечта! Мечта, которая стала для меня реальностью.
Его интонации заставили Ванессу обернуться.
— Я не верил, что на свете есть столь прекрасная девушка.
— Это вы… обо мне?
— О вас!
У Ванессы перехватило дыхание. Затем она сделала несколько шагов ему навстречу. Маркиз обнял ее.
— Я искал вас так долго, Ванесса, и когда наконец нашел, больше никуда не отпущу.
Он заметил, как ее лицо озарилось счастливой улыбкой. Боясь испугать юную чистую девушку, маркиз неторопливо наклонился и поцеловал ее в губы.
Ванесса почувствовала, как его губы сначала нежно коснулись ее губ, а потом прижались к ним в страстном поцелуе. Волна небывалого наслаждения захлестнула ее, и она ощутила, что отныне полностью принадлежит ему.
Они стали единым целым, и частью этого целого были величественный закат, тайна ночи и красота уснувшего озера.
Маркиз еще крепче прижал ее к себе, и ей показалось, что она растворяется в его объятиях.
Она знала, что это любовь, прекрасней которой нет ничего в мире.