Подарок для Деда Мороза (СИ)

— Не позволю испортить себе жизнь! — решил в один из таких вот дней просто глядя в зеркало. — Никому не позволю себя сломать!
Время лечит. Оно медленно затягивает раны. Я знаю это не понаслышке. Остаются лишь шрамы, которые ноют от непогоды или плохого настроения. У меня будет всего лишь еще один шрам. Они ведь украшают мужчину. Верно? Асе даже нравится. Я смог улыбнуться, хоть это и было больше похоже на оскал. Не важно!
Я стал выходить из номера и бесцельно бродить по небольшому городку. Все пытаясь разложить по полкам и переосмыслить собственную жизнь. Пока в какой-то момент не набрел на этот небольшой пустынный пляж, куда пришел и сегодня. В последний раз. Вещи уже собраны, билеты куплены. Там меня ждут и очень волнуются. Там те, ради кого я буду жить. Ради кого я буду любить и обязательно научусь верить!
«Урок первый: безоговорочное доверие» — напомнил себе.
Что ж… Это будет совсем непросто. А когда-то было иначе?
Лег на песок и уставился в чистое голубое небо. Такое ощущение, что это все не со мной. Я просто сплю, только проснуться никак не выходит.
«Хочу домой» — такая простая мысль прошлась нежным теплом лакая израненную душу. Представил, как Ритка кинется ко мне на шею с горящими хитрыми глазками. Какой красивой будет Ася в свадебном платье. Она не знает, что я его видел. Не буду портить сюрприз.
Меня обязательно отпустит. Уже отпускает, ведь впереди столько хорошего. Я сделаю работу над ошибками, чтобы вновь все не потерять.
Улыбнувшись жаркому солнцу, поднялся на ноги. Отряхнул песок со светлых штанов и так же, пешком, побрел в отель.
— Все будет хорошо, — твержу сам себе. — Все обязательно получится!
Подняв голову выше, собрал оставшиеся вещи, и мы с парнями поехали в аэропорт. Хватит самобичевания! У меня свадьба в Новый год! Мало кто может таким похвастаться. Но на то я и Громов, чтобы передо мной открывались все запертые двери. Андрей даже не представляет, каких трудом мне все это стоило!
— Стоп! — ругаю себя, мотнув головой. — У тебя свадьба, придурок! Думай лучше об этом. Плевать на ублюдка. Он уничтожит себя сам! Интересно, а можно пилота попросить лететь быстрее? — рассмеялся от этой мысли. Парни из охраны странно на меня покосились, но тактично промолчали. — Я вам премию назначил. Новогоднюю, — меня кроют проснувшиеся эмоции. Они, как те волны, что я видел сегодня, окутывают с головой, возвращая к жизни.
  
Глава 34. Ася
 
Свадьба…
— Ну больно же! — шиплю, когда девочка-стилист заканчивает прическу и крепит на нее длинную фату.
— Ну вот! — довольно восклицает она. — А ты волосы убирать с боков не хотела. Посмотри, какая красота, — кручусь перед зеркалом рассматривая себя со всех сторон и вновь опускаюсь на стул.
— Он обязательно успеет, — мама, сидящая рядом на кровати, пытается меня успокоить. Мы впервые увиделись с ней с тех пор, как Захар забрал меня из родительского дома. Я даже не соскучилась. А вот по нему — ужасно!
— Я не за это переживаю, — объясняю ей, когда стилист, поправив в сотый раз мой макияж, оставляет нас наедине.
— А за что? — мама внимательно смотрит, но потом вдруг улыбается. — За первую брачную ночь? — неправильно меня понимает. Знала бы она, какие ночи мы проводили вместе при этом не нарушая дурацких договоренностей, была бы в шоке.
— Нет. Это здесь вообще не при чем, — отмахнулась от женщины.
Встала, поправила платье и вновь стала нервно расхаживать по комнате. Ну где же он?! Мне уже и свадьба не нужна, лишь бы приехал и сказал, что все хорошо. Сердце не на месте все дни, с момента его отъезда. Ни спать толком не могла, ни есть. Постоянное чувство беспокойство просто сводило с ума. Он не брал трубку, когда я звонила. Сам на связь не выходил. Я каждой клеточкой тела ощущала, что-то случилось! Один единственный разговор и его убитый голос в трубке.
«Я тебя люблю», сказал мой мужчина и отложил свадьбу. Я готова была сорваться и лететь к нему. Знать бы еще куда…
— Привет, — услышала хриплый, пробирающий до мурашек, мужской голос от двери. Сердце на миг остановилось, а потом понеслось вскачь, не спросив у меня разрешения. Его измученная улыбка сказала мне больше, чем мог он сделать сам. У Захара что-то произошло. Очень серьезное, болезненное. Красные глаза, бледная кожа, щетина на щеках. — Только не вздумай плакать, — шире улыбается он. — Иди же сюда, — и я сорвалась с места наплевав на то, что помну платье или размажу многочасовой мейк. Бросилась к нему на шею. Захар приподнял меня за талию, закружил сжимая в ребрах до боли.
 
— Я соскучилась, — трусь о его колючую щеку.
— Люблю… — короткое признание и вновь вымученный взгляд. Он поставил меня на пол. Провел пальцами по покрасневшей от раздражения щеке. — Я сейчас быстро приведу себя в порядок и едем. И так слишком долго оттягивали, — мой будущий муж вышел, оставив маму в легком шоке от увиденного.
— Ась, — зовет она так вкрадчиво, что вопрос я уже знаю наперед. — Только честно. Я отцу не скажу. Было, да?
— Нет, — я гордо вздернула подбородок. — Захар держит слово.
— Ну-ну, — только и усмехнулась мама, а потом кинулась помогать мне приводить себя в порядок.
С жутким опозданием мы выехали в сторону ЗАГСа. Маленький кортеж из четырех машин. В одной мы, будущие супруги, и наша Ритка в красивом алом платье. Отец всю дорогу держал нас за руки молча, но лезть в душу я не стала. Вижу, он пока не готов рассказать. Во второй машине мои родители, а спереди и сзади охрана. Захар сказал, что пока будет так. Возражать не стала. Если мой мужчина решил — значит я должна ему довериться.
Здание ЗАГСа встретило нас натянутой улыбкой женщины — регистратора. В Центральном мы оказались единственной парой. Я сжала руку своего будущего мужа крепче.
— Прошу, молодожены, гости, — женщина стала подниматься вверх по красиво украшенной лестнице, приглашая нас следовать за ней. — Две минуты, пожалуйста, — попросила подождать у дверей.
Мой Громов самый лучший, самый красивый. Ему очень идут черный классический костюм и белая рубашка. Мама настаивала на галстуке или бабочке, но даже костюма для него оказалось много. Мой Захар — это футболки, джинсы и здоровенные ботинки. Но когда нужно, он сжимает зубы и надевает то, что требуется по этикету. Сегодня эта жертва сделана ради меня.
Широкие створки двери распахнулись. Заиграл торжественный свадебный марш. Наши единственные гости взяли за руку Маргариту и присели на стульчики у стены, чтобы наблюдать за рождением новой семьи.
Мы почти не слушали стандартную речь регистратора. Только Я, он и больше никого. В его усталых, раздраженных бессонными ночами глазах искрится возрождающееся тепло. Оно тоже для меня. Мое дыхание теперь принадлежит ему, и я жалею лишь о том, что так испугалась этого брака. Хорошо, что Захар не дал мне наделать глупостей в знак протеста. Вместо этого, он дал мне в себя влюбиться так, что я не представляю теперь своей жизни иначе. Только с ним.
Когда прозвучало первое «Да», на скамейке зарыдала мама. Когда на моем пальце оказалось красивое обручальное кольцо, слез не сдержала уже я.
— Пообещай мне кое-что, просит мой… муж.
— Все, что угодно, — я таю от этой атмосферы, от его присутствия.
— Если ты когда-нибудь захочешь уйти, — я задержала дыхание. — Разлюбишь, устанешь, тебя что-то не будет устраивать, — продолжает он. — Скажи мне об этом, — хлопаю ресницами от удивления. — Ася, пожалуйста, — Захар почти умоляет. Таким я его еще не видела.
— Обещаю, — выдохнула ответ, и он поцеловал меня, как свою жену. Долго, протяжно, нежно. Мужчина с такой жадностью впился в мои губы, что ноги подкосились. Нас отвлекла Рита.
 
— Ну хватит уже! — возмущается малышка. — Если я разрешила вам жениться, не значит, что можно целоваться при ребенке! — она топнула ногой и все рассмеялись. Даже не особенно довольная регистратор окончательно растаяла при виде этой насупившейся мордашки. Отец поднял ее на руки и тоже поцеловал. Маргарита довольно улыбнулась и потянувшись прямо сидя у него на локте, обняла меня.