Мой милый Гаспаро (СИ)

-Как же порой легко поймать удачу, - улыбнулся Фабио, проследив за исчезнувшим шаром.
-Увы, удача — кратковременный гость, - улыбнулся Гаспаро.
Марков долго посмотрел в его удивлённые глаза. Тот будто прочёл мысли... Встав к окну и немного посмотрев в сад, Марков оглянулся на промахнувшегося в игре Аминова:
-Ваша очередь? - пригласил тот ударить по шару Фабио.
-Скажи-ка, милейший, - обратился к Аминову Марков. - Гвенвин,... это условное слово?
-Неужто в вашу канцелярию поступил донос? - наигранно удивился тот, но не замедлил пояснить. - Гвенвин означает яд. Это было словом, благодаря которому можно было бы узнать человека, которому требуется специальный яд. Его создаёт один человек, которого я знаю. Его яды вызывают различные болезни, дабы никто не догадался от чего умер принявший сие зелье.
-Однако, - ударив в свою очередь по шару и попав в лузу, - усмехнулся Гаспаро. - До какой степени можно опаскудиться, чтобы совсем потерять человечность. Стать посредником в продаже подобных ядов.
-Неужто ты, Аминов, думаешь, что сие признание спасёт твою шкуру? - улыбнулся Фабио, а Марков тем самым встретил встревоженный взгляд Азарьева, но кивнул, будто успокоил на некоторое время душу...
-Как сказал однажды Данте, каждый должен брать на свои плечи труд, соразмерный его силам, так как, если тяжесть его окажется случайно чрезмерной, он может поневоле упасть в грязь, - последовал ответ Амирова, что чуть не насмешило сдержавшегося Гаспаро:
-Это отдать похищенную девушку в руки кровожадной графини, вроде Батори, — не упасть в грязь?
-А кто сказал, что отдал? - встал на очередь ударить по шару Аминов, но Фабио отнял у него кий:
-Довольно, ловкий плут.
-Ну и шельма, - молвил строго Марков. - Данте явно высказался не о таких людях, как ты.
-Неужели суд поверит ему и не последует наказания? - взглянул на Маркова Гаспаро, но тот сделал лишь успокаивающий жест рукой.
Видя тревогу в нём и Фабио, Аминов улыбнулся, выразительно прочитав:
-Нельзя, чтоб страх повелевал уму; иначе мы отходим от свершений, как зверь, когда мерещится ему.
-Знаток Данте, знаток, - засмеялся Марков, став вдруг будто расслабленным.
Он подошёл к Аминову и принял позу победителя:
-Ну зачем же так? Ребята далеко не трусы. Может знаешь, благоразумие — лучшая черта храбрости.
-Тоже Данте? - усмехнулся тот, и Марков улыбнулся:
-Шекспир.
-Я так и знал, что у нас разные вкусы и взгляды, - развёл руками Аминов. - Отыскала канцелярия бестолково шныряющих юнцов, как приманку. Пешками на службу взяли, чтоб самим жить-поживать.
-Тот же Шекспир сказал бы, что великие люди гибли часто от рук бездельников, - засмеялся Марков и отошёл к столику с винами, на котором стоял колокольчик.
-Я вынужден не согласиться, - начал было возражать Фабио, но Марков позвонил в колокольчик, и в двери тут же вошло четверо гвардейцев.
-Вот теперь отдых прошёл, - сказал более серьёзно Марков и вместе со своими спутниками молчаливо проводил взглядом Аминова, которого уводили из дома...
Когда стоявшая на дворе тюремная карета уехала, увозя хозяина дома, Марков взял оставшийся у стола кий Аминова и ударил по шару, попав им тут же в лузу:
-Игра была короткой, но мне понравилась.
Заметив устремлённые к себе вопрошающие взгляды, Марков обратился к Гаспаро и Фабио:
-Зато теперь я уверен в своём мнении о вас, господа.
Он пригласил их вновь вернуться во дворец, где по приезду оставил в зале, удалившись куда-то с Азарьевым. Там, собравшиеся молодые люди и дамы, то играли в различные настольные игры, то музицировали, и вдруг послышался женский голос...
-Фабио?... Фёдор Иванович?
Друзья сразу оглянулись на зов. Радостной от встречи выглядела Алёна, стоящая в стороне среди дам и кавалеров, о чём-то весело беседующих...
  
Глава 52
 
Фабио сразу узнал Алёну. Однако, сделав вид, будто не заметил, поспешил направиться к выходу. Гаспаро заметил его уход и вновь поднял взгляд на вышедшую навстречу Алёну. Не успела она что сказать, как следом подошла одна из девушек:
 
-Неужто это те самые гости, которых ты так ждала? Представишь? - улыбнулась она подруге.
-Я и сам представлюсь... Гавриил Александрович Цветков, - улыбнулся тот, но казался будто неприступным, холодным, что девушку совершенно не разочаровало, а наоборот.
Она тепло улыбнулась и протянула для поцелуя ручку:
-Аганина,... Софья Фёдоровна.
Кратко поцеловав руку, еле коснувшись той губами, Гаспаро выпрямился и обратился к Алёне:
-Никак не ожидал увидеть здесь Вас, Алёна Павловна.
-Столько произошло за время Вашего отсутствия, - попыталась улыбнуться та. - А куда же так внезапно удалился Ваш друг?
-Не могу знать, - удивился Гаспаро. - Спросим, когда вернётся.
В этот момент Алёна толкнула будто случайно свою подругу Софью, и та словно опомнилась:
-А что же Вы? Проведёте ещё время в России или вернётесь скоро в Италию?
-Думаю, - заметил он остановившуюся в стороне любимую, но тут же вернулся к беседе. - Думаю, придётся всё же навестить родной край как можно скорее.
-Ах, надеюсь, сможете может навестить наш бал-маскарад, у нас, у Аганиных? - вновь сказала Софья, наигранно сделав кокетливый вид, что Гаспаро заметил. - Расскажете, как у вас там, в Италии. Особенно уж больно интересно, какие отношения к женщинам.
-О, я не буду первым, кто расскажет, - улыбнулся Гаспаро. - Вот, вспомнилось... Прилетела на берег синица из-за полночного моря, из-за холодна океяна. Спрашивали гостейку приезжу, за морем какие обряды. Синица отвечает: всё там превратно на свете... Все дворянски дети там во школах. Их отцы и сами учились; учатся за морем и девки; за морем того не болтают: девушке-де разума не надо, надобно ей личико да юбка, надобны румяна да белилы*.
Прочитав выразительно, Гаспаро тут же откланялся и поспешил подойти к грустно смотревшей вокруг возлюбленной. Она обмахивалась веером, словно пыталась успокоить тревожную душу, а когда Гаспаро подошёл, то увидел в её глазах навернувшиеся слёзы:
-Уж постарайся высушить их, моя ненаглядная, - ласково молвил он, желая взять её ручку в свою, но Юлия опустила обе руки:
-Нет уж,... мой милый... 
Только договорить не смогла... Видя взгляд любимого, Юлия будто всё прочитала в нём. Страх прошёл, а то новое чувство ревности исчезло, как и не бывало. Гаспаро же припал к её ручке с ласковым поцелуем. Он шептал слова любви, и обоим было всё равно, что вокруг подумают или скажут...
-Не заставляй меня больше играть такую роль, - сказала Софья Алёне, с восхищением наблюдая за чувствами Гаспаро и Юлии. - Зря ты сомневаешься в их любви. Не способен такой предать. Проверка показала истину любви... О такой так мечтается всем.
-Почему ей повезло? Потому что наивна? - вопросила Алёна, а подруга в голосе услышала зависть:
-Она же твоя сестра.
-Да, и мы однажды поспорили, чья манера любить лучше, но, видать, её, - показалась Алёна на миг грустной, но вдруг стала будто бодрее оглядываться по сторонам. - Хотя, как знать... У меня ведь ребёнок уже есть, да и муж имеется.
Подруга промолчала, вновь взглянув на Гаспаро с Юлией, мило о чём-то беседующих, и вздохнула. Юлию же они теперь будто уже не волновали... Алёна заметила вернувшегося в зал Фабио и направилась к нему...
-Не стоит волноваться, Фёдор Иванович, - улыбнулась она прежде, чем Фабио успел почувствовать некую тревогу.
-Рад, - только и молвил он.
-Считаю себя обязанной сообщить Вам первому одну новость, пока это не сделал кто иной, - говорила Алёна, а Фабио заметил в ней промелькнувшее волнение, которое тут же спряталось под маску будто уже привычной гордости. - Вы исчезли, а мне посчастливилось вернуться домой. Здоровой была, но в скором времени узнала, что ношу под сердцем ребёночка Вашего.