Мой милый Гаспаро (СИ)

-Фрейлины? - хором удивились сестры, но вновь по-разному, что Павел Александрович заметил:
-Алёна рада, а Юлия будто и расстроилась? Там будет интересно!
Но девушки быстро скрыли свои эмоции, убедив папеньку, что будут счастливы оказанной им чести. Так и пролетел день в подготовке ко встречи с Императрицей...
...Глаз не могли оторвать от роскоши дворца и его жизни сёстры, когда проходили по его коридорам, а двери перед ними раскрывались, пропуская скорее пройти ближе и ближе к залу, где среди придворных, среди таких же юных фрейлин,... восседала сама Императрица... 
Государыня была будто проста. Её доброта так сияла в красивых глазах! В них сёстры зачарованно и смотрели, пока их представляли Императрице. А потом девушкам разрешили остаться тем вечером во дворце познакомиться с дворцовой жизнью...
Тем вечером фрейлины с кавалерами остались в зале и то музицировали, то играли в карты за разными столами. И Алёне, и Юлии всё казалось очень сказочным, будто происходило в каком сладостном сне... Все были добродушными, приветливыми, игры интересными, а речи увлекающими...
Только позабыв о реальности, Юлия отвлеклась и встала подле сестры, играющей в карты с фрейлинами, как чья-то рука появилась из-за двери позади и скорее увела за собой. Юлия ахнуть не успела, оказавшись в объятиях любимого.
Тот страстно впился в её губы, жарко целуя... Но, как бы ни хотелось обоим бесконечно наслаждаться обществом друг друга, всё же послышавшиеся шаги заставили укрыться в ближайшей комнате... 
-Ты здесь? Как так? - вопросила Юлия сразу, удивляясь и тому, что Гаспаро одет в форму гвардейца, а он улыбнулся:
-Пришёл вновь увидеть тебя украдкой дома, а слуга сказал, что вы теперь во дворце. Вот мы с Фабио и поспешили. Пришлось в срочном порядке согласиться на условия Маркова и вашего папеньки, то есть согласиться стать гвардейцами. Марков тут же выдал форму и отпустил на задание. Только, прежде чем уехать, мы всё же явились сюда.
-Правда, исчезнешь на год? - смотрела с тревогою любимая, но он снова улыбнулся:
-Я всё сделаю, чтобы выполнить это лёгкое поручение Маркова как можно быстрее. Оно лёгкое, поверь. И потом, - сделал он паузу, будто задумался. - Потом я буду снова тайком посещать тебя, пока не смогу увести под венец...
...Заметив, что друг скрылся в одной из комнат дворца с любимой, Фабио нагнал группу гвардейцев, идущих в зал, где были фрейлины и придворные. Он быстро отыскал глазами Алёну. Она активно что-то обсуждала с одной из миловидных, но очень гордой фрейлиной, и слышно воскликнула: 
-Да что угодно! Каков фант?
Фрейлина же, бросив сразу взгляд на вошедших гвардейцев, показала бумажку, которую вытащила из шляпки подруги и шепнула ответ. Алёна сначала отступила, но, заметив среди гвардейцев Фабио, вовремя скрыла удивление. Она даже обрадовалась, что он оказался столь неожиданно здесь, так вовремя для неё.
Когда же Алёна приблизилась к нему и вдруг припала с долгим показательным поцелуем к губам, Фабио понял, что за фант ей выпал. Счастливый такому удачному обстоятельству, он принял гордый вид, но Алёна быстро вернулась к фрейлинам, которые остались удивлены и довольны произошедшим. Казалось, теперь Алёна была принята в круг их общения, за что Фабио почувствовал и радость, и какую-то тоску...
Ещё некоторое время он наблюдал за Алёной со стороны: то удивлялся её наигранности, лишь бы нравиться, то радовался, насколько выделяется она красотой и умом от остальных. Спокойным Фабио чувствовал себя за будущее Алёны, что бы ни уготовила судьба, пока появившийся в зале Лев ни пригласил Алёну прогуляться в саду. 
Стараясь оставаться незамеченным, Фабио осторожно покинул зал следом за ними. Удивлённый покорностью Алёны, он замечал, как та мило беседует. Даже то, что Лев схватил её вдруг и украл жаркий поцелуй, не заставило вмешаться. Наоборот... Фабио с огорчением опустил взгляд, но очень скоро встряхнулся и вернулся во дворец...
  
Глава 31
  
Завтра с светом я проснуся
И в окошко погляжу;
Если дождик, - попрошуся,
Вот что матушке скажу:
«Идет дождик, нельзя в поле
Нам сегодня работать;
Мешкать нечего нам боле,
Пойдем в лес малину брать.
Отпусти меня, родная,
Я малинки наберу:
Тут дорожка есть большая,
Я продам всю к вечеру».
Лишь отпустит, вмиг сберуся,
Я умоюсь, побегу;
Лишь на час остановлюся
Возле речки на лугу.
Наберу цветочков в поле,
За собой буду бросать:
Чтобы миленький не доле
Меня мог, как вмиг, сыскать.*
Вместе пели Юлия и Алёна, когда переодетые ко сну вновь встретились в одной спальне, чтобы, как любили, делиться секретами и переживаниями. Их пение за дверью подслушал отец, убедившись тем самым, что всё хорошо, и, не скрывая счастливой улыбки, ушёл к себе в кабинет. 
Его даже не удивило сообщение охраны, что в то же самое время под балконом Юлии, откуда доносилось пение, снова стоял Гаспаро... В голове Гаспаро уже созрел план, и он не ждал ни минуты более. Увидев прошедшего в дом слугу, который нёс стопку красиво сложенных белых простыней, Гаспаро прокрался следом за ним.
Он спрятался за штору в коридоре и дождался, когда слуга оставит несколько простыней на стуле, а с остальными отправится наверх по лестнице. Взяв стоящий на столике рядом подсвечник с зажжёнными свечами, Гаспаро хотел отправиться туда же. Только резко послышавшийся из кабинета рядом скрип пола заставил остановиться. 
Гаспаро успел отставить подсвечник и схватить простыню. Вышедший из кабинета хозяин дома с удивлением заметил, как некто раскрыл простынь и будто занят ею. Заметил и остановившегося на лестнице слугу, который с ещё большим удивлением наблюдал происходящее...
Как только слуга заметил хозяина, тут же развёл руками, и Азарьев прищурил глаза на того, кто прятался за простынёй.
-Что за комедия? - усмехнулся Азарьев, схватив угол простыни и откинув её на пол.
Гаспаро стоял перед ним, тут же выпрямившись и уставившись в глаза, но молчал. Азарьев от подобной комичной ситуации еле сдерживал себя, чтобы не рассмеяться:
-Голубчик?! Днём являться следует, а не ночами под простыни залезать! Вы что, полагаете, здесь верят в подобные приведения?!
-Никак нет, Павел Александрович, - ответил с еле сдерживаемой улыбкой Гаспаро.
Азарьев пригласил его пройти в кабинет и, когда они уже остались наедине, отошёл к окну:
-Неужто не заметили, что охрана делает вид, будто не видит, как вечно тайком являетесь? Лишь по моему приказанию вас не хватают и не вышвыривают отсюда. Поясните же хотя бы сие появление?
-Разрешите видеться с Вашей дочерью Юлией, - прозвучала просьба Гаспаро, и Азарьев отошёл к клетке, в которой распевала озорная канарейка:
-Вот она тоже знает, каков я, правда, милая?... Но... Позвольте же узнать, дорогой Гаспаро Гирландайо, а кто вам сказал, что я запрещаю видеться с Юлией? Мой вам совет, явитесь однажды, как нормальный человек, с визитом,... через дверь, без простыни и днём.
Он повернулся с добродушной улыбкой к Гаспаро лицом. Тот почувствовал сразу, что совершил множество ошибок из-за страха, что будет не принят или вызовет гнев. Однако, чтобы как-то себя оправдать, сказал:
-Хочу сначала представить своё новое имя, которое дал господин Марков... Отныне меня можно величать Гавриил Александрович Цветков. Поскольку Гирландайо и означает цветы. Друга же моего назвали Фёдор Иванович Чернов. Его фамилия Нери,... то есть чёрный.
-И куда же запропастился сей Чернов? - удивился Азарьев.
-Его раненая душа не позволяет больше прибыть в сей дом, - опустил взгляд Гаспаро.
-Вот как?! И куда же он решил направиться теперь? - будто встревожился Азарьев, но Гаспаро успокоил: