Жало 2 (СИ)
Клубы черного марева над ямой скрывали не только паразитов от нас, но и нас от паразитов. И как только видимость улучшилась до полупрозрачности, склизкие ублюдки, усиленные мощным хвостовым плавником сзади и широкой щелью рта, полного иглоподобных зубов, спереди, десятками живых торпед ударили со дна ямы, целя по нам восьмерым.
Лишь трое из восьмерки рекрутов успели успешно среагировать на внезапную атаку только что безобидных тварей. Мих, Сыч и Сергей вовремя попятились назад, веером игло-крюков из «барракуд» щедро потчуя налетающих паразитов, и таким немудреным образом эти трое успешно перебили всех своих противников.
Артем, Сыч, Дэн и Марина среагировали на смертельную опасность с запозданием. Они успели пристрелить по паре-тройке налетающих паразитов, но остальные пиявки добрались до тел рекрутов, острыми зубами прошили герметичную защиту МГСП, и дурью заоравшие от боли друзья, словив декомпрессионный шок, беспомощными куклами завалились на дно, облепленные живым клубком присосавшихся змееподобных тел.
Я, как и четверка неудачников, зевнул начало атаки своры пиявок, ринувшейся на меня из потускневшего чернильного облака. Уже понимая, что безнадежно опаздываю, стал лихорадочно давить на курок вскинутой «барракуды». Успел сбить игло-крюками троих самых шустрых. Увы, еще с добрый десяток черных молний должны были порвать меня, как друзей-неудачников. Но в мгновенье смертельной опасности функция Личинка грауса активировалась в принудительном порядке. Перед глазами загорелось соответствующее системное уведомление, но сосредоточенный на отстреле несущихся ко мне пиявок, я не читая его сморгнул. С боков отрасли щупальца серого грауса (вероятно, пробившиеся наружу из МГСП через какие-то специальные сохраняющие внутреннее давление мембраны, я так решил, потому как мобильный скафандр глубинного погружения на мне, при этом, ничуть не пострадал). Увлеченный отстрелом паразитов, я их заметил лишь когда почти добравшаяся до меня свора пиявок вдруг оказалась мгновенно перебита встречным ударом выстреливших наперехват когтей-наконечников щупальцев грауса.
Перед глазами часто замелькали строки логов, но я их тут же смаргивал не читая. Время вдумчивого анализа происходящего настанет потом, а сейчас маховик сорвавшейся с поводка функции завертелся, и у меня только три минуты, чтобы перебить врагов, выполнить задание и, по возможности, не сдохнуть.
На смену первой волне пиявок со дна ямы стартовала вторая волна. Трое уцелевших рекрутов моей команды попятились еще дальше, лихорадочно расстреливая очередные стаи пиявок из верных «барракуд».
Я, разумеется, тоже стрелял. Но несоизмеримо больше полагался на силу и реакцию щупальцев серого грауса, двигающихся в водяной толще почти также стремительно, как на воздухе. А ведь функция «Мобильного якоря», облегчающая движение под водой, на лишенные скафандра щупальца не распространялась… И все же, силы и мощи когтистым отросткам хватало, чтоб играючи перехватывать разогнанные мощным хвостом верткие тела пиявок и рвать их десятками.
Чернильное облако крови убитых тварей снова стало застилать пространство вокруг меня. Спасаясь от чернильного марева, я стал перескакивать на чистые прозрачные места. Так я закружился вокруг ямы, оттягивая на себя основную массу вырывающихся из ямы паразитов и, по ходу, очищая от присосавшихся пиявок тела четырех невезучих друзей, потерявших сознание, и неотвратимо умирающих на дне безымянного озера.
— Ааа! Черт! Нет! — резанул по ушам смертный вопль Миха, у которого первого из троицы закончились игло-крюки в «барракуде».
Еще через десять секунд аналогичная неприятность приключилась с Сергеем.
Сыч против пиявок продержался дольше всех, на диво удачно отмахиваясь от шустрых, вертких гадин ножом. Но в итоге и на него у паразитов нашлась управа.
Меньше минуты понадобилось пиявкам, чтоб уничтожить семерых чересчур самоуверенных рекрутов.
У ямы я остался один — отчаянный мститель за погубленный деж.
Глава 6
Глава 6. Зеленый туман
Поток вырывающихся из песка пиявок заметно сократился. Запуганные щупальцами грауса, уцелевшие в резне паразиты теперь предпочитали держаться от меня подальше, в ближний бой практически никто уже не совался, и приходилось расстреливать пиявок игло-крюками на расстоянии. Работал с двух рук, благо «барракуд» с почти не расстрелянным боезапасом в наследство от павших на первых секундах схватки друзей вокруг ямы валялось с избытком, а отдача от иглострелов была очень слабая, практически не заметная.
Отстреляв в ударном темпе три «барракуды», включая свою, я разогнал все худо-бедно крупные стаи пиявок и, вооружившись последними двумя «барракудами» на третьей минуте действия функции грауса решился таки отправиться в логово глубинной матки.
Не знаю сколько пиявок я уничтожил за врямя отчаянной непрерывной бойни. Наверняка гораздо больше сотни. Но это достижение обернется прахом, как только глубинная матка выпустит второй выводок подводных паразитов. К тому времени действие моей убойной функции закончится, и рванувший со дна ямы вал пиявок растерзает меня за секунды. В итоге, поле боя останется за рухами, и павшие в безнадежном бою друзья вернутся в реал неотомщенными.
Пока действовала убойная функция, у меня были все шансы пробиться к матке и оставить возле нее активированный маяк.
Я прыгнул в заваленный разорванными трупами слизней песок ямы и, легко провалившись сквозь рыхлое водянистое дно, оказался где-то в глухой темноте.
Что-то длинное тут же попыталось ухватить меня за ногу, но щупальца грауса дружным ударом дюжины когтей мгновенно отразили атаку невидимого захватчика.
Внутри моего стеклянного шлемофона что-то тихо щелкнуло, и окружающая чернота озарилась зеленоватым свечением. Из загоревшегося перед глазами лога я понял, что в моем МГСП активировалась система «Ночного глаза».
Зеленоватая подсветка обозначила контуры достаточно длинного подземного тоннеля (прорытой маткой норы), уводящего, наверняка, к логову глубинной твари. Конец огромного щупальца, шлагбаумом преграждавший мне путь по тоннелю, красноречиво это подтверждал.
— Что ж так негостеприимно-то? — фыркнул я, и с двух руку ударил очередями игло-крюков по «шлагбауму».
Щупальцу-переростку разрывающие шкуру стальные колючки очень не понравились. Оно дернулось было приструнить обидчика, но в очередной раз напоровшись на яростный отпор дюжины когтистых щупальцев грауса, озадаченно попятилось.
Я рванул вдогонку, продолжая осыпать невежливого привратника градом игло-крюков, и буквально через полтора десятка метров следом за уползающим обидчиком ворвался в относительно просторную пещеру, с высотой потолка метра три. Добрую половину подземного логова занимало безобразное чудовище, со скрученным в гигантские кольца телом питона-переростка, из которого во все стороны, как ветки на дереве, торчали десятки щупальцев разнообразной длины и толщины, и с огромной, как шкаф, башкой насекомого, фасеточные глаза которого уставились на меня голодным взглядом матерого хищника.
Дальше все случилось очень быстро.
Со всех сторон ко мне одновременно рванули десятки щупалец глубинной матки. И даже серый граус оказался бессилен остановить разом все. Но пару секунд козырная функция выкружить для меня смогла.
Пока десятки щупалец противника столкнулись с моими серыми в отчаянном противостоянии, я успел, отбросив бесполезные против гиганта «барракуды», выхватить из закрепленных на левом бедре ножен длинный, чуть искривленный клинок, по рукоять вбить его в землю под ногами, и нажатием кнопки активировать-таки датчик наведения.
Прорвавшие защиту грауса щупальца матки мгновенно опутали мое тело и потащили к жадно распахнувшейся в предвкушении пасти.
Когда моя голова достигла рядов топоро-подобных хитиновых пластин, заменяющих твари зубы, и до неминуемой смерти остались считанные мгновенья, картинка вокруг меня вдруг застыла, и я словно оказался внутри поставленного на паузу фильма.