Жало 2 (СИ)

В подтверждение моих слов, из ведущих вниз ходов послышался отдаленный грохот «вастергов», тут же практически начисто перекрытый стуком многочисленный ног по земляному полу и многоголосым зловеще-шипящим кличем:
— Ссмерть имперццам!..
— Живо! Все в центр! Спина к спине и «рогачи» на изготовку! — скомандовал я.
Дважды повторять приказ не потребовалось. Даже едва стоящая на ногах, сильно потрепанная в недавней схватке Марина затребовала у меня запасную обойму к своему пустому «рогачу» и, наряду с остальными жалами, встала в защитное кольцо.
Мы едва успели построиться, как первая косматая многоногая тварь в высоком яростном прыжке вырвалась из бокового хода, но, не пролетев и пары метров, тут же грудой битого хитина рухнула на пол от меткого попадания сразу двух автоматных очередей.
Бойня началась…
  
Глава 39
 
Глава 39. Отчаянная мясорубка
Практически одновременно из всех пяти ходов в пещеру хлынули трейс-ткачи. И по волне атакующих тут же ударили тяжёлые пули захлёбывающихся огнём «рогачей».
Вокруг ходов стали быстро расти и шириться завалы из трупов восьминогих паукообразных рухов. С одной стороны, для набегающих во второй волне ткачей они становились естественной защитой от пуль, но, с другой стороны, быстро перемещаться среди этих нагромождений атакующим с каждой секундой становилось всё труднее.
Яростная атака трейс-ткачей грозила вот-вот захлебнуться.
Из-за узости ведущих в пещеру ходов, шестерым автоматчикам запросто удавалось сдерживать многократно превосходящие числом силы противника. Работающие наверху пулеметы, обещали скорый подход спасательной команды, которая расчистит для нас один из ходов и поможет выбраться из земляного мешка обратно под открытое небо.
Но едва забрезжил луч надежды, и он очень быстро оказался погашен вовремя сменившими проигрышную тактику рухами.
Для прочистки забитых трупами выходов в подземелье трейс-ткачи привлекли стерхов, которых паукообразные хозяева догадались использовать в качестве живых таранов.
Уж не знаю каким образом ткачи исхитрились затащить массивные, укрытые толстым панцирем тела стерхов в слишком узкие для них земляные норы ходов. Но факт остается факто — как-то это им удалось. И активно цепляясь за стены боковыми лапами и хвостом, и отталкиваясь клешнями от пола, «скорпионы» достаточно быстро смогли преодолеть тесный путь до конца и, притащив на боках в подземелье тонны земляной породы, стали друг за дружкой выбираться из ходов в пещеру, играючи разгребая на выходе завалы из тел погибших ткачей.
Поскольку двигались в норах стерхи задом наперед, от ударивших им на встречу автоматных очередей толку, поначалу, вышло немного. Тяжёлые пули наших «рогачей» бестолково рикошетили от толстой хвостовой брони «скорпионов», оставляя на последних лишь трещины и сколы. Чтоб не переводить попусту ограниченный боезапас, нам пришлось прекратить стрельбу и ждать, пока скованные земляной норой махины «скорпионов» полностью выберутся из нор и начнут разворачиваться для боя, тут же невольно подставив под пули уязвимые глаза и конечности на боках.
Но еще до того, как стерхи полностью вылезли и начали разворачиваться, в нашем подземелье наметилась еще одна непредсказуемая и крайне опасная проблема.
Сухой, как камень, земляной пол под нашими ногами вдруг ощутимо задрожал. Первые частые толчки землетрясения были очень слабыми и почти незаметными, но с каждой секундой они становились всё сильнее и сильнее. В конце же пол затрясло так, что со стен и потолка посыпались земляное крошево с камнями (несколько увесистых каменюк шарахнули и по нам, к счастью, наши шлемы и МБПП достойно выдержали эту неожиданную проверку на прочность), и сразу в трёх местах пол покрылся сетью трещин и стал обваливаться, образуя широкие бездонные ямы-провалы. Практически сразу же из ям показались уродливые безглазые морды крэчей — ещё одной разновидности не шибко умных, но по-собачьи преданных и очень трудолюбивых подручных рухов — эдаких слепунов-копателей, отдалённых родственников небезызвестных землянам термитов.
  
Эти существа, величиной с крупную собаку, стараниями которых и были возведены все подземные жилища рухов, в отличии от стерхов, были абсолютно не агрессивны и для нас угрозы не представляли, потому тратить на их ликвидацию последние пули не имело смысла. Огромные, как гранитные валуны, слегка приплюснутые головы крэчей, с мощными перепачканными землёй жвалами, слепо потыркались из стороны в сторону в обнаруженной пустоте подземелья и нырнули обратно в вырытые земляные колодцы… А через несколько секунд оттуда вдруг вырвалась шестёрка летунов (по паре из каждого провала в полу), и, отчаянно маневрируя под потолком в замкнутом пространстве пещеры, они попытались прорваться в центр пещеры и окатить нас кислотой.
Разумеется, мгновенно забыв о ворочающихся в норах силачах «скорпионах», мы дружно переключились на более опасных «стрекоз», и встретили летунов плотным заградительным огнем.
Словно дожидаясь этого отвлекающего моневра, стерхи дружно вырвали передние клешни из капканов земляных нор и беспрепятственно развернулись для атаки.
Нам же под потолком удалось подстрелить лишь пару летунов, остальные же, демонстрируя чудеса изворотливости, успели скрыться в освободившихся боковых норах.
Закрыв морды от пуль массивными клешнями, стерхи, как танки, поперли на нас с пяти сторон. А из нор за их спинами в подземелье беспрепятственно хлынули десятки жаждущих мести ткачей.
Воспользовавшись тем, что мы переместили огонь вниз на стерхов и ткачей, из нор обратно выпорхнули «стрекозы».
Вдруг оказалось, что рухи в пещере атакуют нас со всех сторон. Оставшейся в батареях МБПП и шлемов энергии едва хватало на поддержание фонарей, без света которых во мраке подземелья мы за считанные секунды стали б легкой добычей рухов. Из-за невозможности активировать защитный экран, каждому жалу пришлось самостоятельно уворачиваясь от сыплющихся сверху кислотных капель. Боевое построение дежа разрушилось, и слитный отряд в считанные мгновенья превратился в разрозненных бойцов, отчаянно мечущихся среди врагов в поисках спасения из безвыходной пещеры.
Обилие врагов вокруг, как это не покажется странным, какое-то время было нам даже на руку. Из-за опасения задеть кого-то из паукообразных хозяев, стерхи невольно сдерживали удары клешней и хвостового жала. Ткачи так же опасались швырять направо-налево паутину, из опасения заарканить и травмировать своего же сородича. И по той же причины летуны сдерживали сброс кислоты на окруженных ткачами имперцев.
Жала отчаянно отстреливались во всех направлениях, и кому-то в кольце врагов повезло продержаться довольно долго, а от кого-то удача отвернулась в первые же секунды, но конец для всех в итоге был один — не смотря на отчаянное сопротивление, жала Империи друг за дружкой превращались в облепленные паутиной мумии.
Внимание! Угроза жизни носителя! Обнаружено 58 враждебно настроенных объектов с уровнем агрессии 100 %. Носитель в зоне поражения 7 объектов! Принудительная активация функции Желтый граус.
Задействовано улучшение Дробный граус. Расчетное время до конца действия первой части функции Желтый граус : 2 минуты 30 секунд… 2 минуты 29 секунд… 2 минуты 28 секунд…
Симбиоз носителя с Желтым граусом 100 %.
Зеленый граус +0,43 %.
Внимание! Функцией Желтый граус активирован режим веерной защиты. Блокирован физический урон 312 единиц.
Здоровье 610 (0)
Внимание!..
Пока, уворачиваясь от ткачей, я метался, как прочие жала распавшегося дежа, по пещере и отчаянно садил очередь за очередью из «рогача», метя в преследователя — юркого, как юла, летуна, задавшегося целью окатить именно меня своей гребаной кислотой из хвостового пузыря, самостоятельно активизировавшая функция оснастила меня шикарным набором желтых, как лимон, щупалец, оказавшихся заметно длиннее и толще предыдущих серых порождений Личинки грауса.