Шаг в темноту... (СИ)

Черная пленка жадно поглотила ауру, покрыв ее всю. Поток молний мгновенно оборвался. Рухнул и барьер, закрывавший астральную тварь. Оборвался канал маны, широким потоком текущей из разлома.
«Печать Безмолвия легла как надо. Секунд на пятнадцать он обезоружен»
Тем временем кристаллы с заключенными в них душами, что разлетелись по площади после кинетической волны, поочередно воспаряли и неслись к демонологу, прячась у него за спиной.
Сама искаженная аура Ан’карата не пострадала, сохраняя предельную сопротивляемость, благодаря все так же хранящемуся в ней огромному запасу маны. Равно как и само создание продолжало парить в воздухе, не утратив природной способности.
«Не хотелось, но придется подпортить душу» - Перспектива не устраивала чаротворца, но иного выхода он не видел. В других условиях, исключительно интереса ради, он бы попробовал померяться силами с противников в Метаморфозе, но сейчас мог и не выдержать напряжения.
Рука Тирисфаля легла на книгу, висевшую на поясе, передавая внутрь ману, конвертированную из целой души мага.
Под созданием астрала вспыхнул сложный магический круг. Из четырех точек вырвались цепи и обвились вокруг щупалец, надежно зафиксировав жертву.
Вниз, по звеньям к рисунку, потек насыщенно синий туман. Концентрированная мана с крошечными вкраплениями белой энергии. Насильно отнимая магическую силу, ритуал Иссушения Ауры вредил объекту своего воздействия.
Существо, конечно же, пыталось сопротивляться. Свободные щупальца неистово хлестали по звеньям, сами себе нанося повреждения. Крики боли разносились над площадью.
Пространство прочертила лиловая комета, с поразительной точностью угодив прямиком в голову, отбросив ее назад и оставив метку. Тут же в нее потоком по три штуки в ряд полетели Чародейские Стрелы. Это заклинание колдун узнал легко. Сам когда-то пользовался.
Постепенно аура обрастала все большим количеством язв, сквозь которые наружу истекала мана, ослабляя пассивное сопротивление и уменьшая общие возможности врага. Внутрь же лихо просачивался мрак, сохранившийся после самой первой атаки. К тому моменту его оставалось уже совсем не много. Большая часть развеялась, пытаясь пробиться сначала сквозь барьер, а следом – ауру.
Видя, что Печать Безмолвия вот-вот рассеется, маг оборвал ритуал, направив левую длань на изрядно потрёпанного противника. Мелькнули символы и Тьма, оставшаяся снаружи и прибившаяся за заслон, обернулась черным пламенем. Оно не вредило ни плоти, ни душе, но с еще большей жадностью накинулось на ману, стремительно сокращая ее объем, за счет чего разгоралось все яростнее.
Заклинания Террона, основанные на чистой Тайной Магии, почти не оказывали эффекта, ослабляясь не только аурой существа, но и Пламенем Тьмы. В итоге плоть почти не несла урона. Однако чернокнижник отнюдь не собирался предупреждать союзника. Старания арила шли ему на руку.
Печать, не позволявшая Ан’карату применять магию, развеялась. Создание мгновенно возвело вокруг себя барьер. От разлома протянулся яркий поток маны, хлынув в истерзанную ауру.
Безликая маска заскрежетала, образуя чудовищный оскал.
Прогремел взрыв. Внутреннее пространство щита заполнили жадные языки черного огня, за несколько секунд пожрав его изнутри. Однако ни ударная волна, ни пламя, не добрались до находившихся снаружи.
Мановением руки погасив все затухающие очаги, демонолог обнажил своего врага. Пять из восьми щупалец оказались оторваны и из обрубков наружу сочилась ярко-лиловая, чуть светящаяся, кровь. Многие кости в теле оказались раздроблены. Глаза отсутствовали. Сильно пострадали и органы.
Но порождение астрала продолжало жить. Это Тирисфаль видел ясно. Ни жизненная энергия, ни Искра, не спешили покидать тело.
- Стоять! – Окриком остановив кинувшихся вперед Волков, мужчина сам двинулся к жертве. – Он мой.
Склонившись над поверженным, маг, со знанием дела, вонзил острейший коготь в плоть, попав аккурат между позвонков. Скрупулезно отделив голову от туловища, он отложил ее в сторону. Часть связей души и плоти оказалась нарушена. Теперь колдун вполне мог насильно извлечь Искру, но не собирался этого делать. Подобный подход вредил трофеям. А он не хотел, чтобы столь ценная добыча утратила в качестве. Потому, перевернув тело на спину, заранее запустив процесс формирования склянок на поясе, приступил к вскрытию грудины.
 
Постепенно, аккуратно и не спешно разбирая Ан’карата на составляющие, чернокнижник все больше прирастал в различных ингредиентах. Наконец, утратив последние крепкие связи после извлечения сердца, душа самостоятельно разорвала оставшиеся, отделившись от останков.
Мгновенно перехватив ее, небрежно бросив орган обратно во вскрытую грудь, чаротворец вцепился в добычу обеими руками, еле удерживая. Сцепив от напряжения зубы, он набросил на Искру заклинание кристаллизации, вложив в него приличное количество маны.
Усталость до того брала верх над всем остальным, что демонолог почти не чувствовал потустороннего голода, спокойно наблюдая за процессом консервации.
По завершению, он спрятал друзу, размером малость больше собственной головы, в бездонную сумку, испытывая неподдельное удовлетворение.
- Это… было ново для меня.
Взглянув в сторону, Тирисфаль только тогда заметил, что понаблюдать за его делами собрались все воины, во главе с главой поселения.
- Что именно? – Задав вопрос, он начал поочередно складывать в сумку и органы. Внутри нее их порча замедлялась, что было весьма на руку.
- Никогда не доводилось видеть приверженцев школы Тьмы в бою. – Поделился Террон. – Могу сказать, что вам впервые довелось столкнуться с Ан’каратом, но вы быстро адаптировались. Последнее заклинание оказалось весьма удачным. – Он кивнул на останки.
- Немного смекалки и коварства. – Маг усмехнулся. – Часто открываются разломы? Хотелось бы собрать побольше материала для исследований.
- Кровавое солнце восходит редко. Примерно раз в пол столетия. Порой чаще или реже.
- Как долго длится это явление? – Закончив с внутренностями, колдун деловито приступил к сбору крови, вручную наполняя сотворенные пузатые колбы. Телекинез не годился при взаимодействии с волшебными материалами. Мог испортить.
- День или два. Всегда по-разному.
- И все это время будут нападать разные твари?
- Не обязательно. Обычно, это происходит сразу, после появления разлома, а дальнейшие появления порождений астрала – исключительны.
- Почему бы просто не закрыть его?
- Дом, отвечавший за направленное постижение магии пространства, был полностью истреблен эльфами во время Великой Войны. Их секреты и умения утрачены для Империи.
- Другими словами, остается только сдерживать нападения? – Чернокнижник поднял взгляд.
- Все так, аллур. Разлом сам закроется, когда схлынет аномалия.
- Вот уж… не похоже на аномалию. Скорее кем-то учиненное систематическое явление.
- То мне не ведомо. – Член дома Ал’Тир пожал плечами.
- Кстати, могу просыпать соль на раны Империи. – Чаротворец громко усмехнулся, вернувшись к прежнему занятию. – Демоны окопались на болотах, у самого магического источника.
- Это… скверно. – Арил скривился, как от сильной зубной боли. – Нужно послать об этом сообщение.
- К слову, я учинил им небольшое побоище. Десятка три убил. Что там происходит у самого источника – не знаю, туда пробиться не успел. Пару трупов с собой приволок.
- Это весьма кстати. Могу я их позаимствовать у вас?
- Для того и брал.
- Благодарю. – Лицо Террона чуточку просветлело. – Так нам будет проще понять, какому из властителей принадлежат лазутчики.
Не увидев, но почувствовав волнение в и без того хаотичных магических потоках, к чему не остались глухи даже Волки, демонолог вскинул голову и осмотрелся, поднимаясь на ноги.
Стекаясь отовсюду, словно направленная чьими-то незримыми руками, мана формировалась в коконы, примерно человеческого размера. Они возникали по всему поселку, особенно концентрируясь на многострадальной центральной площади. И их насчитывались десятки.