Они должны умереть. Такова любовь. Нерешительный
— А я протрезвел, — и в этот момент до него дошло, что это было действительно так.
— Отлично, — произнес Луис. — Ну и как выглядит мир?
— Мерзко. — Он отшвырнул стул к стойке. — У меня болит голова. Здесь довольно скверный район, не так ли?
— Все зависит от того, как ты на него посмотришь, — ответил Зип. — Лично мне здесь нравится.
— Неужели?
— Это место, где я живу. И если я здесь — все кругом поет.
— Ну и что же все поют? — поинтересовался Джефф. Вдруг в его голове пронеслось: «Почему он завел разговор с незнакомыми людьми и почему так сильно напился вечером?»
— Все поют рок-н-ролл, — ответил Луис.
— Старик во всем знает толк. Он разбирается…
Зип замолчал. Устремив взгляд на улицу, он вдруг весь напрягся.
— Что там такое? — спросил Джефф.
— Полиция, — стараясь сохранить спокойствие, произнес Зип. *
Полиция, о которой он говорил, была представлена в лице детектива Энди Паркера, шагающего по улице чинно, с высокомерным безразличием ко всем окружающим. В уголке губ у него небрежно болталась сигарета. На мир он смотрел так, как смотрит лодырь, не имеющий ни копейки за душой, но зато крепко выспавшийся у одного из дверных проемов. Его яркая гавайская рубашка была помята и забрызгана кофейными пятнами. Лениво почесывая свою грудь, он зорко следил за всем происходящим.
— Единственно, кому я привык подчиняться, так это береговому патрулю. — Потеснив Зипа, стоявшего у окна, Джефф поставил чашку на стойку и попросил налить еще кофе. Хотел усмехнуться, но сморщился от боли. — Ох, голова болит даже тогда, когда улыбаюсь.
У дверей уже стоял Энди Паркер и, помахав Луису рукой, крикнул:
— Que pase, maricon[6]?
— Привет, Энди, — улыбнулся Луис. — Хочешь кофе?
— Не откажусь, — ответил Паркер. — Только погорячей. — Он вошел в кафе и сел рядом с Джеффом. Остановив взгляд на Луисе, Паркер обратился к Зипу — С каких это пор ты начал заниматься контрабандой?
— Я зашел сюда, чтобы выпить чашку кофе, — произнес Зип. — Разве это запрещено, лейтенант?
— Я не лейтенант, и не слишком огорчаюсь по этому поводу.
— А я думал, вас произвели в капитаны после той драки, которую вы разняли в Гровер-парке.
— Послушай, щенок…
— Это детектив Энди Паркер, — просвятил моряка Зип. — Он слывет здесь за самого сурового полицейского. Бесстрашного. Всего лишь за два цента он арестовал свою собственную бабку. — Он улыбнулся и тотчас перед Джеффом предстал образ Зипа — белозубого, с обезоруживающей улыбкой, которая давала ему право на успех.
Его улыбка излучала столько энергии, что на нее невозможно было’ не ответить. Даже Паркер не' мог устоять перед ней и улыбнулся в ответ.
— За два цента я вас всех приведу в чувство, — ответил он, но в его словах не слышалось угрозы — обезоруженная улыбкой, она была пустым звуком.
— Видишь? — не унимался Зип. — Могу поспорить, здесь он готов пришить всех малолеток.
— Давай, давай, продолжай в том же духе. — И опять в его голосе не слышалось угрозы, улыбка, как и раньше, обезоружила его. Переключив внимание на моряка, он внимательно посмотрел на него. — Что ты здесь делаешь?
— То же самое, что этот парень. Пью кофе, — ответил Джефф.
— Начнем все сначала, — устало произнес Паркер. — Что ты здесь делаешь?
— Я это уже слышал, — ответил Джефф.
— Тогда отвечай мне прямо.
— А здесь что, запретная зона?
— Нет, но…
— Тогда оставьте меня в покое.
Паркер молча взглянул на него, затем произнес:
— Очень остроумно.
— Очень, — подтвердил моряк.
— Энди, он немного пьян, — вставил Луис, протянув руки. — Так что здесь нет ничего…
— Не встревай, Луис, — перебил его Паркер.
— Я уже протрезвел, Луис. Спасибо.
— Я спрашиваю тебя.
— Ради бога, — произнес Джефф. — Я здесь для того, чтобы проведать больную бабушку.
Зип разразился смехом, но, когда Паркер холодно взглянул на него, быстро умолк и пожал плечами. Он вновь повернулся к моряку.
— Как ее зовут? — спросил он.
— Вы меня уже утомили. Я называю ее просто бабуся.
— С какого ты корабля?
— Какое это имеет значение?
— Я тебя спрашиваю. -
— Почему я должен отвечать? А' вдруг вы русский шпион?
— Вы все мните о себе, что очень умны. Приходите на мой участок и позволяете ребе черт знает что.
— Кому нужен этот участок? Я просто пью кофе и больше ничего.
— А вот и твой кофе, Энди, — попытался примирить их Луис. — Выпей, пока он еще не остыл.
Паркер взял чашку:
— Тебе известно, сколько всего вас сюда заброшено?
— Сколько? — спросил Джефф.
— Лейтенант, этого моряка никто никуда не забрасывал. Он вообще-то находится под моей протекцией.
— Не советую тебе его защищать. Итак, что ты здесь вынюхиваешь?
— Я уже сказал, — Джефф был явно раздражен. — Бабуля.
— Ты у кого-нибудь на хвосте?
— Что? Между прочим, вы уже размениваетесь по мелочам.
— Моряк, не…
— Вы хотите сказать, что я могу совершить какое-то ужасное преступление на вашем чудесно-милом образцовом участке, за который вы так трясетесь?
— Моряк, я хочу поговорить с тобой по-дружески. Сматывайся отсюда, пока не поздно. Луис, разве я не прав?
Пуэрториканец пожал плечами:
— Я посоветовал ему то же самое, Энди.
Паркер кивнул:
— Послушай, Луис живет здесь уже давно. Он знает эту местность как свои пять пальцев. Луис, ты все ему рассказал?
— Да, да.
— Кто тебя здесь интересует? Такие парни, как Пепе Мирандо?
— Si, есть здесь один такой, — подтвердил Луис.
— Что ты имеешь против Пепе? — спросил Зип. — Вчера он заставил ваших ребят дрожать, как паршивых овец. — Усмехнувшись, продолжал — Сколько полицейских всего попалось в его засаду? Четыре? Пять? Господи, как он заставил вас понервничать! — Повернувшись к моряку, продолжал — Они вошли в квартиру и уже через какие-то десять секунд сдали ему оружие, а он был таков. Им крупно повезло, что он не подстрелил их всех ради удовольствия.
— Каков герой! — произнес Паркер. — Он нарушил закон, а ты… .
— А я ничего. Мне только кажется, что вы, детективы, величайшие мастера своего дела, должны были его уже давно поймать, вот и все. — Разве я не прав?
— Мы поймаем его, если он опять вернется сюда, — ответил Паркер.
— Он вернулся! — спросил Зип, наклоняясь вперед.
— Может быть, — ответил Паркер.
— Без дураков?
Паркер пожал плечами.
— Он здесь? Вы меня не обманываете?
— Тебе, случайно, не известно, где он находится?
— Я? Что вы, лейтенант. Если бы я что-то и знал, то непременно рассказал. К сожалению, меня эти игры не интересуют.
— А ты, Луис, что скажешь? — желая застать его врасплох, Паркер резко повернулся к стойке.
— Я все это слышу впервые от тебя, Энди. С какой стати он должен вернуться? По-моему, он и так наделал здесь слишком много шума.
— Кто такой Пепе Мирандо? — спросил Джефф.
— Пепе Мирандо — это тридцатипятилетняя мразь. Я прав, Луис?
— Он мразь только потому, что вам не удается его поймать, — произнес Зип.
— Нет, нет, Энди прав, — сказал Луис. — Мирандо — отвратительный человек. Это подонок.
— Мы хорошо' уживаемся с Луисом, — произнес Паркер. — Понимаем друг друга с полуслова. Он живет здесь так же давно, как и я, и мне никогда не приходилось видеть, чтобы он хоть раз плюнул на тротуар. — Паркер засмеялся.
— Он знает, что, если это сделает, я сразу же отволоку его в полицейский участок, верно, Луис?
— Абсолютно верно, — ответил тот, не обижаясь на шутку. .
— Что же вы не отволокете Мирандо в полицейский участок, лейтенант? — вкрадчиво спросил Зип.
— Не торопи время, он от нас никуда не уйдет. И перестань называть меня лейтенантом. Заруби себе на носу — он шагает навстречу своей гибели. В случае, если подросток значится как «н. п.», если ему нет четырнадцати лет… .
— Как это? — переспросил Джефф.