Темный Охотник (СИ)
И я бы поставил её прямо сейчас. Вот только это не такой быстрый процесс, сопровождающийся, к тому же, энергетическими всплесками. Мне нужно такое место, где ни я никого не побеспокою, ни меня. А пока — перстень лучше убрать. Вплоть до полевой практики он на занятиях не нужен, да и развлекаться вполне можно без него.
— Артём⁉ — крикливым шёпотом предъявил мне Веневитин.
А я как ни в чём не бывало подсел к нему с полным подносом всякой завтрачной вкусноты. Взял себе несколько пашотов, горку зелёного консервированного горошка и пяток сосисок. И это только первый подход. Во второй нападу на хашбрауны и бекон.
После зачистки трёх разломов жрать хотелось просто безумно.
— Ты где был всю ночь⁉
— Егор, это всё же личное, — я поднял бровь, наколол и куснул сосиску.
Ах-ха-ха! Как тебе такое, принцесска⁉ Узнаёшь свои же слова⁉
— Опять на рыбалке⁉
— Нет, не угадал.
— Артём, — Егор выпучил глаза, — нельзя так вот запросто пропадать ночью из казармы! А если бы я тревогу поднял⁉
— Господин Веневитин, если мне понадобятся ваши советы, я непременно к вам обращусь.
— Ладно, — Егор угрюмо уставился в тарелку.
— Ах-ха-ха! Да я угораю, — я толкнул Веневитина в плечо. — Просто решил встать пораньше и сгонять на такси в город. Прикупил кое-каких продуктов на вечер.
— На вечер?
— Ага, — кивнул я. — И ты, кстати, готовься.
— К чему? — Егор повеселел.
— Сегодня будет весело. После тренажёрки сразу же идём к нам в комнату. Чуть выпиваем, чуть закусываем, а потом едем в кабаре. Я уже договорился с парочкой симпатичных ацтечек о двойном свидании.
— Э-э-э… Свидании? — Егор произнёс слово «свидание» так, будто речь шла о комке волос из сливного отверстия.
— Ну да, — подтвердил я. — Свидание. Пляски, коктейли, пёх без обязательств и по домам. Именно так и должны жить егеря, Веневитин. Вот она, жизнь!
— Я, наверное, не смогу.
— Чего⁉ — я аж горошек с вилки растерял. — С какого-такого⁉
— Я уже договорился на сегодня с Мией. Мы хотели погулять.
— Опять погулять? — я тяжело вздохнул. — Веневитин, давай честно. Молодость пройдёт так быстро, что ты и глазом моргнуть не успеешь. И я категорически против, чтобы ты просрал её на прогулки под луной и… эээ… девострадания.
— Но Мия…
— Прекрасная девушка, я уверен. Прекрасная девушка для создания семьи. Ты хочешь семью прямо сейчас?
— Ну…
— Веневи-и-и-и-ти-и-ин! — пропел я. — Не бросай своего боевого товарища один на один с этими знойными похотливыми ацтечками! Не поступай так, Веневи-и-и-и-ти-и-ин! Перенеси свою встречу с Мией на завтра, а сегодня…
— Нет, Артём! — Егорка встал из-за стола. — Я сказал «нет»! — и очень-очень строго зашагал прочь.
У-у-у, зараза какая неврастеническая. Ну да ладно. Сам не знает, от чего отказывается. А уж компанию я найду, тут сомневаться не приходится.
Так.
Так-так-так.
Я оглядел соседние столики в поисках знакомых лиц. Кто же из этих достопочтенных господ будет удостоен чести выжрать немножечко водочки с Артёмом Черновым? Хм-м-м…
Орёл Нецали? Не, с этим будет лучше закорешиться в бою.
Юрген и Стефан? Хм-м-м… Может быть, но не сегодня. Эти раны ещё слишком свежие. Шрамы не затянулись и всякое такое. Наверняка у Юрца остались неприятные впечатления от совместного распития и он не возгорит желанием, а отказываться будет как-то неприлично, и вместо угара мы получим что? Правильно, неловкие молчаливые посиделки. Так что нет. Никому это не нужно. Хм-м-м… кто ещё?
Родригес? Не. С преподами ещё рано так себя вести.
Жихарев?
О!
Ну точно же, Жихарев!
Я взял свой поднос и направился к столику, за которым сидел очень и очень задумчивый Евген Егвеныч. Сейчас он сдвинул панаму на затылок и хмурился в планшет. Ах, чёрт. Похоже, весточка о закрытых разломах уже долетела до руководящего состава базы.
— Можно? — спросил я, указывая на пустой стул.
— А? Что? Чернов? Да-да, садись, конечно…
— Что-то не так? — спросил я, разместившись за столом. — Вы какой-то мрачный.
— Да так… Рабочий момент… Не бери в голову, Артём. Всё нормально.
— Угу, — сказал я и опять куснул сосиску.
Завтрак уже почти заканчивался. Столовские работники вышли в зал собирать грязную посуду, а еду с пяти раздаточных линий скомпоновали в две. Мне бы сейчас поспешить, чтобы успеть ещё на один подход.
Ну… Что ж… Тогда не буду тянуть.
— Евгений Евгеньевич, — сказал я. — Вы только, пожалуйста, воспримите вопрос адекватно. Я к вам со всем уважением и без намёка на…
— К делу, Чернов.
— Егвений Евгеньевич, вы водку — любите?
Жихарев просветлел лицом, поднял глаза от планшета и коротко ответил:
— Люблю…
Глава 11
Изель
— Евгений Евгеньевич, вы водку — любите?
Жихарев просветлел лицом, поднял глаза от планшета и коротко ответил:
— Люблю…
— Тогда предлагаю часиков в шесть отметить начало учёбы, удачную рыбалку, знакомство… — я поймал насторожённый взгляд, — чуть-чуть, для разогрева, потому что вечером в кабаре нас будут ждать две цыпочки, и с ними ещё коктейли пить… а дальше как пойдёт. Вот.
Евгений Евгеньевич внимательно слушал мой план, улыбаясь сперва недоверчиво, а потом всё шире и шире.
— Вот! — повторил он за мной. — Вот с первого взгляда в тебе не ошибся, Чернов! Свой человек!
Мы поржали, я добрал себе вторую тарелку завтрака, доел и побежал в соседний корпус на «анатомию разломных тварей».
По дороге отдал белкам приказ — кинуть две бутылки на лёд. «Чтобы к вечеру у меня была густая тягучая водчелла!»
У нас в комнате холодильник имелся. И даже два. Это был гостиничный вариант — крохотная камера, вмонтированная в нижний ящик прикроватной тумбочки. В таких ещё держат мини-бар.
«Буит зделана» — ответил Чип.
И вот тут у меня два варианта. Либо пушистый говнюк рисуется и заглаживает свой утренний косяк с газировкой, либо же я чего-то не знаю. Не знаю, но подозреваю. Может статься так, что Чип сам не дурак выпить, и рассчитывает присоединиться к застолью.
Хм-м-м… А белки вообще пьют?
Пожалуй, надо бы задать этот вопрос преподу по анатомии разломных тварей.
Нетрудно догадаться, что кабинет по этому предмету находился там же, где и лазарет. Преподавателем оказалось очкастое юное дарование из США с ирландскими корнями, господин Шелдон Мёрфи.
Реально, очень юное для своего статуса. Мёрфи едва разменял четвёртый десяток, а уже имел хренову гору научных степеней и даже выиграл какой-то исследовательский грант. Высокий, бледный, чем-то несильно похожий на Веневитина. А может быть и сильно, за маской не разглядеть…
В Арапахо он как раз с какими-то исследованиями. Всё это он нам изложил с гордо поднятой головой в качестве приветствия.
Да, преподаватель встретил нас уже в хирургическом одеянии. Маска, шапочка, халат, перчатки по локоть и фонарик на лбу.
— Среди вас есть кто-нибудь, кто не переносит вида крови? — спросил Мёрфи, а когда по аудитории поползли смешки, сперва недоумённо обвёл всех взглядом, а потом вдруг хлопнул себя по лбу, едва не своротив фонарик. — Простите, я на базе всего месяц. Никак не привыкну, что мои студенты егеря, и вам это всё, должно быть, привычно.
Преподаватель поиграл бровями, поправляя фонарик, оттянул и щёлкнул правой перчаткой.
— Что ж, тогда теория отменяется! — радостно провозгласил Мёрфи. — У нас будет больше времени для практики! Проследуйте за мной в операционную.
Никогда таких операционных не видел. Прям как будто камерный зал в театре. Три ряда стульчиков по десять в ряд, и каждый следующий ряд выше предыдущего, так чтобы всем было хорошо видно.
По центру — стол, над ним — люстра, или как это у хирургов называется. В общем, светильник.
А на столе — мёртвая разломная хреновина.
Зверюга явно была дальним родичем носорога, вот только поменьше размером и странного чёрно-жёлтого окраса. Не природного чёрно-жёлтого, а блестящего; прямо вот как будто глянцевого.