Дождись меня в нашем саду
И Войчеха тоже. Он тоже ушёл. Ей теперь и о нём молиться.
«Мы встретимся в этом твоём саду после смерти?»
Никогда. Уже никогда.
Войчех, рождённый от королевы Венцеславы, Белый Ворон, воспитанный слугой Мораны, человек, который убил родителей Велги, не мог ступить в сад, где её ждали те, кого она любила. Те, кто любил её.
Теперь он будет вечно вдали от неё, а она от него.
Они не встретятся уже никогда. Никогда.
Велга прислушалась, изо всех сил пытаясь разобрать голоса в ветре, но как ни желала, не смогла услышать ни слова. Было ещё слишком рано.
– Смотри. – Голос Хотьжера вырвал её из мыслей.
Он смотрел куда-то себе под ноги, наклонился, раздвигая траву. Мишка тут же сунул свой нос, видимо надеясь, что там будет еда.
– Ростки, – произнесла Велга. – Хотьжер, это же ростки пробились!
– Это яблоня?
– Да. Будет новый сад. – На губах её зародилась неуверенная улыбка. И Велга наконец заплакала. Не так горько, не так безутешно, как прежде.
Но хоть кто-нибудь должен был оплакать Войчеха. Хоть кто-нибудь должен был помнить его настоящее имя.
Хотя, пожалуй, теперь о нём будут плакать сотни прекрасных дев по всей Ратиславии и Рдзении – везде, где могли услышать песню Вадзима. Девушки будут вздыхать, восхищаясь храбростью Войчеха и красотой Велги. Они будут мечтать, чтобы однажды их тоже похитило чудище. Они прольют слёзы, почти искренние, почти настоящие, по тому, кого звали Белым Вороном.
Но только Велга могла оплакать Войчеха.
Она опустилась прямо на землю, прижала колени к груди. Мишка нырнул в траву, словно в воду, Белка побежала следом. Они быстро потерялись в зарослях, и слышно стало только их весёлую возню.
Хотьжер подумал и тоже присел.
– Всё хорошо?
– Я просто… – Губы пересохли, сколько бы Велга их ни облизывала. – Просто я устала. Слишком много людей. Хочется тишины.
Он кивнул.
– Пожалуй, сейчас не время, но я всё же спрошу…
Голос его вдруг дрогнул, и Велга вскинула на него взволнованный взгляд:
– Нет.
– Что? Велга, ты же не знаешь, о чём я хочу спросить… пожалуйста, выслушай.
– Знаю. – Она села на колени, приблизилась к нему, прошептала едва слышно: – И я не могу сказать «да», не сейчас.
Это было правильно: сказать ему «да».
– Велга…
– Пожалуйста, спроси меня ещё раз весной.
– Что?
– Сейчас я не могу согласиться. Я похоронила родителей. Я велела казнить собственного мужа. На моих руках кровь, а на душе скорбь. Мне нужно время, чтобы снова стать собой. Возможно, какой-то немного другой, такой, которая тебе и не понравится.
– Что ты, как ты можешь мне не…
– Весной, – повторила мягко Велга. – Пожалуйста, задай свой вопрос снова весной, если не передумаешь. Тогда я буду знать, что тебе сказать. А ты, может, поймёшь, нужен ли тебе вообще мой ответ.
Велга научилась обманывать тех, кто ей доверял. Ей предостояло теперь научиться и оправдывать чужое доверие. И верить собственному сердцу – тоже.
В тёмных глазах Хотьжера отразилось понимание. Он молча кивнул и поднялся, сделал шаг в сторону, пропуская её вперёд по тропе.
Велга тоже встала, отряхнула платье от травы, оглянулась на сад. Мишка наконец отстал от мартышки и, виляя хвостом, побежал следом за хозяйкой. Он остановился у её ног, слегка прижавшись боком, и закрутил головой по сторонам.
За полысевшими деревьями стал виден соседний берег. Велга разглядела, как возводили леса вокруг нового дворца.
Вдвоём с Мишкой они пошли дальше. Чуть позади проследовал Хотьжер.
Дорога ложилась под ноги легко, и больше не тянуло назад.
Что-то закончилось. Что-то началосьКОНЕЦБлагодарности
Спасибо моей семье.
Эта история – о моей любви и верности вам.
Спасибо клубу «Медный лис», который научил меня
пить, курить и ругаться матом,спать под открытым небом у костра и носить эту вашу непонятную реконскую одежду двенадцатого века. Благодаря вам я лучше поняла, как жили бы мои персонажи.Спасибо Лидии Магоновой, иллюстратору этой дилогии, которая идеально воплощала мои идеи и дополняла их.
Спасибо моим читателям, которые пришли в Золотые земли и решили остаться. Мы проходим этот путь все вместе.
