Дождись меня в нашем саду

Но договорить она не успела.
Там, в служебных комнатах, что граничили со входом в подземелье, разнеслись крики. Они множились, разлетались эхом, обращались в один пронзительный безостановочный вопль. А потом всё затихло.
И все во дворе замерли, предвкушая, ожидая.
Белый почувствовал духов раньше, чем кто-либо успел их увидеть.
Это были золотые мельтешащие огоньки, что вынырнули из тьмы подземелий. В одно мгновение они превратились в метущиеся тени, в следующее – их когти и зубы вырвали чей-то предсмертный крик, и только потом они показались на площади.
– Создатель! – ахнул кто-то.
А твари всё вылезали и вылезали из проходов. Они шипели, сипели. Лапы, клыки, глаза, когти – одно непонятное, огромное, словно волна, существо затопило двор.
Белый только однажды убивал нечисть у Змаева ока, когда столкнулся с русалками. Но те походили на людей. Эти – на ходячих озлобленных рыб.
Но любимый нож резал всех одинаково.
Твари кинулись на людей. Они сметали всех, словно волна. Облепляли, валили на землю. И сторонились, точно чуя опасность, Охотников. Белый ушёл в сторону. Он налетал со спины, резал глотки. Шеи у них были толстые, рыбьи, зато позвоночники тонкие, хрупкие.
Кровь полилась чёрная, смердящая рыбой. Она залила рукава, проела стёганку. И Белый выругался на чём свет стоит. Тратиться ещё и на стёганку он был не готов. А всё потому, что он забыл запереть грёбаную дверь!
– …рыть…рота! – раздался невнятный возглас, но пропал, пожранный шипением тварей. – Закрыть ворота! Не пускать в город!
Со скрежетом начали опускаться ворота, и гости, что не успели сбежать, закричали ещё громче. Безумие. Во дворе замка царило совершенное безумие.
И смерть. Она воняла рыбой, и от неё тошнило. Белый наступил в чью-то рвоту, скривился. У него и самого к горлу подступил ком.
А кто-то прямо перед ним упал на колени, не в силах сдержать позывы, и утопленники тут же облепили его со всех сторон. Белый прирезал двух из них, отбросил в сторону, но их место тут же заняли другие.
Он продвигался по кругу, не останавливаясь ни на мгновение, не задерживаясь ни в одном месте, лишь бы скорее пробраться к крыльцу. Туда, где остались королевские стражники, туда, где почти не осталось мужчин.
Каменья в короне Венцеславы переливались так ярко, что даже краем глаза было их заметно. И Белый следил, чтобы эти отблески оставались слева, чтобы шаг за шагом, удар за ударом они приближались.
Он пришёл вовремя.
Один из стражников пропал. Второй лежал на нижних ступенях крыльца, сверху на нём, глодая плоть, точно два огромных комара, сидели два утопца.
Королева и её свита пятились к дверям.
Почему они не уходили? Почему не скрылись? Ради чего эта глупая показуха? Две знатные мёртвые бабы – это всего лишь две мёртвые бабы. Короны и шёлк не сделают их краше.
– Прячьтесь! – выкрикнул Белый.
Но его голос потонул в визгливом рёве утопцев.
Они были везде. Напирали из подземелий, лезли на стены, в окна, грызли тех, кто не успел выбежать за ворота.
– Прячьтесь, курицы!
С ними остался только седовласый старик. Коренастый, невысокий. Злой как бес.
Белый перескочил на ступени и впервые с того мига, как утопцы появились на площади, встал к ним лицом, загородив собой королеву и Буривой.
И это было ошибкой.
Твари напрыгнули ловко, точно кошки, повалили наземь. Нож застрял между рёбрами одного из них.
Острые клыки впились в плечо. Белый закричал. Ногами он попытался оттолкнуть тварь. Куда там! Она вонзила когти, прижала к земле. И Белый тоже схватился за её шею.
Они покатились по ступеням вниз, сбили кого-то с ног. Всё смешалось. Белый сжал зубы, сдавил пальцы. И позвоночник в его руках хрустнул.
Но тут же вместо неё оказалась другая тварь. Шустрее, сильнее, тяжелее. Она повалила его на спину, укусила. В ответ он зубами впился ей в ухо. В рот брызнула чёрная кровь. А сверху кто-то вдруг залупил руками по твари. Рядом мелькнул яркий подол. Но что твари до чужих кулаков? Тогда Белый зубами перегрыз ей шею. И никогда, никогда прежде он не ненавидел рыбу так сильно, как в этот момент.
 
Белый отбросил тварь в сторону, сбил её тушей другую, вцепившуюся в старика.
Он пришёл в себя посреди лужи чёрной крови.
– Что ты творишь, ублюдок?!
Во рту скопилась горькая желчь. Хорошо, если не ядовитая.
Он выплюнул шматок гнилой плоти прямо под ноги Велги Буривой, и на её шёлковый подол брызнула чёрная кровь. Она даже не дёрнулась.
– Убиваю монстров…
С грохотом распахнулись двери башен. Во двор выбежали десятки мужчин в серых плащах.
Пришли Охотники.
  
Глава 3
 
 
С правой, со восточной стороны,
 
летят три врана, три братеника,
 
несут трои золоты ключи,
 
трои золоты замки.
 
Заговор от поруба
 
– Ваше величество…
Велга словно сквозь оконную слюду увидела королеву и мужчину рядом.
– Уходи… не время…
– Я должна оставаться примером…
– Не время. Показала уже пример. – Он схватил Венцеславу под локоть совсем без почитания, как простую женщину. – Теперь уходи.
И королева сдалась. Оглянувшись на двор, на тварей Нави, на Охотников, она развернулась к дверям.
– Укроемся в замке, – произнесла она холодно.
Тяжёлые двери закрылись за ними. Внутри столпились королевские гости. Мелькали одно за другим перекошенные от ужаса лица. Дворяне толкались, торопились, растеряв степенность. Велга старалась держаться за Матеуша, но толпа разделила их, и она вдруг оказалась прижатой к мужской груди.
– Хм…
– Фу. – Велга отшатнулась. От мужчины ужасно воняло рыбой.
Вся одежда его была залита кровью навьих духов.
Войчех. Велга посмотрела на него, не узнавая, не в силах ничего сказать. Кто они друг другу на этот раз? Враги? Союзники? Точно больше не любовники и не друзья. Но и не чужие люди. Они уже не смогут стать друг другу чужими.
– Инглайв здесь, – только и смогла прошептать Велга.
– Видел.
– Вернёмся к остальным гостям, – раздался ровный голос королевы, и все тут же притихли, повинуясь.
Белый хотел было нырнуть в сторону, но его остановили:
– А ты… да-да, ты, наш спаситель, подойди.
Медленно, точно дикий зверь, почуявший охотника, целившегося в него из лука, Белый повернул голову. Он выглядел так, словно в любой миг был готов сорваться с места и убежать.
Повторять приказ королева не стала, но и без того всё внимание оказалось теперь направлено на Белого. И ему пришлось подойти к королеве, склонить перед ней спину в неумелом поклоне.
– Как тебя зовут?..
Ответ потонул в тихом ропоте толпы. Велга пыталась разглядеть королеву и Войчеха, но не могла ничего увидеть из-за чужих спин. Зато на неё смотрели пристально, не отрываясь.
Инглайв. Он по-прежнему был рядом, в ближнем кругу Венцеславы. Как он здесь оказался? И случайно ли?
Даже если он не собирался на этот раз убить Велгу, то всё равно оставался опасным. Он должен был умереть. Для этого и заключили договор.
Наконец королева направилась к лестнице, все остальные последовали за ней. Они возвращались в залы, где прежде Матеуша и Велгу и представили всему королевскому двору как жениха и невесту.
Матеуш нашёл в толпе Велгу, взял её под руку, как положено. Теперь, когда все знали, что они обручены, им стоило держаться вместе.