Единственный цветок в этой говноклумбе 5 (СИ)

— Алмазная стена? — прозвучал удивленный голос Кайсена. Маг ветра, стоявший по левую руку, смотрел на эту магию с легкой растерянностью. Шейн применял ее редко, и, возможно, поэтому она казалась более непривычной.
Шейн посмотрел на собственной творение с задумчивостью. Приподняв руку, он несколько раз стукнул костяшками по стене, как бы проверяя ее надежность.
— Алмаз крепче льда, протянет намного больше. — Будто убедившись в том, что стена была действительно практически непробиваемой, Шейн оглянулся. Пусть теперь их тылы и были надежно защищены, но спереди все еще виднелись полчища противников, от которых отбиваться приходилось другой части команды. — Ной, Велас, что там у вас?
Ной и Велас стояли в первых рядах, а между ними, чуть позади, находилась Латиша. Пока оба огневика одновременно запускали столпы пламени, волшебница позади них пыталась перенаправить пламя и его последствия так, чтобы это не ударило по стенам коридора и не задело их собственную команду. В итоге огонь, ударяясь о монстров, сжигал тех из них, кто стоял ближе всего, а остальных вынуждал отступать все дальше. Вперед Велас и Ной пробирались уже сквозь валявшиеся на земле трупы.
— Если у вас есть желание поменяться, — кричал в ответ Велас, — я за!
Кайсен, услышавший это, с усмешкой воскликнул:
— Когда за спиной уже стену воздвигли, конечно же, это будет легко!
— Шейн, — воскликнул Ной, — я уже на пределе!
Шейн кивнул. Пройдя мимо Кайсена и Дрэго, он спокойно двинулся вперед.
— Понял, — отвечал Шейн, жестом подзывая Ноя к себе, — иди сюда и отдыхай.
Ной сразу же развернулся и отступил, а еще некоторое мгновение спустя это же сделал Велас. На самом деле, оба парня выглядели уже очень уставшими. Пот ручьем стелился по их телам, пропитывая одежду. Они тяжело дышали и слегка пошатывались из стороны в сторону, а это было уже недобрым знаком.
Однако, даже когда Велас и Ной ушли, впереди все еще остался стоять один человек. Когда Шейн подошел к нему ближе, он осторожно дотронулся до его плеча и сказал:
— Ты тоже можешь встать назад.
— Еще чего. — Латиша насмешливо улыбнулась. Она быстро подняла правую руку так, будто пыталась нарисовать в воздухе спираль, и вместе с этим ее жестом потоки ветра быстро начали сносить с ног приближавшихся монстров, кружить их в воздухе и отбрасывать назад с такой силой, от которой ломались даже сами кости. — Может у тебя и восстанавливается мана с монстроподобной скоростью, но все-таки здесь лучше, если поднапрягусь я. Твое время будет чуть позже.
Шейн замолчал. Не сразу осознав о чем говорила девушка, он задумался над ее словами и только потом понял:
«Она намекает на нашу разницу в использовании маны? Латиша инман, и это значит, что она использует для заклинаний только внешнюю манну. А в этом месте действительно очень много маны в воздухе. Возможно, поэтому она одна из немногих, кто выглядит неуставшей». 
Быстро оглянувшись, Шейн посмотрел на всех остальных своих товарищей. За все те часы, что они в одиночку пытались пройти этот Теневой мир, все они были изрядно потрепаны, но все же некоторым приходилось особенно тяжко.
«А вот Велас и Ной, как и я, используют внутреннюю ману. Поэтому им сейчас сложнее». 
— Кайсен, — звонко позвал Шейн, привлекая к себе внимание напарника, — а ты, как и Латиша, инман?
— Нет, я экман.
Шейн перевел взгляд на другого своего товарища, все еще остававшегося в тылах, и спокойно спросил:
— Дрэго?
А Дрэго будто этого вопроса только и ждал. Выпрямившись, он гордо прошествовал мимо остальных своих товарищей, миновал Шейна и вышел прямиком к Латише.
— Я инман.
— Тогда готовься отрабатывать, — с улыбкой отвечал Шейн. — В этом месте для вас самые комфортные условия.
— Мог и не говорить.
Даже Латиша, в этот момент посмотревшая на Дрэго, спокойно отступила. Ей хватило лишь одного взгляда на лицо этого парня, чтобы понять, насколько решителен он был.
 
На мгновение в воздухе повисла тишина. Дрэго поднял и вытянул правую руку, а затем устало прикрыл глаза. Сияние его магических кругов возникло, словно быстрая вспышка, и столь же внезапно его лед охватил фигуры всех стоящих впереди противников в радиусе десяти метров. Лед будто даже не распространялся от мага к противникам, как это было обычно. Он просто появился там, где должен был быть, и эта скорость создания заклинания поражала.
Открыв глаза, Дрэго плавно приподнял руку, сложил вместе большой и средний палец, а затем звонко щелкнул. Вместе с этим звуком весь его лед рассыпался на мелкие снежинки, и вместе с ним тела окаменевших монстров просто превратились в пыль. Все, что осталось от них, это тонкая мелкая стружка, которая вскоре и вовсе должна была растаять.
Обернувшись к товарищам, Дрэго спокойно посмотрел на них и спросил:
— Магия льда хороша для того, чтобы подчищать следы, верно?
Велас возмущенно вытянулся и воскликнул:
— Это ты сейчас так всех магов огня оскорбил?!
— Ничего личного.
Шейн промолчал и просто спокойно двинулся дальше. То же сделали и остальные ребята. Пока они шли вперед, лишь изредка оглядываясь на тонкий слой рассыпанного повсюду льда, волновавшийся Ной заговорил:
— А ведь это странно. Мы уже давно продвигаемся вперед, но все никак не можем ни с кем встретиться. Ни одной группы не видели еще.
Велас уверенно закивал.
— Значит это место куда больше, чем мы себе представляли.
— И это плохо, — соглашался Кайсен, — потому что выход у нас все равно один, и путь к нему теперь заблокирован.
Из-за всех этих разговоров Шейн невольно тоже погрузился во все эти проблемы. На самом деле, ему даже не хотелось думать об этом, но все же, желая кое в чем удостовериться, он спросил:
— Через сколько примерно должен снова заработать Теневой проход?
Ной вздрогнул. Как человек, ответственный за время, он быстро закатал рукав своей кофты и посмотрел на часы. Сощурившись, сквозь полумрак в округе он протянул:
— Сейчас… Осталось около десяти часов.
— То есть, — удивленно заговорил Велас, — надо продержаться целых шесть часов?
— Нет, — бодро отвечал Кайсен, — всего шесть часов.
— И не продержаться, — холодно дополнял Шейн, — а успеть.
— Что? — и Велас, и Кайсен от такой поправки насторожились. Напряженно уставившись на Шейна, лишь сейчас они заметили, насколько хмурым он был.
Между тем Шейн, даже не смотревший на товарищей, спокойно начал объяснять:
— Мы должны оказаться рядом с Теневой дверью именно тогда, когда она заработает. Если какая-нибудь из команд уйдет раньше нас, мы останемся здесь еще на 15 часов. Припасов, может быть, и хватит, а вот сил на сражения с монстрами — не уверен.
После этих слов все как-то разом замолчали. Картины самого неблагоприятного исхода быстро смогли возникнуть в голове, волей не волей подталкивая к тому, что нужно было все-таки поторапливаться.
Внезапно откуда-то со спины прозвучал оглушительный грохот. Этот шум поверг собой весь коридор, вызывая тряску и сильные потоки ветра. Вмиг обернувшаяся команда удивленно уставилась в обратном направлении, прямо туда, где, как казалось, теперь должно было быть безопасно.
— Что это за звук? — удивленно протянула Латиша, не видевшая из-за тьмы и расстояния ничего.
Также обдумывая все это, Шейн выпрямился и напряженно ответил:
— Кто-то пробил алмазную стену.
Постепенно из темноты начала вырисовываться фигура. Уже знакомое создание со странным телосложением вышло навстречу как ни в чем не бывало. Его длинный язык, вываливавшийся из округлого рта, качался из стороны в сторону, словно маятник, а длинные черные волосы, стелившиеся практически до земли, шевелились, словно клубок настоящих змей.
— Всем назад кроме Дрэго, — серьезно скомандовал Шейн, и команда подчинилась. Оба мага льда, оставшись в первых рядах, замерли в напряженном ожидании. Сейчас они оба понимали только то, что этого монстра огонь не брал совсем, и при этом эта тварь была настолько сильна, что могла пробить алмазную стену.