Единственный цветок в этой говноклумбе 5 (СИ)

— Ты должен прекратить жалеть себя.
— А что мне тогда делать, Шейн? — Велас посмотрел на друга печально, иронично. Даже в его голосе можно было прочитать нотки негодования.
Игнорируя все это, Шейн спокойно отвечал:
— Забыть о неудаче и попробовать сделать что-то снова.
Велас не отвечал. Опустив голову, он будто задумался о чем-то, а Шейн снова заговорил:
— Как долго ты…
— Тебе легко говорить, — резко перебил Велас. Снова подняв голову, он недовольно, почти яростно продолжил: — Счастливчик, родившийся с талантом к волшебству. Не то, что я. Посмешище.
— Я не рождался с талантом.
— А как еще это назвать? — Велас взмахнул руками. — Думаешь, я не тренируюсь в поте сил? Думаешь, не прикладываю никаких усилий? Шейн, я принц. Я делаю это с самого детства. Но как еще можно назвать то, что ты так быстро развиваешься, а я нет? Разве это не талант? Не дар Богини?
Шейн молчал. Смотря на своего товарища в таком жалком состоянии, он просто поджимал губы и недовольно хмурился. Что ему стоило отвечать в такой ситуации? Переубедить человека в чем-то было практически нереально, пока он был зол.
— Очень жаль, — заговорил Шейн, отступая назад, — что собственные неудачи ты пытаешься спихнуть на плечи Богини. Выглядит жалко.
Резко развернувшись, Шейн ушел. Изначально он хотел просто поддержать Веласа и помочь ему снова оправиться от очередного поражения, однако ситуация во время тренировки задела их команду намного сильнее, чем он предполагал.
Для Шейна, который уже не раз переживал поражения, смертельную опасность взлеты и падения случившееся мало что меняло, но вот для Веласа и Ноя это было чем-то вроде намека судьбы о том, что им не стоило продолжать рисковать собой и лезть во все это.
Сначала покинув их общие комнаты, а затем и само общежитие, в котором они все жили, Шейн уверенно двинулся в сторону учебных корпусов. Он знал, где в это время должен был находиться Ной, и догадывался, что разговор с ним приведет к тому же результату, какой был и с Веласом, но попробовать все равно стоило.
В такие моменты, когда кто-то из твоих товарищей был в плохом состоянии, их стоило просто встряхнуть. Хорошенько обсудить корень проблемы, возможно, даже надавить на него, а потом оставить время на раздумья. Это он и собирался сделать.
Вскоре добравшись до нужного здания, Шейн начал обходить его стороной, чтобы подойти к главному входу, но неожиданно он заметил знакомую парочку, идущую ему навстречу. Мария и Ной, удерживаясь за руки, смотрели друг на друга и что-то бурно обсуждали. Казалось, в этот момент они оба выглядели невероятно счастливыми. Даже Ной, еще недавно переживавший о случившемся, выглядел намного лучше, чем раньше.
Заметив стоявшего у них на пути человека, Мария и Ной сразу же взглянули на него, а когда поняли, что это был Шейн, невольно остановились. Людей в этом месте было не много: лишь некоторые ученики проходили этой дорогой, и только тогда, когда хотели остаться наедине.
— Ной, — серьезно позвал Шейн, подходя ближе, — нам надо поговорить.
Ной глубоко вздохнул. Он уже не улыбался, как прежде, но черты его лица все еще были расслабленными, будто радостными.
— Если ты хочешь поговорить о том, что случилось, — отвечал Ной, — то я в порядке. Не стоит беспокоиться.
— Тогда я могу назначать следующую тренировку?
— Следующую? — удивленно повторила парень.
— Верно, — Шейн заговорил чуть строже. — Ты же не думал, что мы резко прекратим готовиться к нашему следующему групповому выходу в настоящий теневой мир?
Мария посмотрела сначала на одного парня, затем на другого. Заметив резкое падение настроения у второго, она сразу же шагнула вперед и уверенно заявила:
— Шейн, ему нужно время. Не трогай его.
— Сколько времени? — Шейн неохотно перевел взгляд на особу, которую вообще бы предпочел даже не видеть. — Мы уже зарегистрировали команду. Это значит, что нас уже занесли в списки на следующие совместные вылазки с магическими башнями.
— Но ему сейчас не просто. — Мария указала рукой на Ноя и быстро покачала головой. — После того, как ваша группа провалилась…
 
— Наша группа провалилась? — Шейн усмехнулся. В его голосе было столько иронии, что его слова даже казались какими-то наигранными. — Почему тебя вообще это заботит? Ты вцепилась в него, как пиявка. Зачем?
— Как кто? — непонимающе повторила Мария. — Кто такие пиявки?
— Не важно! — недовольно воскликнул Шейн.
— Не повышай на нее голос! — Ной резко выступил вперед. Закрыв Марию рукой, он гордо приподнял подбородок и посмотрел на стоявшего перед собой парня. — Мария теперь моя жена, поэтому не смей так к ней обращаться.
Шейн на мгновение подозрительно и даже как-то пугающе замолчал, но затем, улыбнувшись во все зубы, холодно протянул:
— Смешно получается. Только вчера она цеплялась за меня, следила, строила козни, а сейчас резко перекинулась на тебя. Подозрительно, не находишь?
Мария молчала и лишь удивленно приподнимала брови. Конечно, она знала, что ее поведение со стороны могло казаться подозрительным, но только в случае с Ноем скрытого умысла действительно не было.
— Шейн, хватит! — недовольно воскликнул Ной. — Ты ничего не знаешь!
— А как я узнаю, если ты об этом не говоришь?
— А ты хотя бы спрашиваешь?
Наступила тишина. Этот вопрос, показавшийся даже каким-то внезапным, вызвал непонимание происходящего.
— Забавно получается, — продолжал Ной, — неправда ли? Все знают, что происходит в жизни уважаемого сына герцогини, но никто не знает, что происходит в жизни Ноя Руби.
Шейн не отвечал и лишь хмурился. Конечно, он хотел добавить, что и сам не распространялся о своих проблемах — слухи делали это за него, однако в этой ситуации он даже не успевал вставить и слова. Ной уверенно продолжал:
— Когда я вернулся на этих каникулах в дом Руби — это был ад. Ты бы знал, через что мне пришлось пройти из-за испытания. Ведь это ты стал звездой, а не я. И за это почти все каникулы надо мной издевались, словно над какой-то скотиной. — Широко шагнув вперед, Ной гордо приподнял подбородок. — А потом меня выставили. Просто выбросили за порог на мороз, а особняк Руби находится глубоко в горах. И там очень холодно.
По выражению лица парня можно было легко сказать, насколько неприятно и больно ему было это вспоминать. Неприятно было и Шейну выслушивать все это, ведь мысленно он пытался сопоставлять все то, что произошло с ним за это время, и то, что пришлось пережить Ною, пока никто об этом не знал.
— Когда Мария подобрала меня, — зловеще продолжал Ной, смотря в глаза Шейна с невероятной обидой, — я был уже почти мертв. И не потому, что меня избили до такого состояния. А просто потому, что мне некуда было идти. Я остался ровно там же, где меня выбросили, и сидел там до тех пор, пока она не подобрала меня.
Взгляд Шейна переместился на Марию. Девушка в этот момент даже не смотрела на него. Скорее она внимательно наблюдала за эмоциональным состоянием Ноя, который все еще очень крепко хватался за ее руку.
Когда Ной наконец-то выдохнул и расслабил ладонь, Мария снова взглянула на Шейна и сказала ему:
— Я не связывала себя с ним узами брака назло тебе. Так просто получилось. От Ноя отказались, но его имя не вычеркнули из истории семьи Руби. Не успели. — Мария многозначительно улыбнулась. — А я просто вовремя прибыла в их особняк и выкупила его. Так, он стал моим супругом и получил защиту, а я наконец-то получила дворянский статус. Хоть и косвенно, конечно. Полноценной дворянкой я стать уже не смогу, но наш ребенок будет иметь голубые крови. Ведь Ной с самого начала был потомком аристократии. Пусть и не самой знатной.
Шейн молчал, но теперь понимал ход мыслей Марии. Получить деньгами статус и просто купить титул в этом мире было невозможно. Конечно, от титула не зависело количество имевшейся у тебя земли. Все-таки существовали и небогатые дворяне без владений. Самым важным вместо этого была твоя родословная, и поэтому стать на шаг ближе к аристократии ты мог лишь женившись и заполучив ребенка от другого представителя знатного сословия.