Единственный цветок в этой говноклумбе 5 (СИ)

— Принцесса, я все еще…
— И не только я, — намеренно перебивала Латиша, — но еще принц королевства Жанвиоль и принц империи Асквид. Для тебя это пустой звук? — Резко отстранившись, Латиша взмахнула руками и громко закричала: — Да даже у Шейна, сына герцогини, власти и влияния больше, чем у тебя!
Дафния перестала улыбаться, правда, не было понятно почему: то ли эти слова все же смогли задеть ее, то ли она просто решила перестать подыгрывать.
— Если вы закончили, — сдержанно заговорила Святая, снова опускаясь на свое рабочее место, — то…
— Я не закончила. — Латиша, схватившись руками за стопки бумаг, стоявших на столе, намеренно сбросила их на пол. Так, убрав все преграды на своем пути, она вновь посмотрела прямо в глаза оппонентки. — Спрошу прямо: проблемы у нашей группы во время тренировки возникли из-за тебя? Ты испортила систему?
Дафния усмехнулась. Уже больше не притворяясь, она откинулась на спинку кресла и спросила:
— А с чего это ты взяла, что это была я?
— Во-первых, не «ты», — Латиша хлопнула по столу левой ладонью, намеренно придвигаясь, — а «Вы». Во-вторых, это было ясно сразу. Тот мужчина-маг — жалкий трус, который пытается подстраиваться под обстоятельства и искать себе покровителей. У него самого нет никаких мотивов нападать на нас, а вот у тебя…
— Если ты обращаешься ко мне на «ты», — Дафния будто бы игнорировала основную проблему и лишь пожимала плечами, — почему я тогда должна к тебе относиться иначе?
Латиша замолчала. Она понимала, что Дафния не собиралась признаваться, и не собиралась раскрывать все свои карты, а это значило лишь одно — пришла пора менять тактику. Улыбнувшись, беловолосая девушка выпрямилась и ласково ответила:
— Потому что ты всего лишь слабохарактерная Дафния.
Лицо Святой помрачнело. Ее пугало и то, как быстро эта девчонка смогла переключиться с одних эмоций на другие, и то, что она будто что-то затевала. Недоверчиво нахмурившись, Дафния спросила:
— Ты откуда эту кличку услышала?
Латиша приложила руку к лицу и будто смущенно отвела взгляд. Теперь уже она в этой комнате оставалась до чертиков спокойной.
— Когда поняла, что ты руки к нашей академии тянешь, — натянуто отвечала принцесса, — сразу решила разузнать о тебе. Удивительно как много людей из твоего прошлого жаждут продать информацию, верно?
Дафния молчала, но в ее глазах горел огонь ярости. Проблема была не столько в том, что ее пытались задеть, сколько в том, как именно Латиша делала это. Она намеренно давила на самое больное место Святой — на прошлое.
— Не смотри на меня так, — усмехнулась Латиша, опуская руки по швам. — Я прекрасно знаю, как ты меня хочешь обозвать, но сдержись, будь уж так добра. Ты и без того забыла свое место. Если бы не твоя магия и титул Святой, тогда у тебя не было бы вообще ничего. Но даже с этим титулом по меркам дворян, которые, к слову, все-таки недолюбливают тебя и твою церковь, твой статус не выше графского рода.
Раздалось недовольное цоканье. Дафния, будто намеренно опустив голову, спрятала свой разъярённый взгляд. Злость бурлила внутри нее настолько, что она была готова прямо сейчас наброситься на Латишу с кулаками. Но что бы это тогда ей дало? Верно, ничего.
— А если ты продолжишь вступать в открытое противостояние с престолонаследниками, — уже серьезнее продолжала говорить Латиша, — будь уверена, все остальные королевские семьи хорошенько задумаются над тем, стоит ли им вообще спонсировать всю вашу секту.
Дафния усмехнулась. Приподняв недовольный взгляд, она практически прошипела:
— На веру зарекаетесь…
— В моем лице секта — это ты, а вера — это богиня и моя к ней любовь. Я просто вас разделяю.
Глубоко вздохнув, Латиша сделала несколько шагов назад. Она чувствовала себя намного спокойнее и увереннее, чем раньше, и потому продолжала:
— Даже если в этих стенах я ношу форму, как и все, вне этого места я все еще являюсь принцессой, поэтому советую тебе держаться подальше от меня и моей команды.
— Ты всего лишь вторая дочь.
— Хотя бы вторая, а в будущем, возможно, что и первая. Чего не скажешь о тебе, верно? Гнилую родословную не исправишь, сколько бы ни старался. — Приложив указательный палец к губам, девушка задумчиво хмыкнула. — Разве что переродиться можно.
 
Дафния молчала, но ярости в ее взгляде не становилось меньше. Казалось, что ни дворянство, ни всеобщий гнев ее не пугали. Учитывая то, что в ее руках была ни много ни мало вера народа, эта ситуация казалась даже опасной.
— Я тебя предупредила, — зловеще проговорила Латиша. — Еще раз будешь тянуть руки к моей команде, оторву голову и не подавлюсь. Поверь, в этом мире осталось еще много людей, которые с радостью спихнут тебя с твоего трона в песочном замке.
Дафния так ничего и не ответила, а девушка, решительно развернувшись, покинула кабинет. Когда шаги Латиши заглохли вдали коридора окончательно, Святая наконец-то начала приходить в себя.
Практически когтями вцепившись в стол, она резко наклонила голову и недовольно подумала:
«Они все. Все эти дворянские ублюдки ведут себя надменно рядом со мной. Когда это прекратится? Когда я получу такую силу, которой смогу поставить на место любого?» 
От злости все тело трясло. Хотелось выпустить наружу потоки разгоравшегося в душе пламени, но только делать это в академии было опасно. Глубоко вдохнув, Дафния выпрямилась, посмотрела на валявшуюся где-то на земле дверь и задумчиво замычала.
«Я поняла. Для начала мне нужно избавиться от королевства Селестина». 
*** 
Обстановка внутри тюремной камеры была даже какой-то спокойной. Здесь было мрачно, в меру прохладно, сыро, но очень тихо. Несколько рыцарей, стоявших по двое на протяжении всего длинного коридора, охраняли, по сути, всего одного человека — Адана Азаро.
Время, прошедшее с момента его поимки, длилось очень медленно. Уже не зная чем себя занять, Азаро без остановки считал в слух. Его голос разносился по всей камере, по всему коридору, в тишине достигая слуха каждого охранника.
В какой-то момент счет внезапно прекратился.
— Ох, — задумчиво протянул Азаро, и одна из женщин-рыцарей, обернувшись к нему, недоверчиво нахмурилась, — кажется, уже поздно…
Внезапно прогремел взрыв. Грохот и тряска, разлетевшиеся повсюду, сразу же вызвали панику у окружающих. Охранники, сначала схватившись хотя бы за что-нибудь, чтобы не упасть, стали взволнованно осматриваться. Казалось, происходящее было где-то рядом с ними, во дворце, но все же на уровень выше, возможно, даже над темницей.
Некоторые из охранявших камеру людей сразу же побежали вперед, проверить то, что произошло. Но между тем, та охранница, которая первой успела заподозрить неладное, хладнокровно посмотрела на Азаро и спросила:
— Что это было?
Юноша усмехнулся. Казалось, его даже радовало то, что хоть кто-то сразу понял, что это было его проделками.
— А не надо было снимать с меня артефакты. — Слегка наклонив голову, Адан закрыл глаза. — Вот вы их к себе перенесли и, считайте, запустили механизм уничтожения.
Прогремел еще один взрыв, а следом за ним где-то сверху раздались и крики. Остальные охранники сразу же бросились на подмогу, и лишь женщина-рыцарь решила остаться на прежнем месте.
Когда после суматохи она вновь посмотрела на Адана, то заметила, что он уже не был скован. Цепи болтались на стене, как и раньше, но теперь запясться Адана были полностью свободны.
— Как ты… — удивленно протянула незнакомка.
— Как я снял оковы? — быстро догадался Адан, шагая навстречу. — Легко. Моя бывшая госпожа любила игры с наручниками. Времена прошли, привычки освобождаться и сбегать остались.
Охранница отступила и быстро положила руку на рукоять своего меча. В тот же миг Адан, взмахнув ладонью, активировал магию артефакта. Сила, которой у него не должно было быть, сначала выбила потоками ветра из женских рук оружие, а затем и вовсе притянула ее к решетке, намеренно вынуждая приблизиться.