Несознательный 3 (СИ)

Следом последовал и отчет поисковой службы, нашли они останки сбитого самолета, которые несли опознавательные знаки Великобритании.
- Ну, что, лейтенант, - последовал звонок на третью точку, где решения своей участи ждал Сорокин, - крути дырку под орден. Супостата ты сбил, он почти через всю страну пролетел, но об тебя споткнулся.
-
И все же слабы мы с Челомеем в аппаратных играх, ну и что из того, что маршал Говоров отказался обсуждать с нами перспективы принятия на вооружение ЗРК, без обоснования своего решения проигнорировать предложение он все равно не мог. Так-то понятно, что всей ПВО в стране он рулит, и за все он же и отвечает, но и за ним тоже пригляд из ЦК не хилый, а там еще неизвестно что об отказе подумают, поэтому стоит подстраховаться. Вот и подстраховался, решил устроить дополнительные полигонные стрельбы, но на этот раз расчет должны были представлять не работники ОКБ, а подготовленные ими зенитчики, набранные в одной из действующих частей ПВО.
Объяснял он свои действия так:
- Знаем мы как КБ проводят испытания, там в мишень с закрытыми глазами попасть можно. А вот сделайте так, чтобы действующие зенитные расчеты сумели стрельбу ракетами освоить, да не по заранее известной пристрелянной мишени, а в обстановке приближенной к боевой.
Я так думаю, что таким образом он надеялся окончательно закрыть вопрос с нашей инициативой, ведь очень трудно подготовить расчет меньше чем за полмесяца. Но как раз с этим он просчитался, стрельба ракетами по воздушным целям не сильно отличается от стрельбы с помощью зенитных орудий, только ПУАЗО серьезно перенастраивать пришлось, единственная проблема, это подготовка операторов наведения. Однако с ними вопрос решился достаточно просто, так как в ОКБ заранее озаботились созданием специального тренажера.
Особо мы с Владимиром Николаевичем по поводу стрельб не обольщались, уже давно махнули рукой на ЗРК-40, бывают в жизни неудачи, ведь понятно было, что это отыгрыш командования, а значит, результат стрельбы будет зависеть не от техники, а от желания расчетов попасть по цели. Не удивлюсь, если такого желания может у них и не появиться. И вообще я недавно стал проповедовать такую жизненную позицию - лучше приятно удивиться, чем горько разочароваться, и видимо так же и Главный стал смотреть на "игры" в верхах. Поэтому срочный вызов "на ковер" у нас никаких приятных ассоциаций не вызвал, наоборот, показалось, что будут "песочить" по поводу нецелевого расходования средств. Даже пришлось на скорую руку готовить обоснование, мол, это мы проехались в попутном направлении. Но…
- Хорошо ваш ЗРК себя на стрельбах показал, - сходу огорошил нас Говоров, - будем ставить вопрос о принятии зенитного комплекса на вооружение.
- А можно узнать причину, - не удержался Челомей от интересующего нас вопроса.
- А что, еще не доложили? - Усмехнулся маршал. - Ваш ЗРК-40 сбил нарушителя границы на высоте пятнадцать шестьсот.
- То есть как "нарушителя границы"? Удивился Владимир Николаевич. – Его же на полигон отправляли.
- Так на полигоне и сбил, - продолжал улыбаться Говоров, - да такого матерого шпиона с небес спустил, мечта. Новейший английский самолет разведчик Canberra, с максимальным потолком более восемнадцати километров и скоростью полета в тысячу километров в час. Почти через всю страну пролетел, чтобы секретный полигон заснять, так что будем настаивать, чтобы этот ЗРК как можно скорее передавали в производство.
Этот был тот самый случай, когда говорят: "Не было бы счастья, да несчастье помогло". Что-то там, в верхах, сдвинулось, и наши ЗРК-40 признали как основное средство борьбы с разведывательной авиацией противника. Главный аргумент, который прозвучал на заседании у командующего ПВО страны, был следующим: до окончания работ определенных в Постановлении Совета Министров "О создании эффективной системы противовоздушной обороны городов и стратегических объектов", времени еще много, а бороться с высотными разведчиками заклятых друзей надо сейчас.
  
Подозреваю, что мнение маршала изменилось после того, как с ним поговорили в ЦК, и наверняка там выяснилось, что как таковой противовоздушной обороны в СССР нет. Почему? А вот потому, что в моей реальности похожий случай произошел в августе 1953 года: "Английский самолёт-разведчик Canberra PR.Mk.3 с новейшей американской фотокамерой на борту осуществил разведку ракетного полигона в Капустином Яру. Полёт проходил по маршруту Прага – Киев – Харьков - река Волга - Каспийское море - Иран. Во время этого полёта английские пилоты стали свидетелями того, как поднявшиеся с разных аэродромов на их перехват истребители Миг-15 вступили в бой друг с другом — самолёты, видимо, принадлежали разным воинским частям, и плохая координация служб ПВО привела к тому, что пилоты не были предупреждены о совместных действиях. Саму же «Канберру» советские перехватчики так и не смогли достать: самолёт успешно выполнил полётное задание и впоследствии разведчики этого типа не раз использовались Великобританией для вторжений в небо Советского Союза". В этой реальности произошло то же самое, и только удачная стрельба на полигоне показала, что не так все безнадежно, и у страны есть кое-какие возможности для борьбы с расшалившимися недругами. Наверное, поэтому, несмотря на серьезный разговор в верхах, хорошее настроение не покидало командующего ПВО страны, ведь все могло закончиться гораздо хуже.
Единственно чем подпортили нам настроение, наряду с назначением производств на территории России, где будут производиться комплекты изделий, часть производственных мощностей решили развивать на Украине. Зачем это? Ведь Украине еще долго восстанавливать свою разрушенную промышленность, а ЗРК требуются сейчас. Так-то понять некоторых "украинских" руководителей можно, где им еще деньги брать на строительство промышленных объектов, но нужно же и сроки учитывать, гораздо быстрее освоить что-то новенькое на уже работающих предприятиях, чем это же на предприятиях, которые еще только предстоит построить. Стоит ли именно сейчас рвать жилы? а потребность в украинской промышленности еще появится, без нее ракетное строительство в СССР никак не обойдется… хотя на эту тему я бы поспорил.
*
- Вот, данные стендовых испытаний двигателя Челомея, - положил Королев перед Глушко папку с копиями документов, - даже сначала не поверил, что возможно получить такие характеристики на одной камере сгорания. Представь себе, они сумели выжать из своего движка тягу в двести двадцать тонн, при весе самого двигателя в две с половиной тонны.
- Сколько?! – Охнул Валентин Петрович, хватая документы. – Это же каких размеров двигатель должен быть?
- Да уж, размеры впечатляют, - поморщился Сергей Павлович, - три тысячи семьсот миллиметров высота и диаметр выходного сечения сопла сто девяносто.
- Э… - на секунду задумался конструктор, - не бьёт, размер должен быть еще больше.
- А ты давление в камере сгорания посмотри, - хмыкнул Королев, - оно почти два с половиной раза выше, чем у тебя.
- Ага… - Глушко наконец добрался до документации, где приводились начальные характеристики двигателя. – Хм, непонятно как он такого давления достиг, чертежи надо смотреть. И насколько он с изменением направления тяги намудрил, поди опять свой хитрый карданный подвес использовал.
- Намудрил, или нет, но идея зарекомендовала себя неплохо, - пожал плечами Королев, - если решение найдено, то почему дальше его не использовать? И мы тоже планируем присмотреться, всё же заботиться о зажигании в одной камере гораздо проще, чем в восьми. Ты лучше скажи, когда свои четырех камерные двигатели до ума доведешь?
- Да готовы они, - насупился конструктор, - только размещение форсунок надо подобрать, иногда резонанс наблюдается.
- Резонанс? – Помрачнел Сергей Павлович. – А у двигателя, который спроектировало ОКБ Челомея для нас, его нет!