По волчьему следу (СИ)

— Да! Это именно так! — за полоза ответила его спутница. — Царевна лично мне высказала одобрение по поводу нашего союза.
— Это правда? — обратился к Лине Саша.
Поразительно! Мне казалось, нас никто из присутствующих не заметил. Впрочем, так оно и было, все, за исключением царевича, не обратили на нас с Линой внимания. До этого момента.
— Что у вас здесь происходит? — спросил царь, повернув голову в сторону внучки.
Не повернулись к нам только Василеск с девицей, оставаясь сидеть спинами в нашу сторону. Юлька с мужем смотрели на Акулину, как на привидение, выпучив глаза и приоткрыв рты, едва замечая меня. Но если брат полоза был просто удивлён, если не сказать, что в шоке, то вот подруга Лины — другое дело.
— Юлия, — переключил внимание подруги на себя царь, как и я, опасаясь, что она может что-нибудь выкинуть. — Ты помнишь про мой приказ о неразглашении?
Она перевела взгляд с Лины на Святослава, прикидывая что-то в уме, после чего медленно кивнула. Посмотрев вновь в сторону царевны, Юлька выглядела гораздо более спокойной, и даже робко ей улыбнулась.
— А что у нас происходит? — невинно ответила Акулина Святославу вопросом на вопрос, беря меня за руку и медленно идя к нашим местам за столом.
Садиться было всё равно больше некуда, и Лина заняла место рядом со мной, с противоположной от Василеска стороны, старательно пытаясь не смотреть на него. Пока у неё это получалось!
— А у вас ничего не происходит? — отплатил ей той же монетой дед.
— А что-то должно происходить? — не осталась в долгу внучка.
В помещении стояла гробовая тишина. Акулина смотрела только на царя, изредка переводя взгляд на Сашу, и ловя его вопросительные взгляды. Переводить взгляд на мужа девушка явно не собиралась. А вот я реакцию гадючьего полоза на жену оценила! Сказать, что он был в шоке — это не сказать ничего! Но в целом, он был довольно неплох собой. Правильные черты лица, мужественное лицо, с большими выразительными глазами и светлыми русыми волосами. Мелькнула мысль, что мне больше по душе брюнеты, но в общих чертах, избранник Лины внешне мне понравился. А главное — ей подходил.
— Василеск, — поняв, что от внучки ничего не добиться, Святослав переключил своё внимание на полоза. Акулина же разложила перед собой на столе листы с инструкцией, и, делая вид, что устремила всё внимание на них, внимательно вслушивалась в разговор. — Будь так любезен, прикажи подавать на стол. А пока мы ждём, принеси мне ваш с царевной брачный договор. Я хотел бы узнать, полностью ли понятны тебе все пункты контракта.
Мы с царевной одновременно хрюкнули, пытаясь замаскировать смех под кашель. Я, чтобы не палиться, тоже уткнулась в листы на столе. И плевать, что для меня они были идеально чистыми!
— Если не возражаете, — безэмоционально проговорил Василеск, вызвав у Акулины приступ лёгкой паники, — для начала я хотел бы переговорить со своей женой. Наедине. Сейчас.
— Возражаю, — отмёл просьбу царь, — не наговорились ещё?
— А они не разговаривали, — как бы между делом решила прокомментировать я, продолжая изображать озабоченность листами на столе. — Когда им это делать? Полоз царевну унижал, через других нагов передавал оскорбления, а сам с ней так ни разу и не встретился. Я ничего не забыла? — последнюю фразу я адресовала царевне.
— В отвратительную комнату поселил и голодом морил, — ответила она мне так, чтобы все услышали. — Минару подослал, бойкот объявил и отказался от исполнения супружеского долга.
— Что значит отказался?!
— Морил голодом?!
В один голос рявкнули царь с Сашей, да так громко, что мы с Акулиной от неожиданности вздрогнули.
— Так, мне это надоело! — царь ударил кулаком по пустому столу, медленно поднимаясь со своего места. — Ты, — палец указал на притихшую спутницу полоза, — пошла вон!
Перечить Святославу она не стала, и быстро покинула помещение.
— Ты, — палец переместился в сторону внучки, — живо села рядом с мужем!
Лину тон деда тоже пронял, и она быстренько пересела, согласно указанию. Полоз не сводил с неё напряжённого взгляда, сжав губы в тонкую линию.
 
— И ты, — обратился царь к своему негодующему внуку, — успокойся. Василеск, можешь подавать ужин.
Минут через пять в зале начали сновать слуги, накрывая нам стол ужином. За всё это время никто не проронил ни слова. На Лину было смотреть страшно! Понятия не имею, о чём она думала, но кидало её в эмоциональном плане знатно!
Ели мы тоже в молчании. Причину неразговорчивости остальных я не знаю, даже гадать не буду! Я же просто, как и Лина, наслаждалась едой! Жаркое в горшочках было восхитительным, как и пять видов салатов и закуски! А может мне просто так показалось, потому что переходы отняли слишком много сил, и организм пытался их восстановить за счёт еды? Сложно сказать. Но если судить по остальным — еда была на уровне. Все вроде были довольны угощением, кроме гадючьего полоза. К еде Василеск так и не притронулся, не сводя напряжённого взгляда с супруги. Как она за всё это время умудрилась не подавиться — лично для меня навсегда останется загадкой!
— Василеск, — обратился царь к полозу, когда мы доели главные блюда и слуги начали забирать тарелки, принося нам, девочкам, сладости и травяной чай, а мужчинам напитки покрепче с соответствующими закусками. — Я всё ещё жду договор.
Мы с Акулиной обменялись улыбками, что не укрылось от присутствующих.
— Тебе есть что сказать? — строго спросил внучку дед.
— Да, — объевшись и блаженно откинувшись на спинку стула, решительно произнесла Лина. — У него его нет. Выкинул, представляешь?
— Не читая! — дополнила я её рассказ, уничтожая принесённые нам пирожные.
Святослав устало прикрыл рукой глаза, произнося про себя, как мне кажется, несколько отборных ругательств.
— Царь Святослав, — прервав царившую в зале тишину, к нам с поклоном вошёл статный мужчина в одеждах тёмно-красного цвета. — К вам приехал царь Белогор и просит немедленной аудиенции.
— Василеск, немедленно уводи Акулину, — вставая, шёпотом распорядился царь, рукой показывая Саше идти следом за ним.
Акулина не сумела сориентироваться в происходящем, как была взята за руку мужем и быстро выведена из зала. Стоило им выйти, как полоз и вовсе подхватил царевну на руки, несмотря на её протестующие крики.
Отложив последнее пирожное, я быстро догнала их. Брат полоза с супругой также вышли следом.
— Ты ведь не собираешься её убивать? — поинтересовался у полоза его брат, а я махнула рукой извернувшейся в руках Василеска и оглядывающейся на нас Акулине.
— Если он её не убьёт — это сделаю я! — подала голос Юля, и я уловила от Лины лёгкую волну паники, после которой царевна спряталась на груди у мужа, исчезнув из нашего поля зрения. — А потом воскрешу и ещё раз убью!
— Не позволю к ней и пальцем никому прикоснуться! — угомонила я словесных вредителей, доходчиво рыкнув и вдобавок клацнув зубами. — Только если Василеску, но только в миролюбивых целях!
— Вот спасибо, — огрызнулся на моё заявление полоз. — Вот только со своей женой я сам решу, что делать!
— Да?! — отклонилась Лина в его руках чуть в сторону, пристально заглядывая в лицо супруга. — И что же ты собрался со мной делать?
В ответ он остановился, а ещё спустя мгновение они уже целовались, забыв обо всём на свете, включая стоявших здесь нас.
— Ну, всё ребята, — обратилась я ко второй присутствующей здесь семейной паре, — теперь вам её убить и сам Василеск не даст!
Акулина с полозом синхронно фыркнули, чем вызвали у нас лишь волну смеха.
— Смейтесь, смейтесь, — обернулся Василеск к нам, открыв с ноги одну из многочисленных дверей в коридоре. Зайдя следом, я поняла, что это помещение является кабинетом, из которого ещё одна дверь ведёт в спальню. К слову, вторую дверь он так же открыл с ноги, не желая выпускать из рук Лину. — Я правильно понимаю, что спрашивать что-то бесполезно?
 
Последний вопрос был задан Акулине, и она просто кивнула ему в ответ, как только муж всё же поставил её на ноги в спальне у окна. Сам полоз сел на подоконник, тут же притянув супругу спиной к себе, обнял за талию.