Как становятся предателями (СИ)

-Очагами в Ирсе называют то, что в других землях именовали бы деревнями или городами. Понятие скорее географическое. А коммуна – административное. Но там нет городов как в Вохе или Палеове. Некоторые Очаги первого и второго уровня напоминают небольшие городки или деревни, но большинство Очагов второго, и все Очаги третьего и четвёртого – скорее некие сети из Очагов низших уровней. Почти нигде нет большого центра, вокруг которого сосредоточены меньшие города или селения. Например, Южный Порт, где расположен Институт Батца, это Очаг четвёртого уровня, с населением свыше двух миллионов, состоит из десятка Очагов третьего уровня, которые, в свою очередь состоят из почти сотни Очагов второго, а Очагов первого уровня там почти полторы тысячи. Органы управления Южным Портом же разбросаны по разным Очагам.
  
-А сколько человек всего проживает в Республике Ирса?
-В восемьдесят девятом году Коммуны в ней жило больше восьмидесяти шести миллионов. Не считая тех туземцев, которые живут на неконтролируемых территориях.
-А коммуны всегда совпадают с Очагами или необязательно?
-Очаги существуют четырёх уровней, а коммуны – пяти.Но не все Очаги объединяются в очаги четвёртого уровня. Там, где население редкое, верхний уровень Очагов – третий или даже второй. А у коммун самый верхний уровень – это уже аналог провинций. Коммуны первого уровня совпадают с Очагами. И второго тоже. А вот коммуны третьего уровня могут включать в себя и изолированные Очаги первого уровня. Коммуны четвёртого уровня могут состоять из одного соответствующего Очага, как Южный или Северный Порт, а могут объединять ряд далеко разбросанных Очагов второго-третьего уровней. А коммуны пятого уровня могут включать в себя напрямую Очаги со второго по четвёртый уровень – опять же, в зависимости от густоты Очагов. Вокруг Культурного залива, например, где высокая плотность заселения, все пять коммун высшего уровня, делятся в основном на Очаги-четыре, а Очаги третьего ранга напрямую в них входят в виде исключений. А на Фронтире тамошние Коммуны-пять состоят по большей части из Очагов-два и три.
-Что за Культурный залив? – задаю сам собой напрашивающийся вопрос.
-Вот он – Лимпор раскладывает карту Ихемы и тычет в язык водной поверхности между двадцатым и тридцатым градусами северной широты, глубоко вдающийся в берег Ирса – Здесь до прихода Коммуны жили самые развитые племена материка и находились колонии царств Западного архипелага. Коренного населения до сих пор больше, чем в остальных частях Ирса. По природным условиям одно из лучших мест на всём континенте. С этими землями конкурировать может только Поволжье.
-А это где? – уточняю.
Лимпор охотно показывает пальцем на длинную ленту реки, берущую начало где-то в верхних широтах и впадающую в упомянутый залив. «В нижнем течении зимы, почитай что, нет, как и на берегах Культурного залива. В среднем течении снег лежит от силы месяц-другой. Чем северней, тем, конечно, климат всё более суровый. Но там и не живет почти никто. К северу от реки Большая постоянного населения почти нет. По левому берегу Волги лес, по правому – степи. Рядом с Культурным заливом – влажные и теплые. Похоже на…» Мой гость-шпион запнулся, потом добавил, тщательно выговаривая: «Пампасы».
Я киваю: дескать, понял. Потом спрашиваю: «А Фронтир где?»
«Это территории, пограничные с неконтролируемыми ирсийцами землями континента. Сейчас граница проходит вот так» – палец псевдоукрийца провёл ломаную линию наискосок Ирса: от точки на западном побережье материка на одной широте с Культурным заливом до восточного берега в районе экватора.
-Это всё, конечно, интересно, но вернёмся к устройству государства Ирса. Государство-то там есть? – уточняю на всякий случай – Или у них, как и положено при коммунизме, государство уже отменили?
-Есть – успокаивает меня Лимпор.
-Итак, имеется Верховный Исполнительный Комитет. Есть Съезд Уполномоченных Представителей Коммун. Чем занимается и тот, и другой?
-Съезд принимает законы, утверждает планы развития, назначает членов Исполнительного Комитета, проверяет его работу. А Исполнительный Комитет обеспечивает выполнение планов вместе с комитетами местных коммун.
-Что такое эти «планы»? – на ум мне приходит сразу же советское прошлое, пришедшееся на детство и довольно беззаботные перестроечные подростковые годы. До 85-го года и в телевизоре, и в школе постоянно говорили о необходимости их выполнения, всякие там «планы партии – планы народа» и прочее. При Горбачёве как-то постепенно и незаметно перешли к обсасыванию «неэффективности административно-командной системы». Начало рыночной анархии, правда, оказалось не лучше проклятого «совка» с его планированием. Но я самые «весёлые» годы проучился на химфаке, сидя на родительской шее, а когда устроился криминалистом в областное УВД, всё как-то «устаканилось» – по крайней мере, цены уже не росли так бешено, как в начале 90-х.
-Я не очень разбираюсь, как работает экономика Ирса – несколько виновато отвечает Лимпор.
-Если у них коммунизм, то собственность на заводы и прочее государственная? – задаю наводящий вопрос, решив, что с экономикой Заокраиного Запада лучше разбираться именно в таком режиме: я спрашиваю, шпион отвечает.
-Кажется, нет. Или да… – псевдоукриец задумался – Распоряжаются всем работники предприятий вместе с руководством Очагов. Небольшие предприятия подчиняются Очагам первого или второго уровня. А крупные – высшим Очагам или Коммунам. Некоторые вообще напрямую ВИКу. Но есть ещё собственность ассоциаций. Хотя они, конечно, тоже как-то свою деятельность увязывают с местными властями. Только не знаю как.
-Хорошо – раз мой собеседник не может сказать о принципах тамошней экономики, пытаюсь зайти с другой стороны – Как сильно различаются зарплаты жителей Ирса в зависимости от занимаемых должностей и места работы? И много ли можно купить товаров на среднюю зарплату ирсийца?
-А у них нет денег – ответ Лимпора меня озадачивает. Неужели всё-таки коммунизм?
-У них что, каждый берёт столько товаров, сколько хочет?
-Нет – мотает головой агент Заокраиного Запада.
-То есть, деньги есть?
-Нет.
-Но как они без денег определяют, кто сколько заработал?
-По отработанному времени – машинально, как мне показалось, отвечает шпион и замолкает.
После паузы продолжает: «Вообще, у них странная для обитателей иных стран система. В теории, чтобы что-нибудь получить из общественного производства, вместо того, чтобы идти в лавку или на рынок, каждый человек, живущий в Республике, должен сначала сделать заявку на этот предмет в ближайшем центре распределения – это что-то вроде лавки или рынка. Центр распределения передаёт сведения о заказанном человеком…» – Лимпор на минуту запнулся – в «В отделы планирования Очагов или Коммун. Если вещь можно сделать в том Очаге, где он живёт, то передают на соответствующее предприятие. Если нет – из местного отдела планирования передают в отдел планирования вышестоящего Очага, а уже оттуда на предприятие, которое может произвести нужное. Планы и составляют по этим заявкам».
Да, странная система. Нет, у нас, на Пеу нередко ремесленники работают на заказ. Но так это на рынке, ограниченном размером деревни или городского квартала. Вдобавок ко всему, большинство из них, неважно, папуасов или мигрантов-тенхорабитов, имеют огороды. Но чтобы такое работало в масштабах немалой страны….
Лимпор между тем продолжил: «Но это в теории. На практике же в Ирсе значительную часть еды и немало той же одежды и разных мелочей производят, как там говорят, «беззаявочно» или «самотёком». На складах всегда есть остатки такого самотёка, из которого можно выбрать что-то подходящее. Но в центрах распределения всегда просят давать оценку самотёку: хороший ли продукт, качественная ли вещь, будешь ли в ближайшее время заказывать или советовать друзьям и знакомым. Иногда представители предприятий-изготовителей напрямую спрашивают – но они обычно так делают, если что-нибудь трудоёмкое берешь или редкое, что изготовляется малой партией. На основе таких опросов определяют – нужно ли производить те или иные вещи и сколько примерно производить. Многих, особенно мигрантов, неважно, с Земли или с других стран Ихемы, такое раздражает. Хотя родившиеся на Земле говорили мне, что в сравнении с назойливостью, с какой капиталисты на Земле призывают покупать свои товары, это сущая ерунда. А выросшие в Коммуне к подобным опросам относятся спокойно. Немало таких, которые подробные отзывы пишут на приобретаемое, с перечислением положительных и отрицательных сторон. А предприятия в своей работе эти отзывы стараются учитывать. На Ирсе, конечно, конкуренции, в ходе которой предприятие может разориться, нет, но если спрос на его продукцию снижается, то людей оттуда переводят на другие, в том числе и на те, которые делают то же самое, если у них есть спрос и нужны новые работники».