Сто раз на вылет (СИ)

— Не один. И кто же ему помогает? — спросил Эмиль. — Это должен быть кто-то не из участников. Ёся?
— Нет, — сказал Беркер. — Ёся — последний человек, на которого можно подумать.
— Тогда кто?
Никто не ответил. Мы повернули головы на звук голосов. Шестёрка из команды соперников сложила рука на руку и, покачивая этой «стопкой», прокричала свой лозунг. Они были настроены решительно. А мы лишь с сомнением смотрели друг на друга.
Когда я шла по коридору в студию, меня остановил Беркер, схватив за локоть.
— Пожалуйста, пока мы в одной команде, не веди себя так, словно мы не знаем друг друга. Мне и без того тяжело.
И, не дав мне рта раскрыть, ушёл вперёд.
И я поняла, что если не поговорю с ним, то мне никогда не собрать осколки разбитого сердца.
  
72
 
— Пять! Четыре! Три! Два! Оди-и-ин! Следующий!
Громкий голос Франко резал ухо, несмотря на то, что я стояла на балконе, а он ходил где-то внизу.
Сегодня нам устроили стрессовую игру. За всё шоу это, пожалуй, наисложнейшее соревнование. Сначала нас попросили выбрать сильнейшего участника. Мы, естественно, без споров и лишних разговоров выбрали Дамьяна. Команда соперников выбрала Андриуса — по своим соображениям. Остальных Гордон попросил подняться на балкон. Нас держали в неведении до старта. Только когда Андриус и Дамьян принялись за приготовление трёх блюд, мы узнали, что у них десять минут, в следующие десять минут их заменят другие. Я сказала, что пойду в середине, ибо долго не могла отойти от шока. Нам предстояло следить за процессом, чтобы не наделать ошибок.
И вот, Франко прокричал «стоп». Дамьян бросил готовку и помчался наверх, а к нему на замену прибежал Эмиль. Андриуса сменила Зельда. Моё сердце выплясывало румбу от страха. Я следила за каждым шагом своих коллег и боялась упустить мелочь. К счастью, рядом стоял Беркер, который комментировал происходящее.
— Эмиль! Эмиль! Про лук не забудь, а то подгорит! — кричал он. Эмиль, ворча, тряхнул сковороду с луком.
— Я в тесто положил только яйца и масло, сахар не успел! — следом закричал Дамьян.
У меня разболелась голова. С другой стороны кричали участники команды соперников, и я поневоле вслушивалась в их слова.
— Зельда! Брось ты это тесто, чисти креветки! Не успеем! — звучал голос Бернардо.
— Не задень муку! — предупредил Альвисс. Зельда быстро переставила чашку с мукой и переключилась на креветки.
Эмиль, тем временем, чистил овощи. После него побежит Беркер, а следом я. Мерти пойдёт пятым, а потом повторно пойдёт Дамьян, потому что в команде Альвисса шесть человек, а нас всего пятеро.
Десять минут чудесным образом превращались в десять секунд. Никто толком не успевал разогнаться. Беркер спустился и тут же взялся за овощи. Их необходимо было забросить тушиться раньше. За суп никто из предыдущих участников не брался, но Беркер сумел распределить время на три блюдо. Я решила, что последую его технике.
— Браво, Беркер! — похвалил его Франко. — Ты умеешь организовывать своё рабочее время. Это огромный плюс!
Такая повала меня удивила и насторожила. Напротив Беркера суетился Рико, но ему Франко не сказал ни слова. От Рико мой взгляд автоматически переместился на «синюю» команду и тут же встретился со взглядом Бернардо. Именно в этот момент Франко крикнул: «Следующий!» Им были мы с Бернардо, поэтому сиганули вниз почти одновременно, словно бежали наперегонки.
Я упустила последний момент, поэтому растерялась, оказавшись у тумбы. А! За что хвататься?
Бернардо напротив уже что-то делал, а мои глаза бегали туда-сюда в поисках верного решения, но мозг не воспринимал ровным счётом ничего.
— Помешай суп! — крикнул Беркер.
— Займись соусом! — предложил Мерти.
— Соус подождёт. Тесто доделай! — велел Эмиль.
Я быстро собралась, помешала суп, попробовала и добавила соли, затем приправила. Снова наши глаза с Бернардо встретились. Ухмыльнувшись, он продолжил что-то нарезать. Нет, я не позволю ему сегодня ликовать. Никто из нашей команды не уйдёт. Прибавив себе мотивации, я за десять минут не только сделала тесто, но умудрилась начинку для пирога сварганить и приготовила ингредиенты для соуса. Мерти выставил «пятерню», когда я поднималась, а он спускался.
 
— Вот это настоящий профи! — подбодрил он меня.
И вот тут соперники начали делать ошибки. Ханна ничего не успевала. Альвисс запутался. Бернардо был в ярости, а у нас шла слаженная работа. Настоящая команда!
— Мне понравилось, как работала сегодня команда красных значков, — заметил Гордон после окончания соревнования. — Они готовили дружно, сплоченно и были внимательны к деталям. От меня вы одно очко уже заработали только за это.
Мы радостно поаплодировали друг другу. Потные, взволнованные, но довольные.
Жюри пробовали блюда не спеша, заставляя нас и зрителей нервничать.
Наш суп получил первое очко. Второе блюдо жюри не понравилось, зато команда Альвисса получила шанс. Теперь всё зависело от пирога. Если нам — то есть мне, ибо я делала тесто и начинку — удастся удивить жюри, то отпразднуем победу. Но если Рико справился лучше, то мы в беде.
Джеймс выступил вперёд.
— Итак. В сегодняшнем соревновании… выигрывает команда… чей пирог получился чуть лучше, чем у команды соперников…
Сердце забилось в горле. Я схватила руку Беркера и крепко сжала её, он сжал мою в ответ.
— И это команда…
Боже, я сейчас в обморок упаду. Нельзя же так издеваться над людьми!
— Сегодня команда, которая не будет играть на иммунитет…
Чувствуя, что теряю терпение, я зажмурилась. Меня приобнял Мерти с другой стороны, и я заставила себя снова открыть глаза. С противоположной стороны на меня смотрел Бернардо.
Джеймс улыбнулся шире и ещё громче произнёс:
— Победитель этого сложного соревнования…
  
73
 
Я взошла на балкон, как на пьедестал, вальяжно развалилась в кожаном кресле и с ехидным выражением лица наблюдала развитие событий внизу. Впервые я поняла, что мы честно заработали свою победу. У всех недоброжелателей дымились хвосты. Бернардо вот-вот вспыхнет, таким злым он казался. Эмиль умудрился бросить пару колких фраз в их адрес, взамен получил ядовитые ответы, но они только позабавили.
С наших лиц не сходили улыбки, и только Дамьян оставался серьёзным.
— На следующей неделе кто-нибудь из них окажется в вашей команде и отомстит.
— Мы играем сегодня, — ответил Мерти. — Почему мы не можем радоваться?
— Вы не отличаете радость от злорадства.
Эмиль махнул на него рукой.
— Злорадство — это мелочь, — сказал он. — А вот подставлять человека — это уже не смешно.
— Вы всё Розалию им простить не можете?
— А ты вдруг решил, что всё это не имеет значения? Или ради себя любимого стараешься? — Беркер стукнул меня в колено костяшкой пальца, но меня уже было не остановить. Слишком долго я молчала. Дамьян строит из себя самого умного, но так ли оно на самом деле? — Что? Что ты смотришь так на меня? Не будь слишком самоуверен. Я знаю, что у тебя не просто цель победить. Ты всех нас считаешь лузерами и смеёшься за глаза над нашими выходками, ставя себя выше всяких интриг. Но сам их плетёшь и не отрицай.
На меня смотрели не только Мерти, Эмиль и Беркер. Не только жюри и участники наблюдали за мной снизу. На нас направили камеры.
Дамьян сложил руки на груди и поднял голову.
— Каким же образом я плету интриги?
Я посмотрела вокруг себя. От меня ждали резонных ответов. Понимая, что опозорюсь, если не скажу правду, а если скажу, то наживу себе врага, я растерялась. И Дамьян, похоже, не подозревал, что я кое-что знаю. Никто не подозревал. Поэтому на меня смотрели с недоверием.
«Сказала ‘гоп’, придётся прыгать, Найджела», — мысленно сказала сама себе и заговорила.
— В одну из недель, когда капитаном была я, и мы играли на иммунитет, я видела, как ты испортил бонфиле Бернардо.