Мемуары рядового инквизитора. Господин королевский некромант (СИ)
- Там… сила, - произнесла она.
- Там наша сила. Сила, которой мы могли бы служить. Сила, которой мы могли бы обладать. Неужели тебе не надоело торчать в помощницах у спившейся старухи?
- А тебе, - в тон подхватила она, - не надоело быть вечно на подхвате и числиться заместителем дряхлого старца, который даже из башни вот уже несколько месяцев не показывался? Он вообще хоть жив, твой «хозяин»?
- Живехонек… пока, - скривился молодой некромант. – Но скоро его не станет. И тогда тут все станет моим. А я… - он обернулся к окну, - я пойду туда.
- Когда?
Он назвал дату. Через несколько дней.
- Уже?
- А ты как думала? Долго еще тянуть? Мир лежит перед нами, осталось взять его.
- Но господарь Вайвор…
- Он обречен.
Девушка промолчала.
На приступ они пошли в открытую, среди бела дня. Часовые на стенах заметили ковыляющие по льду фигурки, подняли тревогу. Сперва забили в колокола на окраинах, потом тревожный набат переместился ближе к центру города, а когда ударило вечевое било на главной площади, Вайвор Мас уже взбегал на стену вместе с небольшим отрядом телохранителей.
- Что? Идут?
Люди медленно расступились, не сводя глаз с дальнего берега и серой поверхности льда, по которой ковыляли нестройной толпой многочисленные фигурки.
- Кто это? Что это? – раздавались голоса. По мере того, как они приближались, те, у кого зрение было получше, могли рассмотреть странное воинство.
- Мертвецы, - послышался чей-то шепот. – Трупы…
- Некромантов сюда! Господарь Мас, где наши некроманты?
- Послать, – согласно кивнул юноша, не отрывая взгляда от постепенно увеличивающихся фигурок.
Ждать некромантов пришлось долго – передние ряды армии мертвецов уже успели добраться до берега и теперь ковыляли вверх по склону. Стража следила за ними напряженно, сжимая копья и ложа взведенных арбалетов. Кто-то, не выдержав напряжения, пустил первую стрелу, но тяжелый болт, который мог прошить человека насквозь, не причинил мертвецу никакого вреда. От толчка тот упал в снег и даже немного откатился вниз, попутно зацепив еще одного, но потом поднялся и, как ни в чем не бывало, продолжил восхождение. Болт торчал у него из живота, уйдя в него по самые перья.
- Идет! Идет, - послышалось снизу.
Вайвор обернулся. Но вместо давно ожидавшегося старика заметил молодого Краша, который легко, как на крыльях, взбежал по лестнице. На боку у него болталась сума с чародейными приспособлениями, в правой руке он держал чуть на отлете обнаженный меч. Лезвие меча слабо светилось. Некромант был без шапки, на морозе лицо его раскраснелось. В левой руке он что-то сжимал.
- А где мэтр Осока? – невольно вырвалось у Вайвора.
- Мертв, - коротко ответил Краш и бросил что-то к ногам юноши.
Тот вздрогнул. Это был гильдейский знак старого чародея – вещь, как известно, одноразовая и передаче другому лицу не подлежащая. Более того, прикасаться к ней без разрешения хозяина мог либо чародей больше силы, либо… либо после смерти владельца, когда он терял силу и свойства.
Вайвор невольно отступил на шаг, словно бронзовый кругляшок мог на него напасть.
- И как… это случилось? Кто… принял его силу? – ни один чародей не мог умереть просто так, не отдав кому-то то, что имел.
- Я.
- Хорошо, - юноша невольно улыбнулся. – Значит, теперь вы можете приступить к своим обязанностям?
- Могу, - новый городской некромант одарил его ледяной улыбкой. – И приступаю!
Сделал подшаг, взмахнул мечом, замахнулся…
Стоявшие на соседних стенах заметили вспышку зеленого пламени, но у них не было времени бежать и выяснять, что там произошло. Буквально в ту же секунду армия мертвых пошла на приступ.
Первые несколько секунд защитники города просто стояли и смотрели, как полуразложившиеся тела карабкаются вверх по склону. Они ковыляли кое-как, спотыкаясь и падая, задевая друг друга, и на первый взгляд не казались опасными противниками, но их было слишком много, они продвигались вперед с упорством, которым не обладали живые люди. И они не уставали.
- К оружию! – наконец, взвился чей-то одинокий возглас. – За Маса! За короля!
Крик подхватили. Сверху на нападавших полетели копья и болты, камни и бревна. Последние оказались наиболее действенными, ибо, попав под бревно, мертвяки волей-неволей выбывали из дела. Они оставались лежать, придавленные, скребя конечностями по снегу. Лишь немногим через некоторое время удавалось высвободиться и продолжить путь. Но те, в кого прилетело копье или болт, как ни в чем не бывало, шли и шли вперед. Они лезли на стену, цепляясь за тела своих собратьев. Местами вырастали уже целые груды копошащихся оживших покойников. Пирамиды росли, и вот уже в одном месте она достигла парапета. Вот еще несколько минут – и первые нападавшие перевалили через него на стену.
- Некромант, где некроманты? – кричали люди. – Где их носит?
Вспышка зеленого пламени подсказала, где. Ибо внезапно защитники получили удар в спину. Несколько десятков обугленных, местами исковерканных, тел атаковали их. Защитники с содроганием узнавали среди них своих знакомых и телохранителей молодого графа Вайвора Маса.
Удивление, недоумение, страх, паника – все смешалось, расстраивая ряды защитников. Где-то стену еще обороняли, а где-то люди уже бросали оружие, прекращая сопротивление. Напрасно десятники и сотники срывали голос – за оружие брались в основном те, кому некуда было отступать. Они сражались с мужеством отчаяния, надеясь уже не на победу, а лишь на чудо. Надеялись – и умирали один за другим.
А городские ворота медленно, но верно открывались – руки, еще недавно принадлежавшие живым людям, поворачивали ворот подъемного механизма, чтобы впустить в Гнезно несколько сотен всадников.
Живых всадников.
- Святой отец?
Я устало потер глаза. Пятую ночь спать приходилось вполглаза. Дела заканчивались перед самой полуночью, а в полночь, буквально через полчаса после того, как добирался до подушки, слышался звон била, и надо было вставать и идти на полуночную службу. После нее оставалось еще три часа сна – и заутренняя. Будучи послушником и учеником инквизитора, я мог с чистой совестью проспать одну из них. Да и как педагог на замену, тоже пользовался относительной свободой – всегда можно было сказать, что до полуночи проверял домашнее задание или вот именно в эту ночь у меня практическое занятие на кладбище и в собор я никак не успеваю. Да, часто приходилось врать, зато теперь не отвертишься. Став настоятелем и главой Ордена Инквизиторов, я был просто обязан посещать все службы, а некоторые даже вести.
- Что еще?
- Вот, - секретарь, доставшийся мне от пра Михаря, возник на пороге кабинета со стопкой пергаментов. – Документы для ознакомления.
- Что я должен с ними сделать?
- Прочесть и отсортировать. Одни отправятся на выскабливание, другие будут добавлены в архивные записи.
Я с тоской посмотрел на стопку. Тут не меньше трех часов работы!
- А ты сам не мог бы их просмотреть? А я бы занялся более важными делами…
Секретарь слегка побледнел и даже попятился:
- Что вы, святой отец. Разве же мне по чину? Это ведь такая ответственность! Они все будут храниться вечно… во всяком случае, пока не испортится пергамент.
- А потом?
- Потом испорченные пергаменты просмотрят снова, отберут те, которые нельзя восстановить и уничтожат, а остальные либо восстановят, либо перепишут их содержимое на новые листы, чтобы снова отправить в архивы.
- И так происходит постоянно, - догадался я.
- Да, пра, постоянно. Пра Михарь ежедневно по часу тратил время на то, чтобы просмотреть все записи.
- По часу! – я демонстративно покосился на окно. – А я сижу тут не меньше трех. И еще буду сидеть. И вчера тоже. И позавчера. И…
- Последние несколько дней пра Михарь не мог заниматься своими обязанностями, - понурился секретарь. – Накопилось много работы…