Собери себя сам (СИ)

— Эээ, нет-нет-нет, — произнёс посыльный. — Я забыл уточнить: кто попало в качестве залога не подойдёт. Дин дал мне чёткие инструкции на этот счёт. Сейчас, подождите секундочку…
Он начал рыться в карманах одежды и достал скомканный лист бумаги. Хотя мне почему-то казалось, что он просто приставляется, и на самом деле знал инструкцию безо всяких бумажек.
— Вот, тут написано: первый должен быть молодым здоровым мужчиной, воином. А второй… Ничего себе. да тут указана конкретная личность!
  
Повисла тишина. Гонец будто специально тянул время и открыто наслаждался этим.
— Вторым человеком Дин желает получить её.
Он указал пальцем на Риту.
— Ритку⁈ Да ни за что! Не получите вы её, твари! — заорал Миха.
— Успокойся! — рявкнул на него Леонид. Хотя видно было, что он сам весь трясётся и до побеления сжимает кулаки. Он начал расхаживать влево-вправо, хмурясь и размышляя.
Рита отошла назад, затравленно озираясь по сторонам. Похоже, боялась, что её и правда отдадут в качестве залога. И в то же время понимала, что если откажется, то проблемы будут у её маленькой подружки.
Община заголосила, народ начал спорить. Одни пытались торговаться с гонцом, другие требовали отдать Риту и напоминали, что обвинения в убийстве как бы не совсем беспочвенные. Третьи предлагали более радикальное решение — перестать терпеть и взяться за оружие.
Глядя на эту сцену, я чувствовал… омерзение. Одни творят, что хотят, и наслаждаются отчаянием своих жертв, а другие трясутся от страха и думают лишь о том, как обойтись меньшими жертвами. Неужели весь этот мир такой? Неужели он таким и должен быть?
— А чего мы спорим? Давайте бродягу этого отдадим! Рахта, или как там его. Из-за него вся эта каша заварилась! Говорил я, что от этого мутного типа проблемы будут!
— Кстати, а где он?
Действительно, на прежнем месте меня уже не было. Пока все были отвлечены спором, я подошёл к гонцу, выдернул меч из ножен и пронзил ему живот.
— Кха! — Он выплюнул сгусток крови и уставился на торчащее из живота лезвие. Похоже, он и правда был уверен, что его тут никто и пальцем не тронет.
— Рахт, ты какого хрена творишь⁈ — заорал Леонид.
Он подхватил падающее тело бандита, будто это могло того спасти. Но гонец был уже мёртв. Мужик поднял на меня взгляд.
— Ты хоть осознаёшь, что натворил⁈ Теперь точно быть войне!
Я не стал пытаться делать вид, что понимаю их проблемы. Поэтому просто сказал то, что думал:
— Лучший способ заставить зверя сражаться — это загнать его в угол. Знаю это по собственному опыту. Я уже понял, что сами вы ни на что и никогда не решитесь, поэтому решил подтолкнуть события. Развязка вашего конфликта с Дином наступит сегодня, хотите вы того или нет.
— Это не твоё дело! Кто тебе дал право решать за всю общину?
— А кто дал Дину право эту общину кошмарить? — парировал я. — Никто. Не нужны мне никакие права. Я просто сделал то, что посчитал правильным. А вы оказались слишком слабы и нерешительны, чтобы остановить меня. Теперь вам придётся объявить бандитам войну, хотите вы того или нет.
— Да нам ни за что не одолеть банду Дина! — воскликнула какая-то тётка.
— От вас я ничего и не жду, — сказал я. — Но теперь у вас есть я. И так получилось, что мне нужно где-то нафармить восемь сотен фрагментов. Так что у нас общие интересы.
— Громкие слова, — произнёс Леонид. — Но при всём уважении к твоим навыкам, один человек на поле боя ничего не изменит.
Может, так оно и есть. Вот только я — не человек. Пусть я пока не обладаю никакими сверхспособностями: не могу дышать огнём или выращивать из своего тела гранаты (так называлась та взрывающаяся штука). Но всё же я уникален. Моё тело работает по иным правилам. Ночью я долго думал над тем, как извлечь из этого пользу, даже имея лишь базовый набор человеческих органов. И кое-что придумал.
— Как ты сам правильно сказал, я мутный тип, и таю в себе множество секретов. И сегодня один из этих секретов принесёт нам победу, — сказал я. — Говоришь, у них там тоже есть магазин?
  
Глава 8
 
— Скоро дойдём до логова банды, — сказал Леонид, шагавший рядом со мной.
После моей выходки он собрал всех, кто мог держать в руках оружие, и мы отправились на войну с бандитами. Хотя война — слишком громкое слово. Уверен, всё решится одним сражением. Рита и ещё пара девушек тоже были с нами.
Шли в мрачном молчании, лица у всех были обречённые. Похоже, местные были уверены, что проиграют. Вероятность победы они даже не рассматривали, и уже мысленно похоронили себя.
Я и сам не был на сто процентов уверен, что мой план сработает. Но разве бывает иначе? Стопроцентной гарантии не бывает нигде и никогда. Всегда есть риск и шанс провала. Двух дней мне хватило, чтобы понять эту простую истину.
— Может, всё-таки попробуем перевести стрелки на Рахта? — предложил кто-то из воинов. — Отдадим его Дину, объясним, что это он во всём виноват, и пускай бандосы делают с ним, чё хотят. Придётся, конечно, приплатить сверху…
— Нет, не выйдет, — покачал Леонид головой. — То, что он сделал — это уже не просто стычка в руинах. Это нападение на мирного посла. В качестве платы за такое Дин запросит ещё больше наших людей.
— Да сдался ему этот гонец. По-любому самого бесполезного чухана отправили, которого не жалко.
— Дурак ты. Ему не гонец нужен, а община. Он хочет ослабить нас, а потом захватить. Каждая женщина у него в рабстве — это не только развлечение для бандитов, но и потенциальный заложник. А каждый воин — это минус один воин у нас.
— А если приказать этому самому воину втереться в доверие, подобраться к Дину поближе и прикончить? — предложил я. Хоть сейчас и обсуждалась идея продать меня бандитам, но почему-то весь этот разговор меня забавлял.
— Дин не дурак, и не станет так рисковать, — сказал Леонид. — Я уверен, что полученного в рабства воина он сразу убьёт. Получит фрагменты, снаряжение и, как я уже сказал, ослабит нашу общину. Поэтому у нас нет вариантов, кроме как биться насмерть. Мы действительно загнаны в угол.
— Рахт, — обратился ко мне Миха, — так в чём твой план-то состоит? Я так и не понял.
— Не понял, потому что я тебе о нём не рассказывал, — ответил я. — Вам не нужно знать мой план, вам нужно только ему посодействовать.
— Ну чё ты секретничаешь? Расскажи, хуже ведь не станет!
Что рассказать? Что я монстр, и всё это время только прикидывался человеком? Нет уж. Ещё не хватало посеять панику и усилить недоверие к себе.
— Миха, ты чё такой вежливый с Рахтом? — спросил его один из воинов. — Тебе норм, что мы из-за него на смерть идём?
— Так Миха у нас в Ритку влюблён, вот и рад, что её Дину не отдали, — ответил другой.
Раздались смешки, атмосфера стала чуть менее напряжённой.
— Ещё раз: где конкретно находится их магазин? — спросил я.
— В дальней левой части их базы, — ответил Леонид.
— В общем, так. Как только начнётся бой, я сразу прорываюсь вперёд и кричу, что я к магазину — так, чтобы бандиты услышали.
— Да это же самоубийство! За тобой сразу пол-банды ломанётся.
— На это и расчёт.
— Я не пойму, чего тебе от магазина-то надо? Как он тебе поможет?
— Тебя это волновать не должно. Ваша задача — помочь мне разделить вражеские ряды. Нарушить построение, посеять хаос.
— Какой-то бред ты задумал… Но вариантов у нас всё равно нет, будем действовать по-твоему.
Леонид остановился перед перекрёстком.
— За этим поворотом будет логово банды. Они окопались в здании торгового центра. Все подступы заблокированы, так что придётся прорываться через парадный ход. Наше преимущество в том, что Дин не ждёт от нас нападения, и вряд ли позаботился об обороне и ловушках. Так что условия будут плюс-минус равные. Все готовы?
  
Воины кивнули.
— Тогда вперёд!
Мы выбежали из-за угла и всей толпой ломанулись к зданию через дорогу. На дозоре стояли двое патрульных. Правда, один из них спал, а второй не сразу понял, что происходит. А когда понял, растолкал своего товарища и заорал: