Звезды южного неба

— Кев здесь работает кем-то вроде слесаря. На самом деле мы оба вроде как прислуга за все, но нас очень ценят, и нам это нравится. Раньше у нас было свое стадо овец и пастбище, поэтому мы привыкли работать с утра до ночи, а теперь уже трудно остановиться. Там, в шкафу у кровати, есть чистые полотенца, но если вам нужно еще, вы, пожалуйста, скажите.
— Спасибо, Бетти!
Эстелла встала с кровати, чтобы взять полотенца, и в это время в палату вошла Кайли. Одетая в шорты и легкую рубашку без рукавов, завязанную узлом на поясе, девушка выглядела еще моложе, чем в форме медсестры.
— Доброе утро, Бетти! — воскликнула она. — Я только что видела, как по дороге шла Мэри Уангаджери.
— Ох, наконец-то! Надеюсь, она ведет с собой малыша? Ему уже давно пора осмотреть уши.
— Мне показалось, что Мэри захватила с собой всех своих детей, но направлялась в бар, — сказала Кайли. — У нее был очень решительный вид, поэтому, я думаю, она ищет Уилли.
— А скотоводы с пастбища Ганнеда сейчас в городе?
— Да, в городе. Уилли наверняка с ними.
— Я попробую перехватить Мэри, — сказала сестра Бетти. — Ты не подежуришь несколько минут у телефона? Кев еще не пришел, а Сара Томас собиралась позвонить нам, если у малыша Дэниела будет все такая же высокая температура.
— Конечно, подежурю, — кивнула Кайли. — Но будь осторожна, Бетти. Помнишь, что случилось, когда ты прошлый раз вмешалась в ссору Мэри и Уилли?
Бетти Уилсон дотронулась до своей щеки.
— Да, я не забуду пригнуться. Мы еще увидимся, миссис Лофорд, — сказав она уже на пороге.
Кайли повернулась к Эстелле — та немного смутилась, услышав, что сестре Бетти, возможно, придется вмешаться в спор между мужем и женой.
— У Мэри и Уилли бывают споры, — сказала Кайли. — Но вы не волнуйтесь, с Бетти все будет в порядке. Чарли проследит, чтобы ничего не случилось, — она посмотрела на полотенца в руках молодой женщины.
— Я собираюсь принять ванну, но постараюсь экономить воду, — сказала Эстелла. Тут ей в голову пришла одна мысль. — А где я буду брать воду, когда стану жить в доме Росса Купера?
— У нас в каждом доме есть резервуар для сбора дождевой воды. На заднем дворе.
— Но ведь в Кенгуру-кроссинг уже несколько месяцев не было дождя… Разве нет?
— Да, дождей не было. Поэтому воду нам теперь приходится покупать.
— Где?
— Если Диамантина пересыхает, грузовик привозит воду из Гойдерс-Лагун, и мы заливаем свои резервуары. Я не знаю, сколько воды в резервуаре Росса, но скоро мы это выясним.
Через полчаса, когда Эстелла Лофорд вместе с Кайли шла к бывшему дому Росса Купера, она сосчитала дома. В Кенгуру-кроссинг их было пять. Удивительно, но дома стояли довольно далеко друг от друга. К каждому вела своя подъездная дорога — конечно, пыльная — и у каждого был свой указательный столб с испещренной пулевыми отверстиями адресной табличкой, то есть улиц было несколько. Это дало Эстелле основания считать, что в свое время местные жители думали, что их город будет расти.
Дом Росса Купера стоял на Торренс-стрит, которую, как сказала Кайли, назвали так в честь реки, протекающей через штат Аделаида. Здание из бревен и камня было немаленьким по сравнению с другими — совсем небольшими и при дневном свете выглядело несколько обшарпанным.
Размеры дома были единственным, что порадовало Эстеллу. Краска на подоконниках и рамах облезла до такой степени, что было трудно сказать, какого они цвета. Металлическая обшивка на крыше во многих местах покрылась ржавчиной. Эстелла Лофорд попыталась представить себе, что в этом доме будет жить ее ребенок, и очень расстроилась.
А еще она разозлилась на Росса, который не поддерживал дом в надлежащем порядке и не сделал даже самый неотложный ремонт. Сад представлял собой не что иное, как покрытый пылью участок с какими-то высохшими растениями и тем, что когда-то, вероятно, было клумбами.
— Мэм, а какой у вас был дом там, где вы жили раньше? — спросила Кайли.
Эстелла Лофорд даже вздрогнула, услышав этот вопрос, но потом поняла, что Кайли очень мало знает об Англии и уж точно ничего не знает о прекрасных домах в районе Мейфер.
 
— У меня был очень большой дом, Кайли. И чудесный сад, полный разных цветов — роз, колокольчиков, нарциссов и гвоздик.
Девушка нахмурилась.
— Должно быть, вам приходилось много работать, чтобы поддерживать в порядке такой большой дом и сад.
Молодую женщину охватило желание снова увидеть свой дом в Англии, но она знала, что его уже нет — продан за долги. Как Эстелла могла объяснить Кайли, что в Англии есть садовники и домашняя прислуга, и ничего не сказать о том, что она беременна и притом рассталась с мужем? Снова осмотрев дом Росса Купера, Эстелла поняла, что здесь у нее помощницы по хозяйству не будет, и ей вдруг захотелось, чтобы новое жилище было поменьше.
— Это хороший дом, — сказала Кайли, уже стоявшая на веранде. — Его просто нужно немного подремонтировать, но Росс был постоянно занят, — она посмотрела на Эстеллу и по выражению ее лица поняла, о чем думает англичанка. — У Росса Купера на первом месте всегда были его друзья, работа и животные, — сказала она. — Таким уж он был человеком.
Эстелла вспомнила о Джеймсе — поверхностном во всем, эгоистичном и пустом человеке. Мистер Лофорд никогда бы не поставил на первое место интересы своих друзей или пациентов-животных — самым главным для него были его нужды, и даже жена мало что для него значила по сравнению со своей собственной персоной.
— Росс готов был на все для любого человека, — продолжила свою мысль Кайли. — Жена бросила его вскоре после того, как они сюда приехали. Думаю, она не поняла, какой у нее был прекрасный муж.
— Купер рассказывал вам о своей супруге? — спросила Эстелла, почувствовав, как быстро забилось ее сердце.
— Нет. Росс никогда не говорил о себе, но ведь в маленьких городках люди постоянно судачат друг о друге. Я не знаю, что случилось с его женой… Но ей повезло, что у нее был такой муж, как Росс! Он был очень мягким человеком, совсем не таким, как парни в нашем племени. Наши мужчины постоянно бьют своих женщин…
— Боже мой, какой ужас! А их нельзя за это арестовать?
Кайли отрицательно покачала головой.
— По законам аборигенов бить женщину можно, а белые люди не вмешиваются в наши семейные дела.
Эстелла попыталась представить свою мать в доме Росса Купера.
— А может, жена Росса не смогла привыкнуть к жизни в Австралии, ведь здесь она совсем не похожа на то, к чему она привыкла в Лондоне…
— Может быть, и так, мэм.
Собравшись с духом, Эстелла распахнула входную дверь. Ее тут же чуть не сбил с ног ужасный запах — тот самый, от которого молодую женщину едва не стошнило вчера вечером. Сегодня позывов к рвоте, слава Всевышнему, не было. Кайли, захватившая с собой из больницы ведро, швабру и несколько тряпок, последовала за ней.
При дневном свете дом выглядел еще грязнее, но Эстелла была полна решимости навести здесь порядок, даже если это пристанище и станет для нее временным. У молодой женщины не было выбора — к такому грустному, но очевидному выводу она пришла, проснувшись сегодня утром в больнице.
Посмотрев на Эстеллу, Кайли слегка улыбнулась.
— Вы пока откройте все окна, мэм. Я начну уборку с кухни, — сказала она.
— Ох, Кайли, я не могу позволить вам этим заниматься… — и тут Эстелла заметила муравьев, ползавших в раковине, и мух, жужжавших над столом. Тошнота сразу напомнила о себе.
Кайли заметила, как англичанка побледнела.
— Скорее открывайте окна! — скомандовала она.
Эстелла бросилась в комнаты. Она упрекала себя за малодушие, но была не в состоянии вынести вид сгнившей пищи, мух и муравьев… Молодая женщина хотела объяснить Кайли, почему так остро реагирует на запахи и таких в общем-то совсем не страшных насекомых, как муравьи, на которых она обычно и внимания не обращала, но сдержалась. Кайли сама говорила, что люди в маленьких городках любят сплетничать, а этого ей сейчас совсем не хотелось.