Сводные телохранители (СИ)

– Вздумаешь соблазнять моего Райфа – все глаза выцарапаю! Поняла, сучка крашеная!
Я с легким недоумением посмотрела на неё и, нахмурившись, спросила:
– Кто такой Райф?
– Шаман! Так зовут шамана! И он – мой! Заруби себе это на носу! – процедила она сквозь зубы.
А до меня вдруг дошло, что она – человек.
Не знаю, как. Но я это поняла. Эта женщина – человек… невероятно.
– Поняла, я спрашиваю? – подалась она вперед, наставив на меня угрожающе свой палец, как оружие.
– Меня не интересует шаман, как мужчина, – ответила я, и почему-то не сдержалась и добавила: – У меня свой цвет волос, я их не крашу.
– Ну да, конечно, а я – Наполеон, – с неменьшим раздражением, ответила она, – у тебя есть пятнадцать минут на переодевание. Поспеши, Райф не любит, когда опаздывают!
Она развернулась и ушла, а я, постояв еще какое-то время, хмыкнула и начала переодеваться.
После того, как переоделась и посмотрела на себя в зеркало, развеселилась.
В форме медсестры я выглядела еще соблазнительнее, чем в своей обычной одежде, всё из-за того, что короткий халатик обтягивал мои формы, и еще и был полупрозрачным. А моё бесшовное нижнее белье, создавало ощущение, что под халатиком у меня вообще ничего нет.
Хотелось, конечно, выйти так, и даже по-детски показать язык медсестре, но я не стала дурачиться. И переодевшись в свою одежду, просто сверху накинула халат, не став его даже застегивать.
Надев туфли, я отправилась на поиски шамана.
Он оказался в своем кабинете и явно о чем-то спорил с Николасом. Андрианс, как и всегда стоял в стороне и с напряжением следил за мужчинами.
Стоило мне открыть дверь, как все они замолчали и посмотрели в мою сторону.
– Ну что, мы договорились, или…, – спросил шаман.
– Договорились, – недовольным тоном ответил Николас, и уже повернувшись ко мне, сказал: – Ева, мы приедем за тобой к обеду. Клинику не покидать, от Райфа не отходить ни на шаг.
– Хорошо, поняла, – кивнула я.
Мужчины ушли, а мы с шаманом остались наедине. Он задумчиво перевел на меня свой взгляд.
– Чем займемся? – спросила я мужчину.
– Пойдем, проведаем моих пациентов, а заодно проверим твои способности, – сказал он, хлопнув в ладони, и отправился к выходу.
– У вас тут есть стационар? – удивилась я, потому что не видела никаких других людей в клинике.
– Во второй части здания, – ответил мужчина. – И это дети.
Последняя часть для меня была неожиданностью.
Мы прошли до конца коридора, и мужчина уже собрался поднести карту к электронному замку, но перед этим зачем-то повернулся и посмотрев пристально на меня, сказал:
– Будь добра, не удивляйся и веди себя естественно. В другой части здания центр для детей с ограниченными возможностями, все они сироты. Тебя я представлю, как свою временную помощницу.
– Ладно, – оторопело выдохнула я, и зачем-то спросила: – Вам за них государство платит?
– Нет, – ответил мужчина. – Это скорее я плачу государству, за то, что забираю этих детей.
– Как это? – в шоке уставилась я на него.
– Моя программа – официально считается экспериментальной. Поэтому я беру детей из детских домов, за деньги.
– Вы над ними опыты делаете? – осипшим голосом спросила я.
На что мужчина спокойно ответил:
– Те, кому я плачу деньги, считают, что да.
– А на самом деле? – прошептала я, чувствуя, как сдавило мне горло от спазма.
– А на самом деле, ты сейчас увидишь, – ответил мужчина, и открыв дверь, пропустил меня вперед.
Первое, что бросилось в глаза – это яркие краски.
Ощущение было такое, будто я попала в детскую радужную страну.
Стены были раскрашены очень ярко и красочно в разных героев мультфильмов. Кругом стояли клумбы с живыми цветами, куча разных уголков с детскими диванчиками и креслами в виде кошечек, попугаев, слоников и других животных. По среди стоял небольшой круглый бассейн с мягкими игрушками, и горкой, с помощью которой дети, могли прыгать в этот самый бассейн. В разных частях помещения я заметила столики с конструкторами, и прочими детскими развивающими игрушками.
 
– Сейчас все дети завтракают, потом будут играть. За ними присматривают специально отобранные мною оборотни – женщины. Они намного четче ощущают изменение поведения детей. Людям я не доверяю.
– А как же ваша медсестра? – не удержалась я от вопроса.
На что шаман пожал плечами:
– Девочка попала ко мне еще в детском возрасте, я не мог её бросить, потому что пообещал её приемному отцу.
– Она уже давно не девочка, – ответила я на автомате, продолжая во все глаза рассматривать комнату моей мечты, и заметив то, что канючила у мамы несколько лет, не сдержавшись, воскликнула: – Боже, это настоящий детский магазин?
– Тут их несколько, чтобы дети не ссорились, и могли спокойно играть во всё, что душа пожелает. С рождения они были лишены не только возможности нормально ходить, слышать, видеть, но и элементарных игрушек. Поэтому я решила приобрести для них как можно больше. Чтобы они не чувствовали хотя бы в этом ограничений.
– Сколько у вас детей? – оглядываясь по сторонам, поинтересовалась я.
– Не так много, как мне хотелось бы, – печально вздохнул мужчина. – Всего десять человек. Программу я открыл всего два года назад. Но, с другой стороны, это даже хорошо, как оказалось, не все люди алчны, и есть те, которые готовы встать грудью за своих детей, даже, если они им не родные.
– А эти десять? – спросила я.
– А вот их я забрал у очень нехороших людей, – хмуро ответил мужчина. – Но можешь не переживать, они уже не занимают свои должности.
– Почему вы этим занимаетесь? – посмотрела я ему пристально в глаза.
– Потому что могу, – спокойно ответил мужчина, и я не почувствовала в нем фальши.
И это был такой простой ответ на один из, казалось бы, самых сложных вопросов – «Потому что могу». Не было никакой прочувственной речи, о какой-то либо великой цели, просто он мог это сделать и поэтому делал. Всё.
Прозвенел мелодичный звон, и я услышала детские голоса, и быстрый топот маленьких ножек.
Открылись двустворчатые двери с другой стороны, и малыши начали выходить.
Моё сердце сжалось, когда я увидела пару ребятишек на колясках, остальные же шли своими ножками. Но не все могли видеть.
Вместе с детьми вышли трое оборотней – женщин.
Я сразу ощутила их звериную ауру, но мне показалась она на удивление не враждебной, и какой-то знакомой.
– Омеги? – в шоке, спустя несколько мгновений, спросила я вслух.
– Они самые, – ответил мужчина, и улыбнувшись, расставил руки в разные стороны, когда дети, заметив его, побежали с улыбками на лице и счастливыми возгласами: «Дядя Райф!», обниматься.
В этот момент я окончательно растерялась, даже не представляя, как реагировать на женщин – омег.
Вопросов в моей голове было очень много, но сейчас дети так громко гомонили, и каждый на перебой пытался обнять за ноги шамана, и рассказать ему что-то, что я не представляла, когда смогу их задать.
Заметила в стороне стоящую девочку лет пяти.
Она спряталась за колонной, и с завистью выглядывала оттуда на кучку из детей, облепивших шамана. Но подходить не решалась.
Я решила подойти ближе, но малышка кинулась от меня бежать.
– Это Мая, она у нас стеснительная, и к новеньким всегда относится с опаской, – подошла ко мне одна из девушек, и приветливо улыбнувшись, добавила: – Меня Света зовут, а тебя, как?
– Ева, – ответила я, и тоже не сдержавшись, улыбнулась.
Просто тяжело было не улыбнуться ей в ответ. Казалось, будто девушка источает внутренний свет и дружелюбие.
– Добро пожаловать в наш коллектив, Ева, надеюсь мы сработаемся, – сказала еще одна из девушек, она подошла ближе, и представилась: – Меня зову Маша.
– А меня Катя, – ответила третья, и добавила: – Хорошо, что Райф прислушался, и взял еще одну помощницу, а то мы тут зашиваемся уже.
– Она будет работать, только до обеда, и временно, – ответил шаман, – подходя к нам ближе, и держа на руках милого карапуза лет шести. А я заметила, что у ребенка, что-то не так было с ногами. Кажется, это были протезы!