Сводные телохранители (СИ)

И грохот, прямо рядом со мной.
Медленно обернулась и увидела, что Адрианс лежит у моих ног, и ковыряется пальцами в ране на плече, а плотник валяется безвольной куклой у стены. Причем его руки и ноги очень неестественно вывернуты, глаза смотрят куда-то вдаль и их застилает белесой дымкой.
– Что? – пискнула я, не понимая, что произошло.
– Этот пи**р, в тебя стрелял, – зло процедил Адрианс, – пришлось прыгать и ловить твою пулю.
Я заметила, что на его лбу появились капельки пота. Из раны он вытащил пулю и бросил её на пол, а затем, начал заваливаться на бок.
– Адрианс? – прошептала я.
– Какая-то… нездоровая… херня, – отрывисто прошептал мужчина. – Так не должно бы…
Последнее слово он не договорил, и потерял сознание.
Я какое-то время еще постояла в ступоре смотря на него, а затем ринулась приводить в чувства.
Адрианс дышал, и пульс у него был. Может просто сознание от боли потерял?
Крови из раны натекло очень много, и я, взяв пояс своего халата, решила временно наложить что-то типа жгута.
Я, конечно, тот еще медик, но дядя Игорь мне кое-что рассказывал, и хотя бы кровь остановить я могла.
А затем рванула в ванную, искать аптечку.
К счастью, та быстро нашлась, в полочке над раковиной.
Вернулась к Адриансу, убрала самопальный жгут, пропитавшийся кровью, вытащила перекись водорода и вылила её прямо на рану. В аптечке оказались иголка с ниткой, и я, хмыкнув, и вспомнив, что еще ночью Адрианс шил меня, приступила к шитью. При этом не забыв продезинфицировать нитки, иголку и руки.
Затем приложила к ране побольше стерильных салфеток, туго перебинтовала, и еще и сверху затянула поясом.
Мужчина в себя так и не приходил.
Что странно.
Я думала, раз он оборотень, то для него эта рана плевая?
Но нет, что-то явно было не так.
Под глазами у Адрианса образовались темные круги, на коже выступила испарина.
Я вернулась в его комнату, взяла одеяло с подушкой, и пошла укладывать мужчину поудобнее. Не нравилось мне, что он полуголый на холодном полу лежит, еще и раненый.
Постелила на пол рядом с ним одеяло, кое-как перекатила на него, и подушку под голову положила. Опять сбегала в комнату, взяла простыню, и вернувшись еще и простыней укрыла.
Но мне показалось, что этого недостаточно и я сбегала еще в свою комнату, взяла там одеяло, и еще им укрыла.
А что делать дальше, я не представляла.
По идее надо звонить Николасу с Валдисом, но как? У меня же нет телефона… Да если бы и был, номеров я их не знаю.
Остается ждать, когда Адрианс очнётся.
Сев рядом я пыталась понять, что делать дальше, а заодно рылась в аптечке.
К сожалению, больше ничего интересного в ней не нашла.
Даже антибиотиков не было! Или хотя бы того обезболивающего, которым он меня колол, когда руку зашивал.
Вскоре я заметила, что у Адрианса лицо стало краснеть. Осторожно потрогала его лоб и поняла, что он просто горит!
– Черт! – вскрикнула я, понимая, что кажется зря укрыла и перегрела мужчину.
Раскрыла его, и пошла обратно в комнату. Решила взять какую-нибудь ткань, чтобы намочить холодной водой и сделать ему компресс, а заодно обтереть засыхающую кровь.
Я надеялась, что регенерация Адрианса сработает и он очнется, а он так и продолжал лежать в отключке.
В шкафу нашла полотенца и стопочку черных футболок. Скинула халат, надела футболку, мне она как платье была, а затем взяла одно из полотенец сходила в ванную намочила его в холодной воде и вернувшись начала вытирать тело мужчины.
Я помню, у меня одна подруга рассказывала, как ей врач сгонял температуру. Очень уж высокая была. Я тогда еще удивилась, и запомнила.
Вот и решила также сделать.
А заодно кровь стереть.
В итоге пришлось несколько раз ходить, мочить полотенце, потому что оно быстро становилось теплым, и опять вытирать мужчину.
Не знаю, сколько раз я так сбегала.
Под конец вообще ног не чувствовала.
И когда поняла, что вроде бы температура стала нормальной, села рядом, а затем и вовсе прилегла под бочок Адриансу и уснула.
А очнулась от того, что кто-то дверь входную начал открывать.
 
Я схватилась за пистолет, лежащий неподалеку, и закрыв своим телом Адрианса наставила пистолет на вход.
Руки тряслись, и я не знала, смогу ли вообще попасть, а когда увидела шокированный взгляд Николаса, выдохнула от облегчения.
– Ева? Что случилось? – спросил он, быстро подходя к нам.
– Адрианс, – прошептала я, понимая, что устала, настолько, что даже сил не хватает, чтобы говорить. – Его ранили, вот этот, – я махнула рукой на так и валяющийся труп плотника. – Он в меня стрелял, а Адрианс меня прикрыл. Пулю он вытащил, а сам сознание потерял.
Пока я говорила, Николас быстро начал обследовать брата.
А заодно уточнять у меня детали его лечения.
Я на автомате рассказывала, а Николас с каждым моим словом, только сильнее и сильнее хмурился.
– Что-то не так? Я не правильно, что-то делала? – спросила я с тревогой рассматривая Адрианса.
– Ты всё правильно делала, малышка, и даже больше, – ответил Валдис, вместо брата, который тоже прошел и стоял рядом, а я его даже не заметила, как он так тихо-то? – Просто мы не понимаем, почему у Адрианса так долго не заживает рана.
– Давай перенесем его на кровать, – сказал Николас, и они вместе с Валдисом подхватили его за одеяло, и в пару мгновений переместили на кровать.
А я чувствовала такое сильное опустошение, что сил уже вообще ни на что не хватало. Разве что за косяк дверной держаться и смотреть, как Николас уже более профессионально осматривает брата, а Валдис в это время изучает труп плотника.
– Ева, – он подошел ко мне, и подхватил на руки, – идем я отнесу тебя в постель, – сказал мужчина.
– Там одеяла нет, – вспомнила я.
– Сейчас принесу тебе, – ответил Валдис и проходя мимо двери, заметил, что с замок сломан.
– А что тут произошло? – хмуро спросил он меня.
Я же с шумом выдохнула.
Почему-то стыдно было рассказывать о случившемся, но Валдис стоял возле двери и молча сверлил меня взглядом.
– Это Адрианс, он выбил дверь, и я сама его спровоцировал! – спешно добавила, так как заметила, что радужка мужчины начала желтеть и расширяться заполняя белок, а зрачки уменьшаться в маленькую точку.
– И чем же? – спросил он, обманчиво спокойным голосом, проходя в комнату, и принюхиваясь.
А я начала краснеть, вспомнив, чем мы тут с Адриансом занимались не так давно. По коже поползли мурашки.
Валдис прошел в комнату, уложил меня в постель и навис сверху, прикрыл глаза, и с шумом вдохнул воздух, витающий вокруг.
Затем резко открыл глаза, и я еле сдержалась, чтобы не отшатнуться. Его глаза пульсировали, а черты лица словно поплыли. Верхняя губа начала приподниматься, а из-под неё полезли клыки.
– Валдис, – прошептала я, и медленно поднесла ладонь к его щеке, так же очень медленно прикоснулась, но мужчина никак не отреагировал, и я несмело его погладила.
Почему-то сейчас мне казалось правильным успокоить его.
– Не надо больше никаких драк и конфликтов. На моих глазах и так уже человека убили, который пытался убить меня. Я просто с ума сойду, если нечто подобное еще раз увижу. Я очень тебя прошу, – прошептала я, стараясь вложить в свой голос, как можно больше мольбы.
И, что удивительно, подействовало.
Верхняя губа мужчины опустилась, клыки исчезли, а глаза стали самыми обычными – карими, человеческими.
– Я принесу тебя одеяло, – сказал он отрывисто, и исчез.
А я всё никак не могла привыкнуть к их сумасшедшей скорости. Они ведь умели и медленно ходить, но иногда вот так вот передвигались, что ощущение создавалось, что они просто исчезали.
Я попыталась вспомнить, было ли так в нашей стае, но, возможно я была слишком маленькой, чтобы обращать на это внимание. А может мне казалось это естественным?
Отстраненные мысли помогли мне немного успокоиться.