Каникулы бога Рандома 3 (СИ)

— Я могу вам показать, что там происходит, — сказал я и полез за смартфоном. — Но прежде должен предупредить, что люди — это не орки. У них своя реакция. Причиняя своё добро, вы превращаете взрослых уравновешенных людей в абсолютных эгоистов, которым присущ повышенный инфантилизм и немотивированная агрессия в случае любого противодействия им. Поэтому я и говорю, что это нужно закончить. Потому что получается, что ваши слова ничего не стоят и вы сами ухудшаете ситуацию.
— Это всё неправда! — вскипела глава фей и даже вскочила на ноги, но тут же тяжело опустилась обратно. — Вы всё врёте! Все обычно ложатся спать! Так устроена наша пыльца. Мы испокон веков используем эту тактику превентивной защиты! На ней и только на ней завязано наше выживание!
В общем-то я оказался перед выбором. Я мог пойти по пути шантажа, но совершенно не знал, куда он меня может привести. Но был и ещё один путь. Перед тем, как сказать, что их остров вполне могут разбомбить, я решил попробовать второй вариант.
— Я не хочу с вами спорить из уважения к вашим сединам, — проговорил я и не удержался, чтобы добавить: — Правда, не всегда мудрость приходит с годами, иногда годы приходят одни. Только вот я предлагаю вам сделку. Вы прекращаете сыпать на нас своей дрянью, изменяющей сознание.
— А вы? — она ещё больше сморщила своё маленькое личико. — Что можете нам дать вы?
— А я верну ваш осколок обратно в родной мир, — ответил я, после чего стал наблюдать невероятный мимический танец, который даже сложно передать.
Сначала расширились глаза главы фей, затем открылся рот. Потом она попробовала встать, а морщины на лице почти полностью разгладились. А затем в уголках глаз блеснули слёзы. И ещё множество всяких эмоций между тем.
— Зачем? — наконец, тихо спросила она. — Зачем вы обманываете меня? Да и с чего вы взяли, что он всё ещё существует?
А вот тут, надо признать, я сплоховал. Хотя, полагаю, всё-таки их мир существовал. После ремонта он, конечно, кое-кого недосчитался, но если этот осколок до сих пор жив…
— Я видел вашу историю по пути сюда, — мне показалось, что проще будет зайти с этой стороны. — Знаю, откуда взялся этот остров, и полагаю, что смогу доставить вас обратно.
— Но это невозможно, — прошептала седая фея с ссохшимися крыльями. — Никто, кроме самих фей, не может видеть того, что начертано на стенах. А ты слишком большой для фея, да и крыльев у тебя нет.
— Что? — я с невинным видом оглянулся себе за спину. — А, дык, это весенняя линька. Отрастут к осени. А рост — от пыльцы вашей мутировал.
В какой-то момент мне показалось, что вместо разрядки атмосферы, я добился совершенно противоположного результата. Глава фей хмурилась, охрана плотнее сдвинула ряды. Но вдруг седая чародейка поняла, что я шучу, морщины на лице разгладились, и она захохотала во весь голос.
Когда она успокоилась, я постарался объясниться. Правда, теперь это было сделать сложнее.
— Всё дело в том, что я лишь опосредованно отношусь к людям внизу. На самом деле я — бог, — ну всё, после слов о крыльях, она меня точно засмеёт. — И я, правда, могу вас вернуть.
— Я тебе не верю, — ответила на это старая фея. — Яви какое-нибудь простое чудо, — она развела руками.
Я подумал, что мог бы превратить воду в самогон Оралика, но потом решил, что, кроме самого инкуба, это никому не под силу, даже высшим богам.
— Клянусь собственной сущностью, — громко произнёс я, подняв ладонь правой руки. — В том, что я бог — Рандом и могу вернуть вас в ваш мир.
Громовой раскат, словно от далёкой грозы последовал сразу за моими словами, и сросшиеся крылья старой феи затрепетали.
И в этот момент из коридора с криками вылетели ещё две феечки.
— Госпожа Фрея! Там последняя картина появилась!
— Что? — я видел, что последняя краска сошла с лица крохотной женщины. — Это конец?
— Мы не понимаем, — ответили ей, — посмотрите сами.
Старую фею понесли в коридор прямо в её троне. А я пошёл следом. В коридоре частично отсутствовал потолок, открывая голубое небо, а под ним… То, что мы увидели там, где было последнее место для изображения, заставило меня расхохотаться. Я оценил чувство юмора вселенной.
 
На движущейся картине я тащил на привязи летающий остров к его родной планете.
— Бурлаки на Волге, — пробурчал я себе под нос, вспоминая картинную галерею Строганова.
— Кажется, это не конец света, — пробормотала глава фей и обернулась ко мне. — Кажется, у нас в гостях действительно бог. Прекращайте распыление пыльцы и готовьте бал!
— А мне объясните, почему это так важно? — попросил я, потому что не совсем понимал столь резкую перемену.
— Это почему мы раньше такие вредные-то были, — ответила мне седая фея. — Мы думали, что последняя картина ознаменует наш личный конец света, поэтому пытались всячески оттянуть его. Ну там конец времён, апокалипсис и вот это вот всё. А оказалось, что в этой последней картине описано наше спасение и воссоединение с остальным народом.
— И этого оказалось достаточно? — удивился я.
— А ещё там в самом низу ваша клятва, — усмехнулась фея. — Стена подтвердила ваши слова, так что милости просим.
Он протянула свою ладонь мне, и я аккуратно пожал её двумя пальчиками.
«Рандом! Опасность! — вскричал вдруг Игорь, словно ошпаренный, и я поднял глаза, увидев всё одновременно с тем, как Туманов озвучил: — Крылатая ракета!»
  
Глава 12
 
Гагарин понимал, что ситуация вот-вот может выйти из-под контроля. Дело в том, что летающий остров недалеко от столицы — это уже угроза национальной безопасности. А, учитывая, что из-за воздействия, оказывающегося с него, тысячи людей потеряли человеческий облик, и вовсе превращало его в объект, подлежащий уничтожению.
Император уже дал согласие, поэтому произойти всё могло в любую секунду. Но допустить этого было нельзя, в связи с тем, что на острове находился Туманов. Недолго думая, Алексей достал телефон и набрал номер, который был далеко не у всех министров.
— Андрей Васильевич? — скорее, для протокола спросил Гагарин.
— Слушаю тебя, — проговорил император. — Снова что-то срочное?
— Да, — Алексей, как обычно, говорил чётко и коротко, стараясь уложить мысли в самые понятные и доступные конструкции. — Необходимо отозвать согласие на бомбардировку острова.
— Это ещё почему? — поинтересовался монарх, но голос его дрогнул, он понимал, что его собеседник по пустякам звонить не будет. — Новые обстоятельства?
— Туманов, — ответил Гагарин, словно одно это слово уже объясняло всё. — Уже находится на острове и пытается договориться о прекращении воздействия.
Алексей услышал, как император отдал соответствующий приказ не сбивать остров. Но при этом он не отключался, значит, хотел услышать что-то ещё.
— Скажи мне, Алексей, — тихо проговорил император, когда закончил раздавать приказы, — тебе не кажется странным, что уже третье сопряжение миров, и каждый раз рядом оказывается Туманов? Может это как-то быть связано с тем, что мы недавно выяснили?
— Думаю, что напрямую, — без обиняков ответил Гагарин, глядя на парящий вдалеке кусок планеты. — Но как именно, сказать не могу. Одно знаю наверняка, что он сам к этому отношения не имеет. Не он призывает все эти события, а они следуют за ним. Наверное, так.
— Это странно, — сказал монарх. — Очень странно. Но не верить тебе у меня поводов нет. Продолжай наблюдение.
С этими словами он отключился. Алексей убрал телефон во внутренний карман, а когда достал его, то застыл с раскрытым ртом. Прямо на его глазах к летающему острову подлетела крылатая ракета. Затем вторая. Первая скрылась из поля зрения, а затем раздался взрыв, и клубы пыли закрыли всё от лишних глаз.
— Нам всем пи… — едва слышно проговорил Гагарин. — Сына ему не уберегли, а теперь ещё и внука.
* * *
С того места, где мы стояли, открывался шикарный обзор на конец света. Мы должны были наблюдать, как крылатая ракета врежется в основание горы, и всё разлетится на многие тысячи осколков. Как говорится, история циклична.