Каникулы бога Рандома 3 (СИ)

А сзади кто-то ещё громче закричал:
— Призывайте горгулью!
Мне трудно было сориентироваться, потому что голова буквально раскалывалась от их писка, близкого к ультразвуку. Но тут раздался пронзительный свист, резкий, как удар лезвием по ушам. И прямо перед нами появилась каменная птичка размером с вертолёт. Хотя нет, не птичка. Горгулья. Уродливая и тёмная. Чем они её только кормят?
Ещё раз оглушительно свистнув, она ринулась на нас и легко столкнула с края острова в бездну всех троих. Оралиус из последних сил попробовал расправить крылья, но у него ничего не получилось, и мы камнем полетели вниз.
  
Глава 10
 
Огромное каменное создание, больше похожее на результат шального адюльтера птицы с троллем, лежало на каменном плато, свесив голову с обрыва. Ветерок прекрасно обдувал ему морду, отчего создание жмурилось от удовольствия, но с таким выражением, будто мучилось от жесточайшего бодуна.
— Сука! Дай только вернуться! — бурчала горгулья себе под нос. — Я тебе перед разводом хер в такой узел завяжу, что никакой Гордий не развяжет и не разрубит! Значит, как миры исследовать для попаданий да хвастаться перед друзьями гибкостью эльфиек, страстностью дроу, бдсм с вампиршами, так это у нас работа называется, кобелина проклятый! А как я разок сходила в отместку, так меня сразу в каменную горгулью засунул? Козлина ревнивая! Буэээ!
Голова снова свесилась с края острова, исторгая из себя куски чего-то зелёного.
— Тварь! Ну, хоть бы в эльфийку засунул! Знает же, что я вида крови не переношу, так нет же… Ещё и орки эти проклятые! Сказала же им, идите на хер! Нет! А эта… — горгулья натурально всплакнула, пустив слезу размером с орочий кулак, — а эта их жрать давай без разбору, рвать да заглатывать! Она нажралась, а у меня теперь несварение! Ещё и зубочистки их топорные из пасти торчат, чешутся, сука-а-а-а!
Горгулья с трудом поднялась и поковыляла к небольшому озерцу, что располагалось недалеко от её гнезда. Выпив несколько жадных глотков, она снова опустила голову набок и накрыла себя крыльями, жалея.
— А у меня диета накрылась! Фрукты, овощи, злаковые! А эта… противится! Кето-диету ей подавай. Ну почему, почему я прогуливала уроки по подселению и примирению с душами? Сейчас бы были подружками, болтали… А она… Только и помогла, когда орки припёрлись! И то не мне, а малявкам этим! — горгулья вытерла несуществующие сопли крылом и шмыгнула носом. — Да как они вообще посмели меня на выселки отправить, ни удобств, ни туалета нормального! Под кустики ходи! Я им кто? Баранов тянут своих, даже не свежуют, прям со шкурой! А я — богиня! Ну, муженёк! Я тебе это «свадебное попадалово» так припомню, мало не покажется!
Горгулья всё больше распалялась, расхаживая из стороны в сторону по берегу озера. Искупаться хотелось просто неимоверно, но брезгливость не позволяла завалиться в озеро, ведь другого источника для питья не было.
— Как же я не доглядела? Казался ведь таким весёлым! Жизнь — сплошное приключение! Попадай куда хочешь и в кого хочешь! А он… Не-е-ет! Я ему не только хер в макраме заплету, я ему такое благословение устрою, чтоб у него бабы только по праздникам давали и то страшные, как адептки Ужоснаха! Я уж постараюсь и соберу по всем мирам мамаш всех баб им перетраханных, чтоб мозг ему клевали! Да я…
Внезапно сработала сирена, сообщающая о нарушении периметра острова, а следом послышался истошный визг:
— Орки! Орки прорвались!
Горгулья сорвалась с места, расправляя крылья и выпуская когти.
«Пожалуйста, милая, — просила богиня владелицу тела, — не жри их, умоляю! Я не выдержу! У меня и так изжога от их доспехов! Просто скидывай на землю, пожа-а-алу-у-уйста-а-а!»
Забиваясь в самый дальний уголок сознания горгульи, богиня приготовилась зажмуриться, чтобы не видеть очередной кровавой расправы. Горгулья была последним рубежом обороны фей, и её призывали только в самых отчаянных случаях.
Уже пикируя с высоты на зелёную клыкастую фигуру, Лаки с удивлением отметила, что на этот раз на остров попала нетипичная орчанка без доспехов и с выкрашенными в розовый цвет клыками. Правда, пришлось признать, что горгулья всё-таки сжалилась над богиней и решила не жрать врагов, а скинуть с острова, как и просила Лаки.
 
Отправляя в полёт прорвавшихся на остров врагов, богиня вдруг поняла, что лицо спутника орчанки показалось ей знакомым.
«Ранди? Или нет? У него же ссылка закончилась? Или у них тоже Дзен знает, что творится?»
— Эй, подруга! Ну-ка посторонись! — Лаки решительно перехватила управление телом горгульи, изо всех сил отодвигая сопротивляющуюся душу на задворки. — Как тут у тебя падать камнем⁈ Это свои! Ловить их надо! Если словим, они помогут меня из тебя убрать насовсем!
Горгулья думала меньше мгновения и ринулась вниз с края пропасти. Очень уж ей хотелось избавиться от наглой подселенки.
* * *
Самое поганое в свободном падении — это стремительно приближающаяся земля. Именно этот вид, а ещё осознание, что за спиной отсутствует парашют, напрочь сбивали со всех остальных мыслей. А они были очень нужны, чтобы спастись.
Оралиус падал рядом. Он настолько вымотался, что закрыл глаза и даже не пытался раскрыть крылья. Судя по всему, смерть для него сейчас была самым желанным выходом из ситуации.
Силикона что-то пыталась сделать, вот только благодать она всю потратила ещё во время подъёма. Как и я. Нет, какие-то крохи остались, но хватит ли их на батут на месте падения? Я не знал.
И тут сверху снова раздался свист, а затем клёкот.
«Эта горгулья, кажется, решила не удовлетворяться тем, что столкнула нас вниз, — пронеслось у меня в голове. — Теперь она захотела нас сожрать».
Но, видимо, я просто не знал повадок подобных тварей. Горгулья подхватила всех нас троих и принялась усиленно работать крыльями. Мы с Ораликом оказались в одной её лапе, а Силикона в другой.
— Как ты думаешь, нас сразу съедят или сначала прожуют, а затем передадут птенцам? — спросила Силикона, словно пыталась пошутить.
У нас появилось некоторое чувство эйфории, так как удалось избежать немедленной смерти, но перспективы всё равно были не радужными.
— Тебя съедят первой, — отозвался Оралиус, и я подумал, что он просто хотел в тон ответить, но только у него не вышло, и получилось грубовато. — Ты фигуристая и цветом, как огуречик.
— Зато твоими рогами в зубах удобно ковыряться, — богиня в долгу не осталась; она явно хотела добавить что-то обидное, но сдержалась, понимая, что сейчас всем нелегко. — Как думаете, она разумна? Может, стоит с ней пообщаться, а? Рандом?
— Рандом?
Мы сначала даже не поняли, откуда это раздалось, и я на автомате ответил:
— Воистину Рандом.
И только потом понял, что мы только что слышали голос самой горгульи. Хриплый, скрипучий, словно с нами разговаривает Баба Яга. И ещё я понял, что нас едва не выронили из когтей от неожиданности.
— А мы разве знакомы? — поинтересовался я, когда риск быть выпущенным из когтей снизился до минимума. — Я просто не помню, чтобы мы…
— То есть, как на моей свадьбе приставать, так прекрасно помнил, а теперь, значит, забыл? Может быть, мне тебя отпустить полетать? Мозги и память освежить? — спросила она и расхохоталась просто-таки демонически.
— Дамочка, — сказал я, рискуя, но всё-таки не в силах удержаться, — при всём моём уважении, я столько не выпью, чтобы приставать к столь… фактурной особе.
Горгулья промолчала. Судя по всему, едва удержалась от того, чтобы не отправить меня в свободный полёт. Зато вмешалась Силикона.
— Ранди, ты чего, не узнал её, что ли? Это же Лаки, только в хрен пойми каком обличии! — орчанка, сказав это, расхохоталась. — Вот это тебя помотало, конечно. Где ж твоя собственная удача, Лаки?
— А ты ещё кто? — рыкнула та, но с осторожностью, понимая, что внутри зелёного тела тоже кто-то из своих.
— Силикона я. Чай, не узнала, подруга? — снова рассмеялась та.