Сладкие папики (ЛП)

Я понимал. Черт побери, все понимал. Продажи — это карьера, основанная на производительности, поэтому давление постоянно нарастает и заполняет вас. Я всегда был честолюбив и всецело поглощен тем, чтобы возглавить таблицу лидеров, заключая более крупные сделки, лучшие сделки, находя более впечатляющих клиентов.
Но в последние дни Кэтти казалась совсем другой. Беззаботная девушка, потрясшая нас своей легкой деревенской улыбкой на лице, не была той, которая сидела сейчас в моей машине. Эта Кэтти была твердая и решительная, охваченная желанием победить.
Она менялась у меня на глазах, жертвовала регулярными поездками к Самсону, чтобы я послушал записи ее звонков и нашел дыры в ее разговорах.
«Я хочу улучшиться, — говорила она. — Какой смысл отдавать меньше, чем все? Какой смысл не стремиться к вершине?»
Это я тоже понимал.
И все же, несмотря на сходство, я не мог избавиться от чувства утраты, так сказать, потери некого налета невинности. Не мог избавиться от ощущения, что моя учебная программа украла солнечный блеск из ее глаз и заменила его тусклостью и мрачностью песка и угольков.
Кэтти была не единственной, кто пострадал. Атмосфера в тренировочном зале была достаточно напряженной, чтобы в любой момент взорваться. В каждом пылала толика огня, каждый гнался за победой.
Даже Верити. Особенно Верити.
Что бы Дэвид ни сказал своей маленькой принцессе, эти слова сделали свое дело. После этого она вела себя тихо и послушно, сфокусировавшись на цели. Еще одни песок и угли.
Я всецело за здоровую конкуренцию, но это ощущалось по-другому, глубже, почти на грани неприятного.
— Сегодня тот самый день, — сказала Кэтти. — Мне хочется поставить галочку рядом со своим именем в этой чертовой таблице лидеров.
— А Верити нет? Разве я не прав?
Она безразлично пожала плечами.
— Почему меня должно волновать, чем занимается Верити?
Но мне не нужно было видеть ее лицо, чтобы понять, что ей не все равно.
— Забудь про галочку в таблице лидеров, — проговорил я. — Просто сосредоточься на человеке на том конце провода. Задавай правильные вопросы, веди беседу. Это все, что тебе нужно сделать.
Она кивнула.
— Само собой, босс.
— Вот это моя девочка.
Я последний раз сжал ее плечи, и она открыла дверцу машины, улыбнувшись мне.
— Сегодня тот самый день, — снова сказала она. — Я чувствую это.
Оказалось, что именно Райан, на которого я изначально делал ставку, поставил первую галочку в таблице лидеров. Он сделал прорывной звонок в середине утра, это оказалось своевременно для разочарованного технического директора, ищущего более глубокого понимания бизнеса. Видел бы он свое лицо, когда подошел к доске победителей и поставил галочку рядом со своим именем. Я был рад за него. Молодой парень, это был его первый реальный шанс на карьеру, получить работу с оплатой выше минимальный зарплаты. Я пожал ему руку и похлопал по спине. У парня был такой вид, будто тот вот-вот расплачется.
Странная закономерность, но все действительно двигается с мертвой точки, как только делается первая отметка. За Райаном последовала другая, умная девочка по имени Лианна, у нее, конечно, меньшая возможность, но хорошая, а затем еще одна — долгосрочная возможность, — заключившая сделку с логистической компанией на севере, обнаруженной нашим старшим стажером, Ником, который работал в технической поддержке с тех пор, как окончил школу.
Пока мы ели рогалики, Кэтти молчала. Я чувствовал, как крутятся шестеренки в ее голове, как в животе у нее скручивается тугая пружина паники.
— Не позволяй этому поглотить тебя, — посоветовал я. — Еще слишком рано судить о чем-либо.
Она уставилась на свою тарелку.
— Мне просто хотелось, чтобы это была я.
— Теперь это будешь ты, это произойдет в любой момент.
Но та не выглядела убежденной.
Кэтти вздохнула, когда мы вернулись в офис.
— А что если я не смогу этого сделать? Это не страховка, Карл. Это тяжело. Сложнее.
— Вот тут и ошибаешься, — возразил я. — Ты ожидаешь, что будет трудно. Из-за этого ты поднимаешь трубку со страхом. Может быть, немного с отчаянием.
 
— А что я могу сделать? — Ее глаза были пронзительны и прекрасны. Они ударили меня прямо в грудь. — А что бы ты сделал?
— Я бы выдохнул. Нашел свою зону. Убедился, что нахожусь в нужном месте, прежде чем делать звонок. А потом поговорил бы и посмотрел к чему это приведет. — Я улыбнулся. — Никакого давления, Кэтти. Давление — это все в твоей голове.
Я отстегнул ремень безопасности, но она опустила руку на мое плечо. Я замер, наблюдая, как та потянулась к приборной панели.
— Не смейся, — попросила Кэтти, и на ее щеках появился румянец.
Я улыбнулся, когда понял, что она собирается сделать.
— Я бы никогда не стал смеяться, — пообещал я. — Никогда.
Она вздохнула и закрыла глаза, услышав вступительные аккорды.
— Ты сделаешь это со мной?
— Всегда, — ответил я и взял ее за руку.
Мы пели тему Рокки на парковке, пока она не захихикала так сильно, что больше не смогла выдавить из себя ни слова, пока ее напряжение не спало, а глаза не заблестели, дыхание не стало прерывистым, но свободным.
А потом моя голубоглазая девочка отлично справилась. Она нашла свою нишу, сделала правильный звонок в нужное время и получила свою галочку в таблице лидеров всего через пять звонков после обеда.
Я не мог быть более гордым.
 
 
К вечеру пятницы половина стажеров уже поставила галочку на доске, а те, у кого ее еще не было, уже были близки к ее получению. Верити была одной из тех, кто вскоре должен ее получить, но рядом с ее именем все еще оставалось пустое место.
Разговоры становились все более оживленными, искусными. Атмосфера вибрировала из-за того, что все стремились к окончательному рывку до конца игры. И Кэтти не стала исключением, она горела, оживлено и плавно ведя разговоры, украдкой поглядывая на часы.
Я думал, что на этой неделе у нас уже появился победитель, когда Райан поставил свою вторую галочку на доске, но оказалось, что поторопил события. Я сидел за его столом, чтобы передать ему основные детали, когда обратил внимание на звонок Кэтти, которая связалась с техническим директором крупного сельскохозяйственного поставщика Уэльса. Я слышал, как все это разыгрывалось — от ее безупречного вступления до веселого и умелого танца расспросов и выстраивания взаимопонимания, и, наконец, заключение сделки.
Я видел, как в ее глазах вспыхнуло возбуждение, как та радостно улыбнулась улыбкой человека, знающего, что тот вышел победителем.
Это взволновало меня.
Опьянило меня.
Заставило сердце у меня в груди бешено заколотиться.
— Я сделала это! — проговорила она, разъединяясь. — Он хочет встретиться! У них выделен бюджет и все такое!
Она выстрелила, как ракета, чтобы поставить вторую галочку, которая переместила ее на первую позицию и отметила как реального соперника. Райан воспринял это как должное, искренне поздравив ее с успехом. От этого он понравился мне еще больше.
Кэтти с трудом сдерживалась, когда я поднялся на ноги, она немного подпрыгнула на месте, сжав руки в победном жесте и вскинув один кулак в воздух. Я сделал к ней шаг, чтобы пожать ей руку, но она полностью проигнорировала это, забыв о нашем окружении достаточно надолго, чтобы обнять меня за шею.
— Я сделала это! — Хриплое хихиканье прозвучало прямо у моего уха.
Я опустил руки на ее талию, чтобы вернуть Кэтти на профессиональную дистанцию. Ее глаза расширились, когда она осознала, что позволила себе фамильярность, и оглянулась на других присутствующих. Но это не имело значения, потому что на нас никто не смотрел.
Все были слишком заняты, глядя на Дэвида Фэверли.