Академия магических секретов. Расправить крылья

– Ты издеваешься? – прошипела я, с трудом поднимаясь. – Ну сколько можно меня травмировать сегодня!
Яркая вспышка, и Эйвин – хм, а что, теперь буду его именно так называть! – тут же обернулся в человека. И бросился ко мне.
– Ушиблась? Прости, сегодня очень трудно совладать с собой.
– Есть большое желание свернуть мне шею? – слабо улыбнулась я, ухватившись за протянутую им руку.
– Глупая, – вздохнул он, резко поднимая меня, и я на мгновение оказалась в его объятьях. Горжусь собой – отстранилась сама, хотя, кажется, Берт был недоволен. И возмутилась:
– Сам ты глупый! Поставь себя на мое место – ты уже третий раз пытаешься нанести мне вред. Полагаю, когда-нибудь тебе удастся отправить меня в Бездну, надеюсь, хоть на могилку цветочков принесешь? Я красные люблю, – подумав, добавила я. – И белые. И…
– Как ты к кактусам относишься? – ехидно спросил дракон.
– Весьма положительно, – парировала я. – Кактус – можно сказать, вторая ипостась Лексы. Ты бы видел, какой кусок оранжереи в замке сестры они занимают. Она плюется, а Даррен еще и иллюзии сверху накладывает… Говорят, эта традиция с Академии пошла.
– Я об этом не знаю, Альяна, – улыбнулся Берт. – Никогда настолько не интересовался их личной жизнью.
Я отряхивала платье, но, услышав его слова, резко выпрямилась.
– Правда? А что у тебя с собственной? – неожиданно вырвалось у меня. – Как тебе Верита?
Берт пожал плечами:
– Смешная. Рассказывает о драконах, иногда такую чушь несет. Держусь из последних сил, чтобы не рассмеяться. Только при чем здесь моя личная жизнь?
У меня глаза на лоб полезли:
– То есть у тебя было много девушек, которые едва ли на колени не лезут?
Он помотал головой:
– Нет, она первая.
Я сжала кулаки:
– И как, приятно?
– Тоже нет.
– Странно, – пробормотала я, но почему-то стало легче на душе.
– Ничего странного, притязания Вериты – это всего лишь притязания Вериты. Я же не напоминаю о твоей личной жизни. Невеста лионского принца и спор ради Адмира – это побило все рекорды, не находишь?
– Не нахожу! – возмутилась я. – Это стечение обстоятельств!
– Извини, как же я сразу не догадался!
Берт фыркнул, схватил меня за руку и потащил к стене. И вот как расценивать этот странный диалог?
Дракон дотронулся до одного из камней, и неожиданно кусок стены отъехал в сторону, открывая проход. Не успела я удивиться, как Берт увлек меня внутрь. Прямо перед нами располагалась крутая лестница, ведущая наверх.
– Это тайный ход, – шепнул Берт, неожиданно склонившись ко мне. – Но у него оказались еще и скрытые свойства.
Он коснулся углубления в стене: очередная каменная дверь отъехала в сторону, и мы увидели узкие темные ступени.
– Ничего себе! – ахнула я. – Откуда тебе известно?
Берт усмехнулся:
– В отличие от некоторых меня никогда не интересовали подробности личной жизни Лексы и Даррена, а вот секреты Академии… А первую дверь я видел сам, в действии.
– Какой ты молодец! – фыркнула я. – И куда же ведут лестницы?
– Одна – в коридор третьего этажа. Вторая – в подземелье.
Я была готова расцеловать Берта за такие ценные сведения, но сдержала себя. Что он там про поцелуи говорил? Но дракон не дал пофилософствовать, отодвинул меня в сторону и первым шагнул на ступеньку. Обернувшись, он протянул руку.
– Держись, Альяна, хоть и знаю об этой дороге, но сам здесь ни разу не был.
Не раздумывая, я двинулась следом. Его пальцы сжимали мои, и меня охватила уверенность, что все будет хорошо. Вот совсем все. А если что-то не будет, то Берт обязательно это решит, и…
Я не заметила, как дракон остановился; прыгала по лестнице дальше и, налетев на него, едва не вскрикнула. Он тут же поймал меня в объятия. Нас окружала темнота, лишь откуда-то сбоку пробивался небольшой луч света.
– Только не кричи, – попросил Берт.
– И не собиралась, – фыркнула я. – Темно, хоть глаз выколи, а ты мог бы и огонь зажечь, знаешь, переломы у меня долго срастаются!
– Не хочу использовать магию, рядом с тобой она ведет себя непредсказуемо, – пояснил он.
 
– Интересно, почему? Тайное желание трансформируется в проявление стихии?
– Аль! Перестань подозревать меня абсолютно во всех грехах!
– А в некоторых можно, да?
– Попробуй, – шепнул он и провел ладонью по моей спине. Меня охватила дрожь, а Эйвин резко отстранился. – Думаю, мы почти пришли.
Я тебя когда-нибудь убью, Берт!
Он снова взял меня за руку, а мне так захотелось вырваться! Но не стала, и правда, чего доброго, ноги переломаю.
Лестница закончилась маленьким коридором, уходящим куда-то вбок. Именно там я заметила неровный свет, словно от очень далекого магического светильника. Но ошиблась – коридор оказался коротким и закончился небольшой нишей с выступом. Дракон отпустил меня и заглянул за выступ.
– На подземелье похоже, но с уверенностью сказать не могу. Рискнем?
Я кивнула, а он неожиданно отстранился и приложил палец к губам. Я не поняла, что случилось, но спустя мгновение услышала чужие голоса, которые становились все громче. Совсем забыла, что слух у дракона на порядок лучше моего. Вот бы мы сейчас попали…
Говорившие быстро приближались. Вскоре стало возможно разобрать даже отдельные слова и узнать, кому они принадлежат.
– Знаешь, Тейлор, это бесчеловечно! – голос профессора Горрейн звенел от возмущения.
– Амалия, ты повторяешься, – обреченно ответил Адмир. О, надо же, я наконец-то узнала, как его зовут.
– Я не устану повторять это и в сотый раз! – Декан факультета зельеварения, кажется, остановилась, и наверняка рядом с нишей, потому что голоса мы слышали очень хорошо. – У Главы Гильдии и Бруни, видимо, крыша поехала, и ты туда же?! Я уже про короля молчу…
– Говори тише, – вяло возразил профессор, и в его голосе сквозила боль.
– Я могу им и в лицо это сказать! С моего факультета не выпускаются убийцы! Или живодеры! Наоборот, целители и те, кто помогает не только магам, но и обычным людям! А вы хотите вырастить жестоких и…
– Амалия! Тебе напомнить о войне?!
– Не беспокойся, я знаю об истерии по поводу нападения на Таррин. Магический вестник напоминает об этом в каждом выпуске! Но новые методы Гильдии считаю недопустимыми! Что же вы только полунайтов используете, соберите обычных людей, загоните в клетку и убивайте! Они ведь тоже пользы Таррину не приносят!
– Перестань…
– Почему? Я тоже имею право высказаться! Вы же моей помощи хотите?
Кажется, мы услышали скрип зубов декана.
– Амалия, если это будешь не ты, они пришлют кого-то из Гильдии…
– Я не против! А участвовать в вашем эксперименте не желаю!
– …и тогда ты потеряешь свою должность.
Леди Горрейн едва не задохнулась от возмущения.
– Знаешь, я думаю, что это будет лучшим выходом! Не желаю участвовать в бойне!
– Я предупрежу своих адептов, что убивать нельзя!
– Тогда какой смысл в этом фарсе? И потом, ты уверен, что они послушаются? У тебя что ни адепт, то сын или дочь кого-то из Гильдии. Злобные и высокомерные! За уничтожение полунайта им ничего не будет, ты даже наказать своих подопечных не сможешь!
– Амалия, пожалуйста… Давай не будем ругаться. Просто оцени их размер для успокоительного зелья, и все.
Мы услышали тяжкий вздох.
– Мы с тобой давно поругались, Тейлор, и теперь понимаю, что не зря. Хорошо, я приготовлю это демоново зелье, потому что любой присланный из Гильдии может полунайтам навредить. Просто так. И ему тоже ничего за это не будет. Он даже не задумается, что надо рассчитать дозу. Какие же вы снобы, сил никаких нет! Но предупреждаю – одна смерть – и я отказываюсь с этим работать и пишу заявление об уходе из Академии. Тебе ясно, Тейлор?
– Более чем.
Послышались удаляющиеся шаги, и мы с Бертом наконец-то отмерли. Кажется, во время разговора старались даже не дышать.
– Кто же это такие? – шепотом спросила я. – И почему их надо успокаивать?