Бездыханные ІІІ (СИ)

Возможно, это было лишь фальшивое спокойствие, возможно, на самом деле каждый из нас сейчас старательно скрывал личные горькие чувства, пытаясь возместить их громкой показательной радостью, но думать об этом, значило вернуться к тому состоянию, что овладевало нами в первую встречу, а этого никто не хотел. Поэтому мы несогласованно решили просто пропустить это обязательное последствие долгой разлуки и перейти сразу к спокойной будничной жизни в семейном кругу.
— Мио, передай, пожалуйста, сито, — бросила мама через плечо, выключая огонь под кастрюлей с макаронами.
— Держи, — я подала ей сито и помогла процедить сквозь него макароны.
Сзади нас послышался возмущенный голос Дейзи.
— Я голодна!
— Потерпи немного, — сказал ей отец. — Сейчас все будет. А пока иди, помой руки.
— Вот что бы, когда я приду, у меня уже была по-о-олная тарелка! — велела она и побежала в сторону ванной.
— Мы оставим тебе целую кастрюлю! — насмешливо выкрикнул ей в след папа.
Русая головка выглянула из-за угла, показала язык, и скрылась обратно.
Через пять минут вся еда была разложена по тарелкам, чай и кофе налиты, и мы вчетвером сели за стол. Первые секунды слышались лишь постукивания вилок об тарелку и звуки жевания.
— Вот же! — нахмурилась мама, поджав губы. — Все-таки недосолила. А тебе как, Мио?
Я вздрогнула, быстро глотнула кусок мяса, имевшего для меня особый вкус, и насилу улыбнулась.
— А по-моему хорошо.
И сунула в рот побольше макарон, чтобы избежать опасных вопросов.
— Все отлично, Джо, — ласково улыбнулся папа матери. — Смотри, как Дейзи за обе щеки уплетает.
Сестренка и правда сейчас была больше похожа на маленького хомячка. Её тарелка уже на половину опустела. Почувствовав на себе взгляды, Дейзи что-то невразумительное, из-за набитого рта, пробурчала, показательно наложила себе на тарелку еще две ложки салата и продолжила свою трапезу.
Когда с едой было покончено, и все принялись за чай, я заговорила:
— Как вам комната наверху? Я вынесла ненужные вещи из шкафов и тумбочек в чулан, так что она полностью в вашем распоряжении. Кровать большая, но если что, на низу есть диван. Кто-то может спать и на нем, пока не купим кроватку для Дейзи.
Мама отпила глоток кофе и, прижавшись щекой к теплой поверхности кружки, ласково улыбнулась.
— Не волнуйся, — произнесла она. — Мы отлично поместимся на одной кровати. Тем более что Дейзи вечно к нам перебирается по ночам, так что еще одна кровать будет лишней. Лучше расскажи нам, как там твоя школа, какие у тебя друзья?
— Все отлично! — Этот вопрос был не опасен, так что я говорила свободно. — Учусь хорошо. У меня отличная школа, сейчас я в выпускном классе. Есть два лучших друга: девушка и парень. Они полные противоположности, но с недавних пор даже начали встречаться.
На последней фразе я засмеялась.
— А ты? — вдруг спросила Дейзи, пристально глядя на меня.
— Что? — я не поняла вопроса.
— У тебя есть эти…  как их…  — она нахмурила свои тонкие бровки, что выдавало сильную работу мысли. — Ну как же их?.. Ро…  романтические…  романтические отношения! Во!
Мама, которая в этот момент решила отхлебнуть еще кофе, тут же подавилась. Отец кашлянул в кулак, скрыв смешок.
— Похоже, кое-кто слишком много времени проводит перед телевизором, — серьезным тоном проговорила мама, утирая губы бумажной салфеткой.
Дейзи возмущенно вспыхнула, поджав губы с такой силой, что на подбородке выступили морщинки.
— Дети растут не по дням, а по часам, — засмеялся папа, глядя на обидевшуюся сестренку. Тут он перевел взгляд на меня и многозначительно поднял бровь. — Но все же она задала очень правильный вопрос.
Я потупила взор, смутившись и начала бесцельно вертеть в руках чашку чая.
— Ну, вроде да, — ответила я тихо и поначалу даже понадеялась, что меня не услышат.
— Вроде? — нахмурилась мама. — То есть это несерьезные отношения?
— Нет, нет, ты что! — быстро возразила я. — Все серьезно, даже очень!
— Насколько серьезно? — спросила мама, лукаво прищурившись.
 
Если бы я не жила до этого одна, то знала бы, что это своеобразная родительская уловка. Но мне это было не известно, поэтому я, сама того не осознавая, начала тараторить все подряд, словно оправдываясь.
— Мы вместе уже год. Я часто бываю у него дома, и в довольно близких отношениях с его родителями, вернее, опекунами: дядей и тетей. Они очень хорошие и заботятся обо мне. А этим летом мы, вместе с его семьей, ехали заграницу. Я впервые выехала из своего штата — это было так чудесно! А еще… 
Я запнулась, увидев заинтересованные и слегка удивленные взгляды родителей. Но это в большинстве касалось отца. Мама была серьезна, но я успела заметить растерянные метания его глаз то вниз, то на меня.
— Ну, ты уже взрослая, — заговорила она старательно спокойным голосом, хотя в начале он немного дрогнул. — Это не странно, что у тебя есть молодой человек, и вы в таких серьезных отношениях…  Просто мы должны привыкнуть к тебе взрослой, вот и все.
Казалось, последними словами она пыталась уверить себя, а не меня. Я это сразу поняла и нежно улыбнулась.
— Не волнуйся, мам. Я довольно серьезно отношусь к понятию «отношения» и делаю выбор, основываясь на мыслях о нашем будущем.
При этом я буквально почувствовала, как внутренняя Мио иронически мне захлопала.
— Ну, раз ты так говоришь… 
Мама тяжело вздохнула, а папа вновь засмеялся, глядя на неё.
— Не волнуйся, Джо. Мио знает себе цену, как и все женщины в роду Лоуренс. Готов поспорить, наш будущий зять толковый парень, если она взглянула в его сторону.
При словах «будущий зять», я нервно засмеялась, а мама лишь тяжелее вздохнула. Дейзи же, не до конца понимая, о чем мы говорим, просто перестала слушать.
* * *
Мы еще долго говорили о том и сём: родители рассказывали об Австралии, я о своей жизни, стараясь избежать грустного и говорить лишь о веселом. Внезапно Дейзи широко и громко зевнула, но, осознав, что это было слишком явно, старательно изобразила выражение максимальной бодрости на лице.
— Все нормл…  нормально! — проговорила она, заметив удивленные взгляды.
— О нет, юная леди, — покачала мама головой, — у тебя уже язык заплетается. — Взглянув на наручные часы, она охнула, — Боже мой, уже так поздно! Все спать, быстро! И никаких «но»!
Если бы сестра не хотела спать, она бы еще долго протестовала, но природным потребностям не возразишь. Я же была расстроена тем, что придется перервать беседу; мне, естественно, спать не хотелось, а рассказы мамы и папы были такими интересными, что я готова была слушать их всю ночь.
Но пришлось повиноваться. Папа пошел укладывать спать Дейзи, а я помогла маме убрать со стола и помыть по суду.
Когда мы остались с ней одни в кухне, между нами повисло неясно откуда взявшееся неловкое молчание.
Мама мыла тарелки, а я вытирала их полотенцем и ставила на место. Мне хотелось с чего-то начать разговор, чтобы перервать это тишину, но на ум ничего не приходило. Наверное, мама тоже чувствовала что-то подобное, так как через минуту заговорила первой.
— Знаешь, когда я встретила твоего отца впервые, он был тем еще хулиганом. Вечно лез в драки, пропускал уроки, ссорился с учителями…  Но был красив, от чего и тщеславен.
Я подняла брови, удивившись такой внезапной теме её рассказа, но внимательно слушала, не перебивая.
— Я увидела его, — продолжала мама, шуруя мочалкой сковородку, — когда перешла в старшую школу. Он был на третьем году, а я лишь на первом. Я была примерной ученицей, воспитанной девочкой; с детства любила читать романы о благородных леди и обаятельных джентльменах. Из-за такого увлечения я все время старалась быть похожей на тех самых леди: держала спину ровно, тренировала изящную походку, отращивала волосы, закручивая концы в легкие кудри, в то время как все девочки вокруг делали сумасшедшие «взрывы» на голове, старясь поспеть за модой. Училась играть на пианино и рисовать, и тому подобное. Это все забирало много времени, но я была довольна, глядя на себя со стороны.