Каратель из погибшего клана (СИ)

— Так он был закрыт, я лично его закрывал на ключ.
— То, что не смог открыть один человек, может открыть другой. Или ты, дядя, думаешь, что мне для этого нужен ключ? Отмычка и пара ловких движений.
— Мы с тётей всё перерыли и никаких документов не нашли. Слушай, Миша, я всё понимаю, что ты зол, что мы хотели продать землю твоего отца. Это нам нужно было сделать из-за огромных долгов. Да, мы, может, и неправильно поступали с тётей… Что свои долги приписали тебе… Наверное, ты из-за этого зол. Но другого варианта нет. Мы это сделали, зная, что на другое ты вряд ли согласишься. Поэтому прошу тебя забыть старые обиды.
  
— И что, я забуду и разрешу вам продать землю? Альберт Константинович, вы ведь теперь не хуже меня знаете, что эта земля больше никому не нужна. Сколько вы рассчитываете за неё получить? С другой стороны, смысл мне с вами иметь какое-то дело? Скоро вся эта собственность станет моей.
Я увидел, как в его глазах блеснула злость. Он нажал на газ, и машина свернула на ещё более просёлочную дорогу. Он гнал быстрее, видимо, хотел уйти от машин и шумной дороги. Видимо, дядя был на пределе, я ждал этого момента.
— Хорошо, давай забудем старые обиды и немного отдохнём. Нам всем нужен отдых, особенно мне. После такого нервного дня… Кстати, твой отец ни разу не брал тебя на охоту. Представляешь, мы с ним вдвоем далеко уходили в лес. Это были незабываемые моменты. Я вообще часто думаю об этом.
— Простите, но у нас с вами не получится забыть старые обиды, — проговорил я, повернувшись к дяде. В моей руке появилась игла, которая могла причинить невероятную боль.
Дядя, крутя руль, повернулся ко мне с удивлённым взглядом.
— Ты про что?
— Я знаю, что вы заказали меня убить двум отморозкам, которых я отправил на тот свет, ещё знаю, что вы украли Веру.
  
Глава 15
 
Дядя резко посмотрел на меня и сжал руль. Сразу стало ясно: он причастен к похищению Веры.
В его глазах не было удивления, которое обычно проявляется, когда обвиняют человека в несовершённом преступлении. Нет, там был настоящий страх разоблачения.
Он сильно напрягся, и я понял, что он способен на любую глупость. Например, резко крутануть руль, чтобы я потерял контроль над ситуацией.
Но я был готов к такому повороту событий. В моей ладони уже была игла.
— Давайте без глупостей, и никто не пострадает. Вы говорите, где держат Веру, проваливаете из моего дома и больше не появляетесь. Я закрою глаза на всё, что вы сделали, — сказал я.
Дядя лихорадочно огляделся. Наверное, искал способ избавиться от меня, но это было бесполезно. Я схватил руль и крикнул:
— Тормози!
Дядя явно не ожидал такого поворота. Он резко нажал на тормоз, и машина остановилась.
— Миша, ты с ума сошёл! Я не воровал Веру! Как тебе вообще могла прийти в голову такая мысль? Убить тебя, своего родного племянника? За кого ты меня принимаешь? — воскликнул он, но я его не слышал.
Дядя перешёл в полное отрицание — это плохой знак. Он пытается прикинуться дурачком.
Со мной шутки плохи. Я не люблю шутить, особенно когда девушка в беде. Поэтому созданная мной игла боли моментально вошла в его колено. На лице дяди отразилась боль.
— Нога, нога! — удивлённо повторил дядя, сжимая колено. Его лицо исказилось от боли, и он посмотрел на меня. Альберт Константинович мгновенно понял, что я — причина его мучений.
Это было видно по его яростному лицу. Ну, ничего, мы продолжим с вами иглоукалывание.
— У меня нет времени слушать ваше враньё. Либо вы сейчас говорите, где Вера, либо вторая нога вообще отнимется.
Его лицо перекосилось от злости. Он понял, что спорить и сопротивляться бессмысленно. Хотя, похоже, у него ещё оставалась надежда.
— Говорите, где Вера! — приказал я.
— Какого чёрта мне нужна эта девчонка? Ты сам подумай!
— Выкуп. Вы поняли, что с теткой вам мои земли не получить. Тогда вы решили содрать деньги с Гудковых, чтобы оплатить свои долги.
Дядя внимательно разглядывал моё лицо, несмотря на боль от иглы. Не знаю, что он пытался там увидеть, каким образом я раскрыл его план? Так это было не сложно.
Потом Альберт Константинович рассмеялся в голос.
— Ты всё это сейчас придумал! Ты, правда, думаешь, что я пойду на такое? Альберт Константинович Строгонов способен на такие мерзкие вещи?!
— Для вас это пустяк. Я слышал ваш разговор с тётей, когда вы рассказывали ей, что заказали меня каким-то отморозкам. И да, если вам интересно, я их убил. Поверьте, если вы будете продолжать строить комедию, я вас тоже прихлопну, и плевать, что вы мой дядя.
— Юноша, это неправда, — проговорил дядя, несмотря на боль, пытаясь найти выход из ситуации.
— Я это уже слышал. У меня нет больше времени. Я готов убить вас прямо сейчас, если вы не скажете, где Вера!
— Я вёз вас к ней, — рассмеялся дядя.
— Что?!
— Да, это я украл Веру ради выкупа. Ты доволен? Слишком уж ты стал смышлёным в последнее время, Михаил Романович. Твой отец гордился бы тобой. Да, я и правда заказал тебя этим идиотам. Хотел ли я тебя убить, Миш? Нет. Поверь, это всё из-за долгов. Я не могу отказаться от игры. Вот долги меня и загнали, что я был вынужден заказать своего племянника. Прости.
— Мне ваши извинения не нужны.
— Слушай я тебе говорю, где находится Вера, а ты мне даешь уйти, — сказал дядя.
— Я согласен, — сказал я, глядя на дядю. На его лице появилась улыбка.
— Ваша Вера дальше по дороге, там тебя ждут. Сколько — не знаю, может, трое, а может, больше. Так что если поедешь на машине, попадешь в засаду.
— Понял, а теперь отдайте мне телефон, — сказал я, протянув руку.
— Зачем? — спросил дядя, непонимающе глядя на меня.
— Живо! — скомандовал я, и аппарат тут же оказался в моих руках.
Я взглянул на лесную дорогу. Значит, вот какой был план: он везёт меня к ним, а дальше они со мной разбираются, а Вера там ждёт выкупа.
— Вон из машины, — сказал я, и дядя, мотнув головой, вышел. Его лицо было переполнено злостью, и вдобавок он хромал. Мне хотелось на прощание запустить иглу, чтобы он рухнул. Ладно, хрен с ним.
Я пересел на водительское место. Память моментально подсказала, как управлять этим аппаратом. Машина тронулась, и я поехал прямо в ловушку к наёмникам. Сейчас я им устрою тёплую встречу.
В боковом зеркале я посмотрел на дядю, провожавшего меня недовольным взглядом. Если честно, он ещё легко отделался. Боль в колене не в счёт. Пусть живёт, всё равно карты его добьют.
Машина неслась по дороге, я думал, как поступить дальше. Первая мысль была — разнести всё это гнездо. Протаранить машиной ворота и остудить горячие головы.
Но от этой идеи пришлось отказаться. Ещё неизвестно, врал мне дядя или нет. Вот я ворвусь, разнесу всё, а там окажутся невиновные люди. Так резко нельзя, надо всё проверить, а потом применять силу.
Поэтому я решил не подъезжать к базе охотников, а припарковаться где-то поблизости и разобраться на месте. Как только замелькали впереди строения, я нажал на тормоз.
Оставив машину на обочине, я огляделся: дорога грунтовая, глухая, ни одной машины. Хорошо, затеряюсь в лесу, приближусь к базе и разузнаю обстановку. С этой мыслью я отправился в лес.
Прогулка по сосновому лесу была полезной. В воздухе стоял хвойный запах, я дышал им полной грудью. Кругом возвышались муравейники и щебетали птицы — красота.
К сожалению, моя прогулка закончилась быстро, когда появились строения: несколько домиков и большой сарай. Похоже на охотничьи домики.
Я прошёл несколько метров, приближаясь к сараю, рядом с которым стоял припаркованный минивэн. Про один минивэн я уже сегодня слышал. Правда, он сгорел на парковке.
Моё любопытство усилилось. Конечно, можно догадаться, что именно в этот минивэн Веру посадили и привезли сюда. Машина достаточно удобна для похищения людей.
Но это лишь моё предположение, мне нужны доказательства. Я тихо пробирался вперёд, пока не услышал смех. Мой взгляд зацепился за двух людей в камуфляжной форме, смеявшихся у костра. Один, видимо, рассказывал анекдот, другой ржал в голос.