Шейх (СИ)

Устроившись на одном из роскошных диванов, прильнув к новоиспеченному мужу, приятно уставшая, я строила планы как наведу уют в этом крыле, сделаю все по своему вкусу. Займусь детской, как только станет известен пол ребенка и можно будет решить в каких тонах все сделать. Если быть откровенной до конца, не могу уже дождаться момента, когда смогу подержать на руках своего малыша. Конечно, Кадир уверял, что для него пол не важен. Но мне хотелось подарить шейху наследника. А потом еще детей, ведь мы оба мечтаем о большой семье.
Вздыхаю от счастья, но этим сразу привлекаю внимание супруга.
- Почему ты вздыхаешь, любимая? Грустишь об отце?
- Нет… я не думаю о неприятных вещах. Только о том, как мы будем счастливы… Если честно, я думала о том, кто у нас родится…
-  Я уже говорил, что это неважно.
- Я лишь надеюсь, что все, что касается нашей совместной жизни, мы будем решать вместе, - признаюсь робко.
Подбородок шейха дрогнул, глаза сверкнули.
- Это даже не обсуждается, дорогая. Все будет как ты пожелаешь. Я хочу исполнить все твои мечты. Расскажи мне о них.
-  Я мечтаю, что родится мальчик, надеюсь, мы воспитаем его хорошим человеком. Что он будет очень счастлив, что будет расти в окружении любви и доброты.
Увидев горящий взгляд Кадира, у меня появляется ощущение, что сердце выскочит из груди. 
- Я люблю тебя, моя прекрасная жена, - произносит он проникновенно.
- Я тоже люблю тебя. И последую за тобой туда, куда поведет нас судьба… - у меня перехватывает дыхание от глубины взгляда, в котором читаю бескрайнюю любовь и обожание.
- Кадир… - пытаюсь еще что‑то добавить, но слова замирают на губах.
Любимый притягивает меня к себе с полурычанием-полустоном. Мы знаем, что нас никто не потревожит, и все же, чтобы уединиться, муж подхватывает меня на руки и несет в нашу новую спальню. Роскошно обставленную, просторную, с огромной кроватью. На которую осторожно опускает меня, ложась рядом. 
Помогает мне избавиться от одежды, лихорадочно срывая ее. Горячие поцелуи шейха лишают меня способности связно мыслить, его руки обхватывают мои груди, в которых начинает пульсировать знакомое желание. Беременность сделала мое тело еще более чувствительным, жаждущим.
- Моя прекрасная жена, - хрипло выдыхает Кадир, пожирая глазами мои груди, наклоняясь к ним и втягивая сосок в рот. Кусаю губы от наслаждения, из горла рвутся стоны. Продолжая ласкать сосок губами и языком, Кадир распускает мою прическу, наматывает волосы на запястье, заставляя еще больше выгнуться к нему, запрокинуть голову.
- Моя сладкая Виталия, - выдыхает хрипло.
Ослепительное желание с невероятной скоростью растекается по венам, начинаю буквально плавиться, как леденец на жарком полуденном солнце. Отдаюсь без остатка власти его губ, опытным ласкам, ощущая внутри безграничную любовь.
Внезапно шейх отстраняется от меня и ложится на спину, положив руки за голову, откинувшись на подушки.
- Ты не хочешь меня? – спрашиваю ошеломленно, потому что ожидала совершенно противоположного.
- Я хочу, чтобы сегодня ты была главной в нашей постели, моя богиня, - улыбается в ответ шейх, шокируя меня донельзя. 
Надо ли говорить, что это абсолютно неожиданный поворот? Мой мужчина всегда был главным, доминирующим. Предложенная им новая роль смущает меня. Но сделав глубокий вдох подаюсь ближе.
С тревогой смотрю на обнаженного до пояса шейха: загорелая плоть соблазняет протянуть руку, прикоснуться. Ближе, еще ближе, пальцы скользят по груди, по животу. Такое чувство, что ласкаю тигра. Опасный зверь притягивает и завораживает. Какое потрясающее удовольствие ощущать под пальцами эту мощь, чувствовать ритмичные удары сильного сердца, наблюдать подъем грудной клетки в ритме дыхания.
Бросаю украдкой взгляд на лицо Кадира – лучше бы я этого не делала, в его глазах столько огня, что начинаю смущаться собственной смелости, сразу появляется чувство неловкости… Он уже сильно возбужден, спортивные брюки не скрывают эрекции… Казалось бы, столько ночей вместе, что только не пройдено… И все равно меня охватывает стеснение. Я не могу быть главной, это мне не дано. Я с радостью подчиняюсь своему мужчине… Но не могу и слова произнести, чтобы отказаться от предложенной игры.
 
- Продолжай, малышка, - твердым низким голосом подбадривает меня Кадир, и я краснею еще больше.
По телу прокатывается волна удовольствия, когда кладу руки на пояс штанов и тяну к себе, обнажая своего мужчину. Сняв их, отбрасываю в сторону, затем проделываю то же самое с трусами. Восставшая плоть приветствует, покачиваясь в мою сторону, отчего тяжело сглатываю. Рот наполняется слюной. Я люблю ласкать любимого ртом, просто обожаю. Наклонившись, провожу языком по всей длине, чувствуя, как он сразу становится напряженным, как каменеют мышцы его тела. Провожу пальцами по всей длине восставшей плоти, чувствуя, как мое лоно становится влажным, по телу прокатывается дрожь. Обхватываю плоть смелее, облизываю головку, зажмуриваясь от удовольствия, от того какой он твердый, шелковистый, как приятно пахнет.
Кадир вдруг тянет меня на себя, заставляя оседлать его бедра. Сжав коленями бока шейха следуя инстинктам, медленно опускаюсь на него. Между ног появляется давление, принимаю в себя твердый раскаленный член, тихо постанывая. Кадир не делает ни малейшего движения, отдавая мне всю власть целиком. Замерев, сглатываю, потому что мой шейх одарен сверх меры, его плоть причиняет дискомфорт, но я знаю, что это только поначалу. Кадир дышит тяжело, видно, что ему нелегко дается самообладание. Подаюсь назад и снова вперед, на этот раз вбирая больше. Внутри рождается трепет от того, как смотрит на меня муж, так много огня в его взгляде. Протянув руку, он нежно касается пальцами моей щеки, ведет ими вниз, по горлу, гладит груди, ласкает соски, сжимает их пальцами. Закрыв глаза, выгибаюсь к его руке, наслаждаясь ласками, продолжая приподниматься и опускаться, ища свой ритм, который приведет нас обоих к наивысшему наслаждению.
Восхитительно, мучительно, сладко… Бедра двигаются все увереннее, в инстинктивном поиске, в ответ на пронзающие вспышки удовольствия из горла рвутся стоны. Утонченный, чувственный танец, дарящий сокрушительные ощущения. Мое тело раскачивается в древнейшем ритме страсти, наступая и отступая, подобно приливам и отливам.
- Как ты, малыш? – грубовато-низким голосом спрашивает Кадир. Ему будто трудно даже слово выдавить. На лбу складка, виски блестят от пота. Он очень напряжен, как готовая в любой момент лопнуть струна.
- Мне хорошо. Очень, - мой голос дрожит, срывается. Дыхание свистящее. Но боже, как же хорошо…
Кадир вдруг подается бедрами вверх, толчок разносится по телу восхитительным ощущением. Жадно смотрим друг на друга, наши рты приоткрыты, оба дышим тяжело. Меня всю сотрясает дрожь, Кадир снова толкается вверх, приподнявшись, подается ко мне, целует в шею, словно успокаивая. Еще несколько глубоких толчков, от которых выгибаюсь в наслаждении. Сжимает мои ягодицы, новый толчок, мой протяжный стон, его рычание. Начинаю двигаться вместе с ним, не слишком умело, но отчаянно,
Кадир опускает руку туда где наши тела соединяются, его пальцы начинают ласкать и гладить внизу, превращая мои ощущения в дикий, совершенно неуправляемый поток. Когда кажется, что более сильных эмоций испытать невозможно, начинаю буквально пылать от наслаждения, содрогаясь всем телом, замирая, понимая, что вот-вот взорвусь.
- Продолжай двигаться, милая, - раздается шепот.
Вверх. Вниз. Почти отрываясь и опускаясь снова. Еще и еще, пока не теряюсь в первобытном наслаждении. Рука Кадира продолжает ласкать самую чувствительную точку моего тела, подталкивая дальше. Это безумие. Двигаюсь все быстрее и быстрее, вбираю его все глубже и глубже. Мощное тело Кадира выгибается, из горла рвется рычание. Понимаю, что он хочет перевернуть меня на спину и оказаться сверху. Это инстинкт доминирования. Мой шейх жаждет этого… впрочем, я тоже. Но в следующую секунду, Кадир заставляет себя остаться на спине и довести начатое до конца.