Запретные отношения (СИ)

Полчаса по пробкам, обираюсь до места свидания. Уже на входе замечаю Миру. Она сидит возле окна в гордом одиночестве. Перед ней на столе стоят чашка и тарелка с куском медовика. Как-то обмолвился, что люблю медовик из всех тортов. Запомнила. Сама Мира любит эклеры, пропитанные ванилью и шоколадом.
Покупаю кофе и эклер. В кафе вечером многолюдно. В основном парочки. Поэтому одиночество Миры бросается в глаза. Ставлю на стол блюдце и чашку, отодвигаю стул и сажусь напротив девушки. Она изумленно на меня смотрит, потом в ее янтарных глазах вспыхивает искра радости. Она закусывает губу и опускает голову, волосы красиво закрывают ее лицо. Я молча меняю блюдца, в ее сторону пододвигаю с эклером, к себе двигаю медовик. Мы не спешим начать диалог, между нами сейчас сладкий запах выпечки, тихий гомон посторонних разговоров, разбавленный ненавязчивой романтической попсовой музыкой, а за окном мелкий дождь и спешащие люди по тротуарам.
Смотрю на Миру, уплетающую свое пирожное. Крошка возле губы побуждает меня протянуть руку, а Миру заставить замереть. Смахиваю, очерчиваю контур нижней губы и беру чашку. Она улыбается. От ее счастливой улыбки мне становится больно.
Как же ей мало нужно для радости, как же просто заставить ее светиться. Поводы ничтожные. Один звонок. Один приход. Доброе слово. Теплое пожатие. Крепкое объятие. Сладкий поцелуй. Бессонная ночь. Смятые простыни. Утренний рассвет.
— В следующий раз, когда придешь ко мне, не забудь купить мне эклеры, — смотрит на меня сквозь ресницы, а я смотрю на то, как она открывает рот, облизывает губы. Сжимаю ручку чашки, борясь с желание вновь дотронуться пальцами до ее губ.
— Хорошо.
— Обещай мне, что всегда будешь приходить ко мне.
Встречаемся глазами. От ее взгляда у меня внутри становится жарко. Я выдерживаю этот зрительный контакт и молчу. Не могу дать обещание, которое она требует. Через месяц самолет ее унесет от меня в другую страну. Я, как и она для меня, буду воспоминанием. Тем воспоминанием, которое будет раздирать изнутри, заставлять задыхаться от тоски и выть на луну. Мы справимся с испытанием. По отдельности.
  
23 глава Мира
 
— Мира —
Одно дело поддаться порыву и совершить какой-то поступок, другое дело, готовиться к мероприятию, заранее зная, что тебя не ждут. Именно нежеланным гостем я себя ощущаю, стоя перед зеркалом при полном параде.
О чем я думала, когда покупала белое платье в стиле ампир? Зачем я попросила визажиста сделать дерзкий макияж с акцентом на глаза? Волосы так и притягиваю взгляд, уложенные голливудской волной.
Меня с утра потряхивает от волнения. Я понимаю абсурдность своего поступка. У меня нет никакой цели, просто хочу вживую увидеть Дарию в свадебном платье, увидеть красивого Назара. Увидеть их вместе и начать все с чистого листа. Я осознаю, что после женитьбы Назар рано или поздно прекратит меня навещать. Мне нужно начинать с сегодняшнего дня привыкать к мысли, что дальше мы не вместе. И это невыносимо больно. Физически больно расставаться с любимым человеком.
Предательская слеза скользит по щеке, спешно ее смахиваю, чтобы она не испортила мне идеальный макияж. Стараюсь отрепетировать коварную улыбку, но глядя на себя в отражении зеркала, вижу несчастную девушку, у которой глаза на мокром месте, а губы кривятся в какой-то неестественной улыбке.
Отворачиваюсь от зеркала, выхожу из комнаты, направляясь на кухню. На столе стоит бутылка игристого вина, бокал, а рядом мой мобильный телефон. Открыв бутылку, наполняю бокал и залпом обсушиваю, и только после этого беру в руки телефон, открываю популярную соцсеть и нахожу аккаунт Дарии. Любит она демонстрировать свою благополучную жизнь среди роскоши.
Никогда не считала себя мазохистской, но тут я с каким-то огромным удовольствием просматриваю ее видео. Дария снимает себя с самого утра. Она показывает во сколько проснулась, как умывалась, чем завтракала. Умудряется даже провести медитацию. Первая к ней приходит визажист, вместе с ней появляются оператор видео и фотограф. Несколько коротких видео я проматываю. Мне совершенно неинтересно, как невесте наводят красоту. Дария интригует своих подписчиков, показывая кусочками свое свадебное платье. Она эффектно делает паузу и сообщает, что на сегодня это ее последнее видео и вернется уже не в статусе счастливой невесты, а счастливой жены.
 
Но я была бы не я. Забиваю в поиске имя и фамилию Дарии и мне тут же вываливают сотни видео от людей, который каким-то образом причастны к сегодняшнему дню. Снимают официанты, которые снуют по залу с поносами, расставляют тарелки, бокалы на столах. Есть видео о команды декораторов, которые занимались украшением зала, где будет проходить мероприятие. От неописуемой красоты у меня перехватывает дыхание. Очень много живых цветов, гармонирующих между собой по цвету и композицией. Если бы я выходила замуж, я бы ничего не хотела менять. Мне даже попадается видео от кондитера, который с гордостью показывает свой шедевр. Торт в несколько ярусов, перекликающий с общей темой самой свадьбы, достоит какого-нибудь приза как минимум. Красиво и вкусно, наверное. Может быть мне посчастливится попробовать кусочек.
Смотрю на время. В приглашении указано, что меня ожидают к шести часам в известном на весь город отеле, который, как мне недавно стало известно, принадлежит семье Каримовых. Я много чего узнала о семье Назара. Интернет оказал помощь. Он выдал мне и сухие факты, и самые невероятные сплетни. Я заочно познакомилась с главой семьи Каримовых — Даяном Булатовичем.
Глядя на отца Назара, на его лицо будто высеченное из гранита с жёсткими чертами, испытываешь какой-то непередаваемый трепет. Этот мужчина вызывает ужас и восхищение. Он с нуля создал свою империю. Каким образом, история либо умалчивает, либо скупо повествует. Чтобы взлететь и оставаться долгое время на плаву, не замарать руки не выйдет. Может быть при других обстоятельствах Даян Булатович позволил бы своим детям жить по своему усмотрению, но когда ты жизнь положил ради своей империи, ты постоянно будешь ее укреплять: прибыльными бизнес-проектами, успешными контрактами, удачными браками своих детей. Никакие чувства не помешают в достижении целей. Его политику поддерживает старший сын Наиль. Такой же красивый, как и Назар, высокомерный на первый взгляд, холодный как льды Арктики. И так же женат на дочери не последнего человека в нашей стране.
Закрываю социальную сеть, отрываю приложение, вызываю такси. Прячу приглашение в сумочку, подхожу к зеркалу в холле. Бокал вина расслабил мои натянутые нервы, придал немного смелости. Я вновь ощущаю себя дерзкой и отчаянной, как тогда, когда вытащила приглашение из кармана пиджака Назара. Вздох-выдох, подбадриваю себя глазами и выхожу из квартиры, когда на телефон приходит сообщение о том, чтоб такси меня ожидает.
В машине, отвернувшись к окну, мысленно придумываю себе план действий. Вряд ли я встречу на таком мероприятие знакомых, но это не означает, что могу веселиться без оглядки. Наоборот, мне нужно быть в тени, чтобы на расстоянии наблюдать за женихом и невестой, за их гостями.
В который раз задаюсь вопросом, а не обрекаю я себя на мучительные страдания, находясь на свадьбе Назара? Что за извращение над собой?
К отелю я приезжаю, немного опоздав. Вокруг очень много людей. Сразу не разберешь, кто гость, а кто просто прохожий. Много людей с камерами. По обрывкам разговоров понимаю, что главные герои этого вечера еще не приехали.
На входе стоит грозная охрана. При виде мрачных мужчин, которые скупы на улыбки, у меня от страха подгибаются коленки. Я то и дело спотыкаюсь через шаг, боясь, что сейчас кто-то на меня взглянет пристально и поймет без лишних объяснений, что я незваная гостья, а приглашение у меня украденное. Замираю пере одним мужчиной с планшетом в руках, протягиваю ему приглашение, дрожа от страха. Я никогда в жизни так сильно не боялась, как возможного разоблачения. Уже мысленно представила, как меня сейчас с позором выгонят. Сканируют куар-код на приглашении, сердце гулко бьется в груди, я почти не дышу.