Запретные отношения (СИ)

— Я тоже кусаться умею.
Назар улыбается, улыбаюсь и я. Потом он неожиданно обхватывает меня за затылок и жестко прижимается своими губами к моим. Вновь властно и бескомпромиссно целует. Чего лукавить, мне нравится. Я едва поспеваю отвечать. Мне не хватает дыхания, но уступать или занимать позицию пассива не хочу, поэтому дерзко лезу к Назару. Обнимаю его за шею, он тут же усаживает меня на себя, откинувшись в кресле, при этом наш поцелуй не прерывается. Мы словно зависим друг от друга, как будто на одном кислородном баллоне.
Мне нравится, как пахнет Назар. Впитываю в себя его запах. Я хочу пахнуть им с ног до головы. Мне нравится, как он целуется. Это сносит крышу и заставляет всю меня трепетать. Я льну к губам, руках, к телу Назара. Бесстыдно на нем ерзаю, ощущая, как подо мной его тело становится напряженным.
— Полегче, деточка, — хрипит Назар, обхватывая меня за бедра, не позволяет испытывать себя. Я утыкаюсь лбом в его лоб, слушая его тяжелое дыхание, млея от его рук на своей заднице.
— Ну так что? — сглатываю, пытаюсь говорить ровным голосом. Назар прикусывает зубами мой подбородок, потом ласково зализывает языком место укуса. Ей богу, как волчара.
— Дурная ты, Мира, — поднимает руку и заправляет волосы за ухо. — Смотри не пожалей об этом.
— Смотри не влюбись в меня, — шучу в ответ.
  
8 глава Назар
 
— Назар —
Предвкушение Миры ощущаю кожей. Ловлю на себе ее задорный взгляд, улыбаюсь уголками губ. Ее ажиотаж меня смешит. Малышка явно не догоняет во что ввязывается, но я ее предупреждал, при чем не раз, но она меня не услышала. Мысль о том, что я разобью ей сердце и раскрошу его на мелкие осколки, меня совершенно не трогает. Разучился беспокоиться о чьих-то переживаниях.
Проверяю на мобильном телефоне сообщения, часть из них требует моего ответа, но отвечу позже. Читаю сообщение от Наиля и морщусь. Брат напоминает мне, что в выходные должен явиться к отцу домой. Отмазки никакие не принимаются. Придется ехать на этот семейный ужин, который как кость в горле. Вопрос, прозвучавший рядом, выдергивает меня из невеселых дум:
— Мы к тебе домой?
Янтарные глаза Миры опаляют своим огнем. Облизывает губы. Она пробуждает во мне темные желания. Я прищуриваюсь. Нежность мне от природы не особо дана, но и ломать психику девчонки в первую нашу ночь тоже не очень хочется. Однако, я не собираюсь давать ей какие-то иллюзии и надежды.
— То, что ты была в моем доме, совершенно ничего не значит, Мира. Мы едем в отель.
На лицо Миры набегает тень, но она справляется с эмоцией и улыбается. Удивляет. Я уже не так скептически думаю о наших отношениях. Если она такая стрессоустойчивая и не будет мне закатывать истерики, качать права, то мы… Мы вполне можем быть вместе в том формате, в каком я предложу.
Мира самовольно кладет свою ладонь мне на колено и сжимает его. Я усмехаюсь, накрываю ее руку своей ладонью, стискиваю. Не сильно, но даю понять, что из меня веревки вить нет смысла. Не на того напала. Может ее ровесники и готовы смотреть ей в рот, я привык, что женщины смотрят на меня и ловят мои желания.
Подъезжаем к отелю, в котором не раз бывал по деловым вопросам. Мире открывает дверь швейцар, я выхожу сам. Застегиваю пиджак, обхожу машину сзади и беру девушку под локоть, слегка прижав ее к себе. Мы вместе подходим к ресепшену. Девушка-администратор узнает меня, лишних вопросов не задает. Миру это изумляет. Ее оказывает так просто ошеломит, что мне хочется еще раз ее потрясти до глубины души. Например, в постели.
— Ты владелец этого отеля? — шепотом спрашивает девушка, когда мы подходим к лифтам. Ее большие глаза, наполненные удивлением восхитительны, в них можно запросто утонуть даже в спасительном жилете.
— Нет, но владельца я хорошо знаю. Довольна часто тут бываю.
— С другими девушками? — как-то неожиданно и ревниво спрашивает Мира.
Я прищуриваю глаза, окидываю ее с ног до головы холодным взглядом. Вижу, что осознает свой промах, но голову покорно и виновато не опускает. Более того, продолжает дерзко и требовательно мне смотреть в глаза.
 
— Ты берега не попутала? — резко спрашиваю, толкаю ее в кабину лифта. Мира громко вдыхает, все же взгляд отводит в сторону. Слышит, значит дальше будет слушать.
Мы едем молча на десятый этаж. Мира разглядывает зеркальные стены, я смотрю на цифры. Воздух становится густым. Можно даже пощупать. Что я, что девушка наполнены своими эмоциями, а они порой не поддаются контролю. Только выдержка, выработанная годами, не позволяет мне поддаться инстинктам. Иначе Миру бы отодрал уже сейчас без предварительных ласк.
Лифт замирает, и двери медленно раздвигаются. В этот раз первым выхожу я. Направляюсь к нужному номеру, прикладываю пластиковую карту и, распахнув дверь, оборачиваюсь к застывшей Мире.
— Даю тебе последний шанс уйти. Подумай хорошенько головой, а не эмоциями.
— Если я здесь, значит я все решила, — Мира задирает свой подбородок и решительно проходит мимо меня. Опять усмехаюсь, качнув головой, захожу следом. Разглядываю девушку сзади. Она как та самая статуэтка балерины в музыкальной шкатулке. Наверное, я смогу обхватить двумя руками ее талию.
— Номер большой, — бодрится, но голос срывается. Подходит к окну, разглядывает ночной город с высоты птичьего полета. Я снимаю пиджак, кидаю его на кресло, сам сажусь на диван.
— Раздевайся, — требую, расстегивая рубашку. Мира оборачивается. Губы дрожат. То ли от испуга, то ли от напряжения. Мне не ясно.
— А поговорить? — лукаво улыбается, но заводит руки назад и расстегивает похоже молнию на юбке. — Я люблю слушать умных мужчин.
— А я не люблю попусту разговаривать.
Слежу за каждым ее действием. Мне становится жарко в груди, когда юбка падает на пол. Черные чулки с кружевом как красная тряпка, действует безотказно. Кручу головой, будто мне на шею удавку накинули. Дышать тяжко. Меня накрывает всего лишь от разглядывания Мириных ног в чулках и черных трусов. Разорвет на хрен, когда прикоснусь. И свалить на то, что давно не было секса, не могу. Секс был, а когда его долго не было, я все равно держался, а тут…
— Подойти ко мне. — хриплю.
Мира послушно отходит от окна, обходит журнальный столик и замирает передо мной. Я сразу же выпрямляюсь, обхватываю ее тонкую талию руками и начинаю гладить пальцами нежную на ощупь кожу. Она дышит глубоко и редко. Втягивает живот, когда пальцами пробегаюсь по кромке ее трусов. Поддаюсь импульсу и прижимаюсь губами к ее пупку. Над головой всхлипывают.
Кружу языком по прохладной коже, руки перемещаются на упругую задницу, сжимаю ее. Теперь ойкает. Однако, смелеет. Ее руки дотрагиваются до моих волос. Прикусываю кожу на животе, оставляю метку. Мира шумно втягивает в себя воздух. Поднимаю голову и смотрю на ее пунцовое лицо. В затуманенной голове прорывает важный вопрос:
— Ты девственница?
Мира смущается. Жует губу, отводит глаза в сторону. Молчание затягивается, оно слишком красноречивое, но я предпочитаю все же дождаться от девушки ответа. И пока она соображает, я наблюдаю за тем как ходуном ходит у нее грудь. Какой бы ответ не был, назад пути нет, Мира все равно сегодня окажется подо мной. Или на мне.
— У меня был один раз, — еле слышно признается малышка, втягивая в рот нижнюю губу. Я усмехаюсь. Один раз можно не считать. И вряд ли у нее остались хорошие впечатления, иначе бы не была такой зажатой.
— Опускайся на колени, — приказываю, убирая подальше руки от Миры. Очень большой соблазн схватить ее и подмять, сожрать и ничего не оставить.
— Что? — большие глаза, наполненные янтарем, становятся еще больше.
— Сосать не будешь, — прищуриваюсь. — Сегодня. Но это не точно.
Нижняя губа сначала дрожит, потом ее прикусывает, через секунду Мира опускает на колени, опираясь на мои. Она оказывается чуть ниже, поэтому получается, что я смотрю на нее сверху. Ее покладистость меня очаровывает. Протягиваю руку и дотрагиваюсь до ее щеки.