Заступник. Проклятье Дайкоку (СИ)

Разыскивается. Живым или мертвым, как в старых вестернах.
— Спасибо! — сказала Кирико, когда последняя пачка банкнот упала на стол и отправилась в сумку.
— Приходите еще! — отозвалась девушка с каре, а я уже силком оттягивал свою спутницу в сторону уборной.
Наблюдатели тоже неспешно стали отлипать от своих мест и двигаться за нами.
Я распахнул дверь в туалет на себя. Пусто. Дернув Кирико, пропустил ее перед собой и заскочил внутрь. Внутри не было никого, потому что на пять минут сюда должна была зайти уборщица и провести быструю уборку.
Тут так заведено. Каждый час. И каждая уборщица оставляет после себя подпись и время.
Но пока что тут стояло только ведро с каким-то едким хлорным раствором и швабра с тряпкой.
Не долго думая, я продел швабру между ручкой и стеной так, чтобы створку не могли открыть на себя с той стороны сразу. Понятно, что если дернуть как следует, то деревянная рукоятка лопнет и баррикада падет, но это дает нам драгоценные полминуты.
— Куда?
— В окно, быстро.
— Оно узкое!
— А ты широкая, что ли? Бегом полезай!
— Я в юбке!
— И что?
Я распахнул створку и присел у стены на одно колено, после чего сцепил ладони так, чтобы Кирико могла поставить ногу и затем я ее вытолкнул вверх.
— Не подглядывай! — сказала она.
— Не ты ли своей задницей мне десять минут назад обтерла все, что могла?
Она набрала воздуха, чтобы явно что-то ответить, но дернувшаяся дверь ее переубедила. Я бросил взгляд на створку. Дернули крепко. Значит это не просто уборщица или посетитель, а по нашу душу.
— Бегом, — скомандовал я.
Кирико поставила ногу с туфлей мне в сцепленные руки и в следующий момент я толкнул ее вверх. Она схватилась за выступ и стала карабкаться, как кошка. Я подтолкнул ее и подал сумку. Благо это был первый этаж и прыгать невысоко даже в каблуках.
Хотя опасение, что она подвернет сломает себе лодыжку все равно проскользнуло в мыслях.
Дверь распахнулась с треском ломающейся швабры. Кто-то явно очень хотел в туалет. Внутрь вломились четверо и прикрыли за собой створку.
— Я сказал тебе, чтоб ты не снимал ни копейки, — сказал мне «мажорчик».
— А? — сказал я. — Плохо слышно. Музыка орет.
— Посмотрите-ка, еще и паясничает, — сказал он, медленно выступая вперед. — Что ты в туалете забыл, м? И где твоя куколка? — он приоткрывал створки кабинок, заглядывая в них. — Решили уединиться и перепихнуться?
Я смотрел на него спокойно. Драки избежать было нельзя. Поэтому…
Давай. Еще один. Давай. Подойди ближе.
Я схватил ручку кабинки двери и со всего размаху заехал ею «мажорчику» прямо в морду. Кровавая струя брызнула моментально и окрасила его белый костюм в красные тона и полутона.
Он громко заорал, схватившись за нос и попятился. Трое оставшихся кинулись вместе. Внутри меня снова возник зуд, да так сильно, что хотелось разорвать себе кожу и почесаться изнутри.
«Мажорчик» запнулся, запутался в своих ногах и рухнут на одного из своих дружков, обливая кровью не только себя, но и других. В падении он попытался ухватиться за что-нибудь, и этим «что-то» оказался еще один его приятель, которому он метко заехал окровавленными пальцами прямо по глазам.
Ес, минус три, юху! Сегодня везение на моей стороне.
Самый наглый подскочил ко мне. Я поднырнул под его удар и саданул ему кулаком прямо под дых. Он подогнул колени и завыл, а я следующим рывком отправил его головой прямо в писсуар, но тут же получил по уху от еще одного подельника.
Пока троица, перевернувшая еще и ведро, пыталась встать, подскальзывалась, снова пыталась встать — барахталась в луже воды с хлоркой и крови, я разделался с последним.
Он махнул хуком. Я уклонился. Он попытался достать коленом меня в лицо. Я выставил блок двумя руками и попытался пнуть его во второе колено, но не достал. Он успел отскочить и… вода добралась и до него.
Его нога улетела вверх, как ракета со стартовой позиции, а сам нападавший приложился затылком о мокрый кафель, да так и замер. Из-под затылка стало сочиться красным. Я развернулся и тут же подскочил к распахнутому окну, из которого выглядывала Кирико.
 
Подтянувшись, я почти нырнул лицом вниз, выставил руки и, явно разодрав пиджак, кувыркнулся через голову.
— Ты в порядке?
Кирико смотрела на меня перепуганными глазами, прижимая сумку к груди. Я быстро осматривался по сторонам. Вниз по небольшому склону через газон можно было добраться до оживленной трассы.
— Бегом, — снова скомандовал я и схватил ее за руку.
— Я на каблуках! — вскрикнула она.
— Снимай!
Она наклонилась и стала возиться с длинными узловатыми застежками. Сердце стучало быстро на адреналине. Я ожидал, что вот прямо сейчас из-за угла здания выскочат бравые ребята с пушками и начнут шмалять.
— В жопу, — буркнул я сам себе, выхватил пачку денег и тут же преобразовал их во временный бафф силы.
— Держи сумку, — сказал я и, не дожидаясь, пока она ответит, я закинул Кирико на плечо. Она испуганно ойкнула, но сопротивляться не стала. Легкая, теплая. Дикий мужчина несет женщину в свою пещеру, не иначе.
Я ломанулся, словно лось через горящий лес вниз по склону. Воздух свистел вокруг ушей. Одним прыжком, я перепрыгнул металлический отбойник. Среди потока машин я увидел ту заветную, какую надеялся увидеть больше всего на свете.
Сегодня мне явно везло как никогда.
Желтый в черную шашечку автомобиль.
— Такси! — гаркнул я и стал протискиваться между рядов стоящих автомобилей, ждущих зеленый свет. — ТАКСИ! — повторил я снова.
Водитель повернул голову и увидел меня, после чего потянулся через сидение и поднял замок. Я открыл дверь, поставил Кирико на ноги и помог ей залезть внутрь, после чего вскочил на переднее сидение сам и закрыл дверь.
Я тяжело дышал.
— Что, сорвали куш? — поинтересовался водитель.
— Дружище, — сказал я ему, — если не хочешь помереть вместе с нами — гони, как в последний раз в жизни. Деньгами не обижу.
Водитель от моих слов нахмурил брови и напрягся. Я тяжело дышал. Пот катился градом по лицу, груди и телу. Снова. Как несколько дней назад.
Я увидел, что зажегся зеленый свет. Поток машин двинулся. Я выглянул в окно и увидел уже мчащихся по нашим следам людей тоже вниз по склону. Они были вооружены короткоствольными ПП-шками на ремнях через шею. Оглядываясь по сторонам эти охранники-наемники… вернее будет сказать, люди чужого клана якудзы рыскали и пытались понять куда мы делись.
Я слегка сполз по креслу вниз. В зеркале заднего вида я видел что Кирико вообще легла полностью на заднем сидении.
— Если жизнь дорога — гони. Валим отсюда как только можем.
Мы подъехали к перекрестку. На последних мгновениях успели проскочить на зеленый, не нарушая правил, и дальше таксист вжал педаль и стал активно работать коробкой передач.
— Куда едем? — спросил он, часто сглатывая слюну. Явно нервничал, а голос слегка дрожал.
— В Тамацутё, — ответил я ему, слегка откидывая сидение. — Кондиционер работает?
— Д-да… — сказал он так, словно сейчас совершенно не был уверен в своих словах.
— Вруби.
Он повернул рычажок. Салон стал медленно наполняться прохладным воздухом. Я старался успокоить сердцебиение и через несколько минут у меня получилось. Через полчаса езды мы были к обозначенном районе. Я назвал номер дома. Таксист подъехал и запарковался. Кирико рассчиталась с ним с лихвой. И за то, что помог. И за молчание, а оно дорогого стоит.
Мы поднялись по лестнице, после чего я открыл дверь и пропустил Кирико перед собой. Как-то раз она спросила у меня зачем я постоянно пропускаю ее вперед и придерживаю двери.
Чуть позже я узнал, что в японии нет такой тенденции. Мужчины не придерживают двери. Не подают руку, если девушка спускается по лестнице или выходит из машины. Здесь в принципе не принято проявлять вот такие знаки… не то, чтоб внимания противоположному полу. Просто тут не так, как у меня было раньше.